Глава внешнеполитического ведомства Федерика Могерини заявила, что по ряду вопросов Евросоюз и Россия могут выступить единым фронтом против США под руководством Дональда Трампа. Она даже назвала конкретные темы, по которым такой союз возможен: иранская сделка, ближневосточное урегулирование и «возможно, роль ООН».
Евросоюз может оказаться в весьма неприятной ситуации то ли «пятого колеса», то ли «мальчика для битья» в новой мировой системе
Это высказывание руководителя европейской дипломатии наглядно показывает весьма сложную, в некотором смысле тупиковую ситуацию, в которой оказался ЕС в связи с избранием Трампа.
В отличие от правительств европейских государств, которые демонстрируют все-таки склонность и попытки ориентироваться на национальные интересы своих стран, лавируя между различными центрами силы, ЕС в лице своей бюрократии все последние годы четко находился и действовал в русле глобалистской политики США: от поддержки американских военных операций в других странах до продвижения Трансатлантического торгового партнерства.
Однако приход к власти Дональда Трампа обозначил важную смену тренда в американской политике – он и его сторонники поддерживают не глобалистский, а национальный (до определенной степени даже изоляционистский) американский проект. Более того, уже сделанные Трампом и его командой шаги (демонстративные выпады против Китая и Ирана, выбор «пророссийского» кандидата на пост госсекретаря, резкая риторика о необходимости реформирования НАТО) указывают, что европейские опасения не напрасны.
Евросоюз может оказаться в весьма неприятной ситуации то ли «пятого колеса», то ли «мальчика для битья» в новой мировой системе. Европейская бюрократия вынуждена искать себе место и определять свои позиции в качественно новой системе координат. Получается пока, надо признать, крайне неуклюже. Более того, вся эта текущая суетливость ЕС обнажила серьезную проблему с самой сутью этого наднационального образования. В отличие от государств, Евросоюз явно не чувствует себя константой и не уверен в собственном будущем.
Результатом стало то, что Европа начала откровенно метаться в попытке нащупать новые точки опоры в сложившейся ситуации. Учитывая влиятельность России как центра силы, неудивительно, что именно в отношении нее были сделаны «реверансы» в виде предложения посотрудничать против США.
Примечателен упомянутый Могерини «набор»: Иран, Ближний Восток и «возможно» ООН.
Во-первых, при всем уважении к Европейскому союзу, он все-таки не является членом ООН. Соответственно, не очень понятно, что подразумевала Могерини, упоминая эту организацию как фронт российско-европейского противодействия трамповским США. Невольно возникает подозрение, что глава европейской дипломатии хотела довести количество перечисленных ею направлений до трех, а ничего другого больше просто не нашлось (или не могло быть упомянуто публично).
Во-вторых, особенно смешно в этом списке смотрится Ближний Восток, учитывая идущую прямо в данный момент в Европе истерику о мирных сирийцах, которых в освобожденном Алеппо якобы вырезает сирийская армия при поддержке России. Правда, помимо очередной волны антироссийской пропаганды при использовании данной темы, никаких дополнительных планов в этом направлении у Европы, очевидно, нет. Вероятность введения новых санкций в связи с этим была отвергнута на самом высоком европейском уровне.
В-третьих, и это, видимо, было главной целью заявления Могерини (все остальные пункты, скорее всего, выполняли роль прикрытия) – упоминание Ирана и иранской сделки.
На данный момент иранская тема действительно выглядит ключевой, по которой могут возникнуть разногласия между Кремлем и администрацией Трампа, многие представители которой и впрямь отличаются антииранскими настроениями. К тому же планы «скорректировать» ядерную сделку с Ираном также уже были озвучены командой избранного президента США.
Учитывая углубляющееся сотрудничество между Россией и Ираном, в том числе в военно-технической сфере, теоретически это может вызвать те или иные трения с США. Однако говорить об этом пока очевидно рано.
Соответственно, заявление Могерини выглядит грубой и даже несколько наивной – в силу прозрачности намерений – попыткой вбить клин между Москвой и Вашингтоном, используя первый попавшийся повод.
Реакция Кремля, который дал несколько насмешливый комментарий про отсутствие у России интереса к отношениям в формате «дружить против кого-то», наглядно показала, что незамысловатая интрига европейской дипломатии вызвала скорее улыбку, нежели беспокойство в Москве.
Зато для ЕС это, безусловно, недобрая новость. Если еврочиновники обращаются к подобным методам работы, это свидетельствует об их серьезном отчаянии.