После начала кризиса с беженцами в Европе на сайте Белого дома появилась петиция с призывом к властям разделить ношу европейцев и принять как можно больше беженцев из Сирии. За короткий срок ее подписали более 60 тысяч американцев. В ответ на это воззвание Барак Обама распорядился принять в следующем году не менее 10 000 сирийских беженцев. Но изначально авторы петиции рассчитывали на большее. Конгрессмен-демократ Дэвид Сисиллайн просил Обаму разместить в США 65 тысяч человек, а представители исламских религиозных организаций призывали принять 100 тысяч человек.
Многие эксперты утверждают, что в конечном итоге теракты 11 сентября только помогли американским мусульманам заявить о своих правах
Самому Обаме, видимо, не хотелось заниматься проблемой беженцев, но полностью отказать в поддержке европейским союзникам он не мог. К тому же левые демократы активно требовали от своего президента вмешаться. В итоге Белый дом озвучил свое решение в потенциально конфликтный момент – 10 сентября, то есть накануне очередной годовщины крупнейшей серии терактов в истории США, когда замолчать тему терроризма практически невозможно. Республиканцы, само собой, подняли вой, что в страну сейчас запустят террористов, но Обама смог указать сторонникам по партии и союзникам в Европе, что вот поэтому только десять тысяч, а не сто – больше республиканцы никак не пропустят.
Параллельно демократическая администрация поспешила заверить консерваторов, что все мигранты пройдут тщательную проверку со стороны ФБР, ЦРУ и других спецслужб. Мол, никакого риска нет, американский народ может спать спокойно. Республиканцы отнеслись к подобным заверениям с очевидным скепсисом, но активно спорить не стали. В конце концов, американцы – нация иммигрантов, да и европейским союзникам пускай символически, но стоит помочь. Как написано на статуе Свободы: «Так шлите их, бездомных и измотанных, ко мне, я поднимаю факел мой у золотых ворот!»
#{smallinfographicleft=766021}Общественное мнение, пусть и с небольшим перевесом, поддержало действующего президента (за – 51%, против – 45%), согласно опросу Брукингского института. Вовремя вспомнили и о том, что биологический отец Стива Джобса был из Сирии – тезис, мягко говоря, странный (Джобс воспитывался в приемной семье и только ее позволял всем называть «родной»), но многие повелись. И к концу сентября об этой истории практически забыли.
Но парижская трагедия вернула данную тему в политическую повестку Нового Света. Уже 27 губернаторов заявили, что лично они (и, соответственно, доверенные им штаты) никаких беженцев принимать не собираются. Демарш поддержали и республиканцы в палате представителей и сенате, которых там большинство. В декабре парламентарии собираются законодательно запретить Белому дому тратить деньги на программы по размещению сирийских беженцев.
Обама уже пообещал наложить вето на этот закон, но сложность заключается в том, что республиканцы не собираются прописывать ограничение отдельным актом – зачем? Оно будет одной строчкой прописано в билле о расходовании бюджета, который должен быть принят в декабре, и возвращать в Конгресс Обаме придется уже его. А это, если стороны не смогут найти компромисс, чревато очередным бюджетным кризисом, остановкой работы правительства и других государственных структур. То есть теми самыми неприятными событиями, которые имели место в октябре 2013-го. Миграционная служба, к слову, тогда сидела в неоплачиваемом отпуске и, соответственно, не могла выдавать грин-карты ни беженцам, ни другим мигрантам.
В авангарде «антисирийского наступления» республиканцев находится кандидат в президенты Дональд Трамп. Миллиардер еще в сентябре нещадно ругал Обаму и обещал в случае своего избрания выслать всех беженцев на родину: «Это все мужчины, и они выглядят сильными. Очень много мужчин, женщин не так много. И я спросил себя: почему они не борются за спасение Сирии? Почему они мигрируют в Европу?»
Теперь Трамп предлагает не пускать мусульманских иммигрантов без дополнительных проверок и поручительства общин из тех стран, откуда они выезжают. Еще одна его инициатива – закрыть те мечети, которые возглавляют люди радикальных взглядов. Идея очевидная, но прямо противоречит Первой поправке, которая гарантирует свободу слова и вероисповедания. Пока человек не перешел к прямым действиям, согласно американским законам, он может призывать к чему угодно. Включая геноцид и строгое соблюдение законов шариата.
Стоит подчеркнуть, что никто из лидеров республиканцев, включая Трампа, не призывает к запрету на въезд в США сирийцев или мигрантов из других исламских стран. Речь идет о конкретной ситуации. В Сирии четыре года идет гражданская война. Общей базы данных нет. Невозможно даже проверить потенциального иммигранта на банальное отсутствие судимостей. Не говоря уже о том, что американское оружие, которое предназначалось умеренной оппозиции, регулярно оказывалось в руках исламистов. Так что никакого доверия проверкам американских спецслужб в этом вопросе нет. И республиканцы вполне оправданно боятся вместе с беженцами запустить на территорию США исламистов. И здесь политики от обеих партий попадают в интересное положение.
В американском обществе существует такой термин, как «расовое и религиозное профилирование». Это, по сути, «презумпция виновности», когда полицейский или другое официальное лицо видит в каждом мусульманине террориста, а в каждом чернокожем – уличного грабителя, пока не доказано обратное. Если относительно недавно это было официальной практикой, то последние лет двадцать пять с этим явлением стараются бороться, потому что Америка – страна равных возможностей. Но, несмотря на многолетнюю борьбу, полицию и другие государственные органы в этом самом профилировании обвиняют регулярно и небезосновательно.
То, что сейчас предлагают республиканцы, – это, конечно, очевидное профилирование. Мы не можем разобраться, кто исламист, а кто нет, так что давайте на всякий случай будем считать неблагонадежными всех. В то же время, безусловно, далеко не все сирийцы, бежавшие из родной страны по вполне уважительной причине, придерживаются идей радикального ислама, на что справедливо указывают и Обама, и другие демократы. Кроме того, подобные меры обострят противоречия с теми мусульманами, которые уже живут в США. Кому понравится, когда в тебе видят массового убийцу по умолчанию? А мусульман в Америке уже два миллиона (подробно о мусульманах в США газета ВЗГЛЯД писала в этом материале).
«Хорошо, а что тогда делать?» – интересуются республиканцы. «У Джобса папа сирийцем был, если бы его не пустили, у нас бы сейчас не было айфона», – отвечает другая сторона. Замечательно, но папа Джобса действительно не был террористом, вне зависимости от его личного вклада в создание компании Apple. Зато в тот момент, когда он в США переехал, профилирование еще было стандартной и официальной практикой. Очевидно, что это ложный тезис. Но за неимением нормального альтернативного плана действий левые демократы уже готовы использовать и такие аргументы.
Во что это все в итоге выльется и чья точка зрения возобладает, можно будет судить по итогам выборов – как губернаторских, так и президентских. Меж тем можно вспомнить ту истерию, которая накрыла американское общество после 11 сентября 2001 года. Не только либералы, но и администрация неокона Буша сделали тогда очень многое для того, чтобы исламофобия не стала в Америке нормой. В итоге мусульмане стали той частью общества, которую стали старательно оберегать от всех нападок, подчеркнуто демонстрируя, что принципы американского равенства и политической корректности распространяются на них в полной мере. С тех пор количество мусульман в США увеличилось, и многие эксперты утверждают, что в конечном итоге теракты только помогли им заявить о своих правах и увеличить свое влияние.