На атомных ракетных крейсерах проекта 1144, строившихся под шифром «Орлан», сильно отразилась судьба Советского Союза, где они были задуманы и построены.
Это был невероятно амбициозный замысел, самый мощный ракетный корабль своего времени, самый мощный советский боевой корабль за всю историю Союза. Только авианесущие крейсеры проекта 1143 могли поспорить с «Орланами» по своей разрушительной мощи за счет способности корабельных штурмовиков Яковлева нести ядерные бомбы.
Самые мощные в СССР
Ходовые качества, скорость и количество оружия на борту этих кораблей заставили Запад классифицировать их как battlecruiser, в отечественной терминологии – линейный крейсер, мощный ударный корабль, действующий в авангарде флота.
Однако проект делался на недостаточной для столь масштабного замысла технологической базе. У СССР не было подходящей электроники, чтобы потенциал настолько большого и скоростного атомного корабля был реализован полностью.
Тем не менее крейсеры получились. Исходя из того, что все системы оружия и все радиоэлектронное вооружение на борту исправно работает, а личный состав обучен и действует без грубых ошибок, для победы над таким кораблем американцам понадобились бы несоразмерно большие силы, и они понесли бы немалые потери.
Есть еще одна деталь, которая часто уходит за рамки внимания даже у профессионалов.
Крейсер – это корабль, действующий самостоятельно, в отрыве от основных сил. В этом его изначальный смысл. А корабли проекта 1144 – это первые за много десятилетий настоящие крейсеры.
Они способны действовать автономно за счет атомной энергетической установки и высокой скорости хода. В них спроектированы мощнейшая противовоздушная оборона, наступательное ракетное и противолодочное оружие, гидроакустический комплекс, позволяющий искать подлодки, а также артиллерия, от двух до трех вертолетов (можно поставить на палубу еще один, но это бывает сложно реализовать в силу погоды и ряда других факторов) и повышенная по сравнению с другими кораблями живучесть.
Однако у любой медали две стороны. «Орланы», будучи универсалами, могут уступать специализированным кораблям и подлодкам. При массированном ракетном ударе по корабельному соединению атомный ракетный крейсер может использовать меньшее число ракет, чем подлодки проектов 949 и 949А. А как противолодочник он слишком большой, дорогой и не имеет преимуществ перед большими противолодочными кораблями проекта 1155.
Как артиллерийский корабль он, опять же, очень дорог и уступал эсминцам проекта 956, имевшим в два раза более мощную артиллерию (на всех крейсерах, кроме «Кирова», одна 130-мм установка, а у эсминца две).
Распад СССР поставил существование этого класса кораблей под вопрос. Только «Петр Великий», сданный флоту в 1998 году, до недавних пор исправно выходил в море. «Киров» и «Адмирал Лазарев» списаны.
«Нахимов» встал на ремонт в 1999 году. С этого момента и следующие 15 лет он был жертвой то недофинансирования, то бесконечных пересогласований объема работ. Лишь в 2014 году кораблем начали заниматься всерьез. Корабль выходит в море через 11 лет после того, как на его борту заработала первая газорезка.
Впереди еще заводские испытания, замечания, исправление замечаний, государственные испытания и, если все пройдет как надо, передача флоту.
Американцам мало не покажется
Корабль должен быть передан флоту, полностью соответствуя тактико-техническому заданию на модернизацию. Флот, в свою очередь, должен обучить личный состав и вооружить судно исправным ракетным оружием. А учебные задачи и стрельбы должны отрабатываться в максимальном приближении к боевым условиям, например, проверить ПВО корабля важно через массированный налет ракет-мишеней, а не стрельбой по одиночным целям.
Если все условия будут выполнены, страна получит крейсер с обновленным арсеналом наступательного ракетного оружия, который способен самостоятельно выполнять широкий спектр задач.
Само появление такого корабля в Северной Атлантике (при использовании им отрыва ходом от сил, выделенных на слежение) потребует от НАТО привлечения несоразмерного числа бортов просто для того, чтобы держать его под наблюдением.
Причем от подлодок он тоже имеет шансы оторваться ходом. А если ПВО будет в должном состоянии, то ни единичная ракетная атака с подлодки, ни пуск пары противокорабельных ракет с патрульного самолета не страшны.
Для нейтрализации создаваемой крейсером угрозы США, возможно, пришлось бы задействовать авианосную группу, причем усиленную. Следовательно, она не будет задействована где-то еще.
«Нахимов» станет серьезным сдерживающим фактором, так как дает возможность применять крылатые ракеты в больших количествах и даже после их расхода сохранит боевое значение.
В случае же оснащения ракет ядерной боевой частью по своему сдерживающему эффекту он сравнится с подводным ракетным крейсером стратегического назначения.
Этот корабль способен выполнить ракетный залп, сравнимый по силе с ударом США по Ирану (но без поражения заглубленных подземных объектов). Что имеет огромное военно-политическое значение в мирное время и способно принести результаты оперативного масштаба в ходе боевых действий.
Еще более широкие возможности открываются при формировании корабельной ударной группы Северного флота с атомным крейсером в своем составе. Три-четыре судна, способные действовать в океанской зоне, вместе с крейсером образуют ударный «кулак», который придется останавливать всем северным флангом НАТО.
Все это объективная реальность, но только если системы корабля работают штатно, а экипажи правильно обучены. Это «работает» и «обучены» – действительно ключевой момент. Ограниченно боеспособный корабль или корабль, экипаж которого совершает ошибки, будет потоплен одной подлодкой или несколькими боевыми самолетами. Но полностью боеспособный и с обученным экипажем сам станет страшен и для подлодок, и для авиации.
Конечно, одним крейсером войны не выиграть. Собрать против него тотально превосходящие силы НАТО сможет, как когда-то их собрали против японского линкора «Ямато» ВМС США, задействовав авиацию с 11 авианосцев. Но и недооценивать нельзя. Этот корабль – фактор стратегической значимости.
При этом слабостью боевых кораблей является ситуационная осведомленность. Он сможет обнаружить неизлучающую радиоконтрастную цель только в нескольких десятках километров. Чтобы классифицировать ее, придется подходить еще ближе. Если цель идет с включенными радиолокаторами, дальность вырастет до 200-300 километров.
В современной войне этого мало. В таких условиях необходимо развертывание на борту крейсера специализированных БПЛА – разведчиков, способных действовать над безориентирной поверхностью и обнаруживать корабли на большом расстоянии. Это основной вопрос на будущее.
А что с «Петром»?
Второй уцелевший автономный крейсер «Петр Великий» тоже нуждается в модернизации и ремонте. Напрашивается замена наступательного ракетного оружия. Но изыскать способ сделать это дешевле, чем в случае с «Нахимовым».
Впереди эпоха войн. Авианосца у России де-факто сейчас нет. Применять боевые корабли без авиационной поддержки будет можно далеко не всегда, но все же возможно. Именно атомные ракетные крейсеры с их арсеналом противовоздушных систем и способностью накрыть аэродромы противника десятками крылатых ракет могут стать ядром корабельных соединений ближайшего будущего.