В последние дни ситуация на фронтах откровенно радует. К примеру, локальные наступательные операции на тех участках, которые до последнего времени считались второстепенными, прошли просто прекрасно. При этом речь не идет об ослаблении давления на основных направлениях. Речь идет о результатах трехмесячного воздействия на военные позиции джихадистов там, где они считались чуть ли не незыблемыми.
Пока еще нельзя сказать, что победа не за горами, хотя кое-где, например в провинции Латакия, это уже по факту так
К примеру, это город Шейх-Мискин. Битва за него длилась около месяца, и сейчас можно говорить о том, что правительственные войска контролируют более 90% его территории. Таким образом, ситуация в провинции Дераа переломлена, и то, что раньше считалось только «кишкой», через которую правительственные части продвигались на юг, стало уже законченным фронтом.
Информационные источники, близкие к джихадистам, уже признали их поражение. Это первый случай со времени начала российского участия в сирийском конфликте, когда источники, близкие к джихадистским кругам, откровенно признают полное поражение. При этом, возможно, потеря Шейх-Мискина не столь важна, важнее успехи сирийской армии в провинции Латакия, в любом случае оказалось, что фронт вооруженной оппозиции правительству Асада развалился.
Удивительно, но даже российские СМИ мало уделили внимания тому, что после падения в Латакии пресловутой Сальмы джихадистские части без боя откатились на несколько десятков километров в сторону Турции. Сейчас правительственные войска спокойно занимают эти территории, кое-где выходя на турецкую границу напрямую или же на расстояние не более 10 километров от нее. В том числе под контроль поставлена территория, с которой был убит российский летчик. Оппозиционные группировки просто бежали из этого горного региона, а турецкая помощь так называемым туркоманским частям оказалась неэффективной. И есть вопрос: были ли вообще эти туркоманские части? Или они питались только турецкой военной помощью?
#{smallinfographicleft=779305}Захват Шейх-Мискина позволяет начать концентрированные операции по восстановлению границы с Иорданией на южном участке фронта, что также уменьшит возможности для снабжения террористических групп. При этом надо понимать, что чем больше правительственные войска взламывают регулярный фронт джихадистов, тем сильнее опасность именно террористических действий с их стороны. Потеря возможности оперативной борьбы на фронте возвращает исламистов в их привычное состояние: террор, взрывы, убийство гражданского населения, что и было продемонстрировано во вторник в Хомсе.
В дальнейшем бои в провинции Дераа будут продолжаться по краю выступа за старые склады и аэродромы, но в целом это будет напоминать спокойное продвижение вглубь территории. Наподобие того, что происходит сейчас в окрестностях Дамаска. А там правительственные войска очень медленно разрушают старые оборонительные системы ИГИЛ* при помощи российских ВКС. Задачи уничтожить этот анклав к какому-то конкретному сроку нет, хотя еще перед Новым годом казалось, что это можно сделать одним движением. Общая нехватка сил и вооружений вынудила правительственные войска превратить анклав к востоку от Дамаска в подобие умирающего Сталинграда, в котором остались только те части ИГИЛ, которые отказались эвакуироваться по программе переселения. Теперь идет планомерное их уничтожение, в котором единственным сдерживающим фактором остается местное население. Российские ВКС должны каждый свой удар соотносить с точными данными о наличии гражданских лиц, поскольку объектами ударов остаются подземные коммуникации ИГИЛ, созданные за четыре года владения этими постройками.
Обстановка в районе Алеппо также развивается по плану. Правительственные войска постепенно развивают наступления по всем ранее намеченным направления, но уже вторым темпом. Сейчас уже полностью ликвидирована угроза для авиабазы Квейрис, и сирийская авиация стала абсолютно самостоятельным субъектом в операциях в этом регионе. Сообщения о действия именно сирийских ВВС (без связи с деятельностью ВКС России) стали уже привычными.
В то же время в лучших традициях прошедшего года части ИГИЛ и примкнувшие к ним группировки объединились в ударную группу, чтобы нанести правительственным войскам одно решительное поражение, реабилитируясь за тотальные поражения последних дней. Наиболее боеспособные части ИГИЛ в регионе сконцентрировались в районе Дейр-эз-Зора, где и начали новое наступление на позиции правительственной армии, пользуясь тем, что ее снабжение довольно легко прервать. В частности, джихадисты предприняли атаки на блокпосты в районе Айяша в пригороде Дейр-эз-Зора, на склад боеприпасов на старой военной базе в Айяше и на позиции армии у аэродрома, который асадовцы смогли отбить всего неделю назад. Другое дело, что попытки наступления на военно-воздушную базу напрямую не удались, а бои в районе Айяша захлебнулись.
Таким образом, ИГИЛ пытается достичь локального успеха за счет оголения других участков фронта. Это уже не столько военные операции, сколько пиаровские, и их провал на земле влечет за собой большие потери именно в пропагандистском плане. Ссылке на огромное влияние российских ВКС сейчас уже не работают, поскольку погодные условия не позволяют российской авиации поддерживать правительственные войска в Дейр-эз-Зоре. В отличие от событий в провинциях Дераа и Латакия, окруженные в Дейр-эз-Зоре асадовцы последние дни обороняются от ИГИЛ практически самостоятельно и достаточно эффективно.
В любом случае сейчас окрестности Дейр-эз-Зора – единственная зона, где ИГИЛ способно предпринимать реальные наступательные действия. Посте атаки на блокпост у Айяша части группировки предприняли попытку наступления в район бывшей телевышки и находившегося рядом ракетного дивизиона. Надо понимать, что база Айяш – одна из крупнейших военных структур в Сирии, созданная еще во времена Асада-старшего и его конфронтации с Ираком Саддама Хуссейна. Сейчас часть базы контролируется ИГИЛ, но наступление остановилось – и территории стали переходить из рук в руки. Уже можно говорить о том, что попытка ИГИЛ одним ударом захватить анклав правительственных войск у Дейр-эз-Зора провалилась.
Фронт того, что ранее называлось «объединенной оппозицией», во внутренних районах Сирии также развалился – и сознательно его удерживать уже никто не будет. История с повальным бегством джихадистских частей в сторону Турции после занятия Сальмы – тому пример. Все это начало конца джихадистских сил, и только в пустынных районах востока и северо-востока Сирии ИГИЛ все еще может организовывать сознательные наступательные операции.
Пока еще нельзя сказать, что победа не за горами, хотя кое-где, например в провинции Латакия, это уже по факту так. Там же решается и вопрос о перекрытии снабжения джихадистских частей из Турции. Но на юге продвижение правительственных частей все еще будет затруднено уличными боями, а на востоке и северо-востоке – недостатком снабжения, погодными условиями и условиями местности.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