Контракт по поставкам больших десантных вертолетоносцев «Мистраль» в свое время стал политическим подарком бывшему президенту Пятой республики Николя Саркози перед президентскими выборами во Франции – за поддержку Москвы в конфликте в Южной Осетии в 2008 году. Президенту Франции было необходимо сохранить рабочие места, а заодно избирателей. Крупнейшая верфь страны DCNS на тот момент находилась в кризисе, и контракт с Москвой был для нее подобен спасательному кругу. Под угрозу сокращения попадали по меньшей мере 600 судостроителей.
Не исключено, что именно по причине неготовности к плаванию в высоких широтах местом базирования головного «Мистраля» называют Севастополь или Владивосток
Политическую карьеру Саркози эта сделка в итоге спасти не смогла, но контракт на поставку только двух больших десантных вертолетоносцев типа «Мистраль» принес французским компаниям DCNS и STX более 1,2 млрд евро. Кроме того, Франция рассчитывала построить еще два таких корабля в самой России. Париж участвует в трех крупных российских контрактах по поставкам Индии бронетанковой техники, истребителей Су-30МКИ и МиГ-29К. Доходы и здесь исчисляются миллиардами евро.
И вот теперь Франция переживает с каждым днем усиливающийся нажим со стороны своих ближайших союзников по НАТО с категорическим требованием не поставлять эти корабли России. Первый из вертолетоносцев, «Владивосток», уже практически готов, более того – на нем в данный момент находится проходящий обучение российский экипаж.
А в это самое время в российском военно-промышленном комплексе только радуются кипящей в НАТО истерии вокруг «Мистралей».
«Приостановка контракта будет для России в 100 раз менее ущербной, чем для Франции, поскольку у нас есть все основания требовать назад не только деньги, но и произведенные на «Балтзаводе» кормовые части «Мистралей», – сообщил вице-премьер Дмитрий Рогозин. Иначе говоря, французам придется разбирать корабли. Ну и сама по себе неустойка, по оценкам в том числе западных экспертов, превысит 3 млрд долл., что делает разрыв контракта более выгодным, чем сама поставка кораблей.
По словам Дмитрия Рогозина, второй плюс от прекращения отношений с Францией заключается в том, что на российских верфях уже появилась техническая документация по производству подобных «Мистралям» крупнотоннажных кораблей. Так что в любой момент Россия сможет самостоятельно приступить к их производству. По экспертным оценкам, за те же 3 млрд евро в России можно произвести 5–6 кораблей, подобных французским вертолетоносцам.
Но, может быть, эти корабли действительно крайне и срочно необходимы российскому ВМФ?
«Если французы не отдадут нам «Мистраль», наш флот даже не почувствует этого, – заявил газете ВЗГЛЯД бывший начальник кафедры кораблестроения Военно-морской академии профессор Валерий Половинкин. – Дело в том, что эксплуатация этих кораблей в российских условиях до сих пор не проработана. Нет четкого представления, зачем он нам нужен и какую роль в системе флота будет играть».
Но кроме «роли и места» в системе ВМФ к «Мистралю» есть куда боле серьезные технические вопросы. По словам Половинкина, существуют десятки не снятых с повестки технических нюансов, делающих невозможной эксплуатацию вертолетоносцев в северных широтах. Так, наполняемые пожарные емкости находятся на «Мистрале» в районе верхней палубы – суровой русской зимой они просто замерзнут со всеми вытекающими из этого проблемами.
Главный редактор Moscow Defense Brief* Михаил Барабанов выразил опасения, что проблемы могут возникнуть и с двигательной установкой корабля: это двигатели и винторулевые колонки «Роллс-Ройс». Винторулевые колонки, с помощью которых десантный корабль может двигаться хоть носом, хоть кормой, хоть боком, – самое уязвимое место конструкции в высоких широтах. По мнению Барабанова, подводные гондолы, в которых стоят эти двигатели, могут быть забиты ледяной шугой – это консистенция мелкого льда, как в коктейлях, из-за чего корабль потеряет возможность движения. Будет опасен для корабля и очень тонкий лед, которые режет металл не хуже пилы-«болгарки». Корпус «Мистраля», по некоторым данным, не имеет ледовой защиты.
