При всем своем профессионализме и чисто немецкой устойчивости БНД всегда была склонна к детским ошибкам и скандальным выходкам, а в высокотехнологичную эпоху эти ее черты стали проявляться более наглядно.
В БНД искренне удивлялись, почему госсекретарь США говорит на сенегальском французском и в основном про рыбную ловлю
Например, в ответ на безобразия АНБ с прослушкой федерального канцлера немецкие специалисты решили «отморозить уши назло бабушке» и начать прослушивать телефон госсекретаря США Джона Керри. И все бы ничего, молодцы ребята, не стушевались перед «главным союзником». Но сотрудник БНД, который должен был организовать техническую сторону вопроса, перепутал телефонные коды округа Колумбия и одной из африканских стран (предположительно, Гамбии; код DC – 202, а Гамбии – 220). И некоторое время в БНД искренне удивлялись, почему госсекретарь США говорит на сенегальском французском и в основном про рыбную ловлю.
В России после такого сотрудника услали бы, к примеру, в город Нягань с пожизненным запретом работать на должности более ответственной, чем делопроизводитель ЗАГСа. В Германии же виновник оказии, судя по всему, отделался легким испугом.
Дальше – больше. Потерпев промежуточное поражение, БНД продолжила слежку за Керри, переключившись на стационарные телефоны Госдепартамента. А параллельно (то есть другой рукой) БНД предоставила свои мощности ЦРУ и АНБ для слежки за французскими дипломатами (включая тогдашнего министра иностранных дел Лорана Фабиуса) и правительством Австрии. Выражалось это в предоставлении американцам технических позиций, включая оборудование и конспиративные квартиры на своей территории. Это уже не говоря о подлинных бланках документов ФРГ, которыми обеспечивались оперативные сотрудники ЦРУ для создания «одноразовых» легенд.
При этом педантичные тевтоны из БНД вели так называемые селекторные списки – полный перечень объектов, за которыми с их помощью вели слежку АНБ и ЦРУ. То есть хрестоматийные файлы, в которые какой-то умник собрал данные обо всей агентуре и всех объектах разработки, действительно существуют. Это не плод изощренного ума сценаристов историй о Борне, а суровая реальность немецкой бюрократии, сравнимой только с делопроизводством в британской MI6 (там, кстати, заметно страшнее). Общее число задокументированных объектов, по некоторым данным, могло доходить до 400 тысяч по всей Европе.
Когда запахло жареным и на порог пришла комиссия бундестага, сильно огорченная тем, что их, возможно, тоже прослушивали и разрабатывали, «селекторные списки» исчезли. А представители БНД, опустив глаза, сообщили, что файлы были «по ошибке удалены» в результате переустановки почтового программного обеспечения внутренней сети БНД в ее новой сверхсовременной штаб-квартире в Берлине. Еще раз: 400 тысяч сверхсекретных файлов, способных подорвать взаимоотношения между союзниками по НАТО, испарились по итогам переустановки почтовой программы.
Вся эта сага о Нибелунгах разворачивалась как раз при Герхарде Шиндлере как руководителе БНД. Вообще средняя «выживаемость» на этой должности – как раз пять–шесть лет. Другое дело, что Шиндлер не дотянул до почетной пенсии по возрасту всего лишь два месяца и, похоже, не знал о готовящейся отставке – еще за пару дней до нее он находился в рабочей командировке. Но в итоге ведомство федерального канцлера все-таки форсировало смену руководства БНД, хотя прежде Шиндлеру удалось отмолчаться и «пересидеть» все скандалы, сотрясавшие его ведомство. Возможно, Ангела Меркель не смогла простить ему плотное сотрудничество БНД с американцами после оскорбительной истории с прослушкой ее телефонов.
При всем при этом Шиндлера называли чуть ли не лучшим руководителем германской разведки со времен основателя БНД Гелена, правда, на основании данных, широкой общественности не известных. Практически всю карьеру нынешний отставник провел не в разведке, а в криминальной полиции и считается специалистом по «уголовным сетям» (то есть организованной преступности) и борьбе с терроризмом. В таком контексте вполне реальной можно считать и версию, что последней каплей, потопившей Шиндлера, стали теракты в Париже и Брюсселе. Пока терактов в Германии, слава богу, не было, но вряд ли есть основания полагать, что ФРГ и ее разведка справляются со «спящими сетями» террористов принципиально лучше французских и бельгийских спецслужб.
Новый руководитель БНД к разведке и контрразведке вообще никакого отношения не имеет. Бруно Каль – финансист, экономист, специалист по приватизации и федеральной собственности. Такие назначения в спецслужбах всего мира воспринимают крайне болезненно, поскольку они смахивают на унижение и наказание. Кроме того, первое, что начинают делать такого рода назначенцы, – проводить переаттестации и административные реформы, поскольку реформа – это быстрый и видимый глазу результат имитации бурной деятельности. Не известна даже политическая позиция Бруно Каля, если она вообще у него есть.
Главный же вопрос в том, какой характер теперь примет сотрудничество БНД с другими разведками стран НАТО, в первую очередь с ЦРУ и АНБ. Если назначение Бруно Каля – просто странный выверт кадровой политики канцлера, это одно. Если же назначение в разведку «варяга» от финансов пролоббировано внешними силами, дело принимает совсем другой оборот.
Дискуссии о том, необходим ли во главе разведки крупного государства именно профессионал или это скорее политическая, а то и техническая должность, существуют столько же, сколько и спецслужбы. Но в случае БНД это не отвлеченный спор германских философов между собой, а политический знак. Иероглиф, расшифровать который пока крайне сложно за недостатком «вводных». АНБ, наверное, виднее.