Барак Обама активно боролся за ужесточение законодательства в сфере оборота и хранения оружия на протяжении обоих своих президентских сроков. Боролся абсолютно безуспешно. Теперь это знамя пытается перехватить Хиллари Клинтон. Важно то, что бывшая первая леди борется не с абстрактным оружием (которое, как известно, не убивает; убивает человек) – она назвала врага по имени: Национальная стрелковая ассоциация (NRA) – главный и старейший американский оружейный лоббист.
Но самая неприятная для NRA новация – отмена иммунитета для продавцов, которые теперь окажутся соучастниками
В декабре 2012 года 20-летний Адам Лэнза убил свою мать и расстрелял 26 человек в школе «Сэнди Хук» в Коннектикуте, 20 из которых были детьми в возрасте шести–семи лет. Мать Лэнзы легально владела несколькими винтовками военного образца, и именно этим арсеналом воспользовался стрелок. Тогда же демократы попытались внести в Конгресс законопроект, серьезно ограничивающий оборот штурмовых винтовок. Закон об усилении контроля даже был принят, однако многочисленными поправками содержание документа оказалось полностью выхолощено. Обама тогда заявил, что парламент его опозорил, но обещал продолжить борьбу за все хорошее.
Кстати, тогда Обаму в этом его начинании горячо поддержал простой американский миллиардер Дональд Трамп. Но в целом было понятно, что этой их мечте не суждено осуществиться. Если даже после общенациональной трагедии президент-демократ не в состоянии протащить законопроект через сенат, где большинство у демократов, то какие шансы у подобных законов в ситуации, когда большинство у республиканцев, а трагедии пошли «пожиже»? К примеру, вот уже полтора года под сукном лежит законопроект, который запретил бы покупать оружие лицам, осужденным за домашнее насилие.
Парадокс состоит в том, что большинство американцев считают ненормальной ситуацию, когда «стволов» в обществе больше, чем домашних животных. Среди демократов меры по ограничению владения оружием поддерживают до 90% избирателей, а среди республиканцев, традиционно выступающих за неприкосновенность права на оружие, до 70% (цифры могут незначительно разниться в зависимости от конкретного опроса). Отношение к, допустим, гей-бракам в американском обществе гораздо менее однозначное. Речь, естественно, идет именно об ограничении, а не о полной отмене Второй поправки.
Но когда в июне этого года 21-летний стрелок убил девятерых афроамериканцев в церкви Чарльстона, сложилось впечатление, что после всех предыдущих фиаско демократы больше не готовы поднимать больную тему. На руках у Хиллари Клинтон были все козыри для того, чтобы «нарезать тонкими ломтиками» всех республиканских кандидатов. Имелись несчастные жертвы, заплаканные родственники и стрелок с глоком, легально купленным в магазине. Однако вместо того, чтобы поднять тему Второй поправки, Клинтон, к нескрываемой радости республиканского истеблишмента, решила побороться не с оружейным лобби, а с флагом Конфедерации, прекрасно понимая, что воевать с умершими полтора века назад мятежниками несколько проще, чем с прекрасно себя чувствующей Национальной стрелковой ассоциацией.
Ирония судьбы в том, что NRA основали победители, причем через несколько лет после Гражданской войны. Первым главой ассоциации стал генерал Бёрнсайд, а после него были и генерал Шеридан, и будущий президент США Улисс Грант (тоже, кстати, генерал). Именно благодаря NRA фраза «Убивает не оружие, убивают люди» превратилась в расхожий штамп. Эта уважаемая НКО с богатой историей воспринимает любые предложения по ограничению оборота оружия как попытку установить в США тиранию – и готова уничтожить любого, кто начнет поднимать щекотливую тему. Если вас нельзя купить, то можно попытаться найти на вас компромат или профинансировать кампанию вашего оппонента.
Однако события последних двух недель показали, что тему Второй поправки, гарантирующей американцам право на оружие, рано списывать со счетов. Теперь уже очевидно, что она станет одной из основных тем к тому моменту, когда определятся финалисты президентского забега и стартуют дебаты между кандидатом-республиканцем и кандидатом-демократом.
Напомним, 2 октября 26-летний студент Кристофер Харпер-Мерсер устроил стрельбу в университетском кампусе в штате Орегон. Девять человек погибли, еще девять получили ранения. При этом он опять же пользовался легально приобретенным оружием. Спустя ровно неделю, в минувшую пятницу, аналогичные случаи произошли в студенческих городках Аризоны и, спустя всего несколько часов, Техаса. И там и там погибло по одному человеку.
Уже 5 октября Хиллари Клинтон предложила ни много ни мало – создать движение против Национальной стрелковой ассоциации. А вкупе с этим – ряд достаточно радикальных мер. К примеру, ввести проверки тех, кто покупает оружие через интернет или на оружейных ярмарках. Но самая неприятная для NRA новация – отмена иммунитета для продавцов. Таким образом, те люди, которые продали оружие матери Адама Лэнзы или Харперу-Мерсеру, окажутся соучастниками. Логика тут простая: вы не проконтролировали, кому продаете оружие, вам и отвечать.
Весьма вероятно, что нынешняя активность Клинтон связана с упорными слухами о том, что в президентскую гонку может включиться Джо Байден. Именно Байден отвечал за то, чтобы протащить через сенат закон трехлетней давности. И явно со своей задачей не справился. Хиллари же может похвастаться определенными успехами в этом направлении: во времена президентства ее мужа, в 1994-м, был принят полный мораторий на продажу армейских винтовок, который продержался десять лет. Таким образом, у Клинтон уже заготовлен аргумент не только против республиканцев, но и против возможного соперника внутри родной партии.
Что же касается республиканцев, то они пока стараются отмалчиваться. За исключением Трампа, который за три года кардинально поменял свою позицию – и выступает против любых ограничений, твердя как заведенный: «Убивает не оружие, убивают люди». Мол, меры по дополнительному контролю ни к чему не приведут, только создадут трудности для честных людей.
К слову о добропорядочных владельцах огнестрельного оружия. За исключением Джеба Буша и Криса Кристи, кандидаты-республиканцы имеют в собственности арсенал, достаточный для того, чтобы вооружить небольшую армию. К примеру, на хрупкую женщину Карли Фиорину зарегистрировано пять стволов, а на сенатора из Южной Каролины Линдси Грэма – сразу 12 единиц огнестрельного оружия. Но даже «безоружный» Буш посещает собрания Национальной стрелковой ассоциации едва ли не чаще, чем воскресные службы, а по поводу событий в Орегоне ограничился короткой ремаркой: «Такое случается» (за что получил моментальную оплеуху от всей демократической прессы).
Логика республиканцев тоже предельно проста: любые речи в защиту «стрелков» будут сейчас восприниматься в обществе очень плохо, а вот через месяц-другой можно будет спокойно обвинять Клинтон в том, что она спекулирует на памяти безвинно погибших. И вообще, ну нельзя же покушаться на Вторую поправку.
Очевидно и то, что даже при самом благоприятном развитии событий – победе на президентских выборах – Клинтон не сможет реализовать свои планы: республиканский сенат не позволит. В конце концов, история США началась с «выстрелов, услышанных во всем мире», а вовсе не с попыток ограничить право свободных людей стрелять по кому им вздумается.