«Корабль не способен двигаться в ледовой обстановке, – подтверждает опасения Половинкин. – Французы отказались усиливать его носовую оконечность. Когда «Петробалт», дочерняя структура «Балтийского завода», поставил вопрос об этом, представители DCNS заявили, что в этом случае нужно было заказывать совсем другой корабль и в рамках текущего контракта они ничего делать не будут.#{weapon}
«Усиление носа», уточняет профессор, обычная вещь для кораблей, действующих в северных широтах. Если бы ее пришлось сделать на «Мистрале», то произошло бы перераспределение масс в конструкции корабля. А это, в свою очередь, привело бы к изменению других параметров вертолетоносца. Например, вместимости десантных отсеков, перепланировки технических и жилых помещений. Понятно, что это был бы совсем другой корабль и не факт, что в таком качестве нужный уже российским морякам.
Представители DCNS, правда, утверждают, что некоторая ледовая защита на «Мистрале» все-таки сделана. В российском ОПК говорят, что возможно, это и так, но точно не на «Владивостоке». Первый корпус Москва покупала, когда корабль был практически готов. То есть России достался «недострой», невыкупленный французскими ВМС. Вряд ли французы, заказывая этот корабль, думали о северных широтах. На втором корпусе – «Севастополе» – ледовая защита, возможно, действительно есть, так как корабль строили с «нуля».
Не исключено, что именно по причине неготовности к плаванию в высоких широтах местом базирования головного «Мистраля» называют Севастополь или Владивосток. В Черном море условия максимально приближены к средиземноморским. Во Владивостоке температура в декабре редко опускается ниже плюс 10 градусов. Проблемы заключаются только в том, что в нынешней ситуации вокруг Украины России вряд ли разрешат поставить «Владивосток» к причальной стенке Севастополя. Минобороны уже заявило, что корабль на Черноморский флот не попадет. На Дальнем Востоке его ждут не меньшие проблемы, и главная из них – междоковый ремонт. Инфраструктуры обслуживания корабля в регионе нет. А гонять его каждые несколько лет во Францию флот вряд ли сможет.
В итоге «Мистраль» может ждать судьба наших авианосных крейсеров проекта 1143 типа «Киев», для которых за время их эксплуатации ни на Северном, ни на Тихоокеанском флотах не было создано надлежащей инфраструктуры базирования: причальных стенок, пунктов элетро-, водо- и теплоснабжения. В результате корабли «молотили» двигателям на рейде, вырабатывая свой крайне дорогостоящий ресурс вхолостую. В итоге четыре корабля этого класса были списаны на металлолом в начале 90-х годов.
С началом эксплуатации «Мистралей» Москву ждет еще масса дополнительных проблем. Вертолетоносец «Владивосток» после передачи Минобороны России будет в течение года осваивать российское вооружение, говорит президент Объединенной судостроительной корпорации (ОСК) Игорь Пономарев.
«Потребуется около года, чтобы привести корабль под нормы и требования Минобороны, – рассказывает Понамарев. – Корабль не должен стоять, он должен выходить в море, а мы в перерыве между выходами должны проводить свою работу по интеграции вооружения, иначе мы потеряем гарантию».
Эксперты сходятся во мнении, что покупка «Мистралей» – далеко не самое рациональное решение. Из-за этого серьезно была подвинута собственная программа развития ВМФ. У нас пока еще достаточно больших десантных кораблей из «советского задела». Строятся новые – проекта 11711 «Иван Грен». Ощущается критическая нехватка боевых кораблей океанской зоны типа фрегат. Настолько, что приходится собирать эскадру для выполнения боевых задач в Средиземном море со всех четырех флотов. В этих условиях отказ от контракта по «Мистралям», выплата неустойки могли бы сыграть весьма положительную роль в развитии собственной кораблестроительной программы России.
* Признан(а) в РФ иностранным агентом