Киевская пропаганда традиционно преувеличивает как количество задействованных в операции российских сил и средств, так и успешность работу своей ПВО. Но даже без этих завышенных цифр понятно, что операция была чрезвычайно масштабна и представляла собой несколько согласованных «волн» атаки с использованием как беспилотников (особенно «Гераней»), так и дальнобойных средств – «Кинжалов», «Калибров», «Искандеров», «Ониксов» и ракет семейства «Х».
Такие мероприятия направлены на решение сразу нескольких стратегических задач и охватывают десятки целей.
Одна из них – подготовительная стадия – выявление позиций ПВО ВСУ. В последний месяц противник подтянул с тыла ближе к передовой значительное количество современных средств, включая импортные Patriot и IRIS. Но из-за этого же понес крупные потери, восстановить которые ему будет трудно.
Ряд стационарных объектов ВСУ все еще находится под серьезным «колпаком», но мощности и возможности украинской ПВО тают на глазах. Защищается в первую очередь Киев с аэродрома Жуляны, остальная территория Украины прикрыта с воздуха довольно хаотично. Разобраться в этом хаосе стало базовой задачей: позиции ПВО противника показывают, какие именно объекты, города, зоны и территории ему особенно важны. В зависимости от этой информации формируется выбор целей для ударов, которые последуют вслед за налетом беспилотников – они «перегружают» ПВО объектов.
Номенклатура таких объектов и позиций подчиняется стратегическому плану действий по ослаблению военно-промышленного, энергетического и прочего потенциала противника.
Во-первых, речь идет об инфраструктурных объектах, среди которых резко выделяются объекты энергетики. Уже в ходе первой волны атаки были поражены десятки таких целей по всей территории, контролируемой Киевом.
Стоит подчеркнуть, что противник в эмоциональном плане старается преувеличить результаты налетов. В то же время тщательно скрываются и цензурируются реальные успехи. Особенно в военной сфере. Поэтому оценивать результаты операции со стороны приходится по косвенным свидетельствам. Генштаб обладает точными данными о результатах первой фазы: во второй половине дня в понедельник российские БПЛА «Орланы» были заняты как раз доразведкой и оценкой результатов атаки.
Итак, по косвенным данным, повреждены или уничтожены пять подстанций (ПС), а также машинный зал Киевской ГЭС. Речь идет о ПС «Винницкая» (напряжение 750 кВ), «Бар», «Хмельницкая», «Трихаты», «Первомайская» с напряжением (по 330 кВ). При этом не пострадали (вообще не были целями) открытые распределительные устройства (ОРУ), через которые к общей украинской сети подключены три действующие атомные станции – Хмельницкая, Ровенская и Западноукраинская.
Роль генерации АЭС на Украине резко выросла с началом СВО, но российские вооруженные силы принципиально никогда не брали на прицел объекты повышенной опасности. В отличие от киевского режима.
Но этого и не требуется. Для полного отключения украинского военно-промышленного комплекса (ВПК) достаточно парализовать восемь объектов: пять ПС мощностью 750 кВ и три ОРУ. Предположительно, результатом станут отключение от питания не только ВПК, но и остановка железнодорожного транспорта, включая метрополитен. Также возникнут большие проблемы с сотовой связью и интернетом, что породит хаос на местах.
Частично это произошло. Свет пропал почти во всем Киеве, в Виннице, Львове, Сумах и многих малых населенных пунктах. Остановились железнодорожные перевозки, пока на линии не были пущены тепловозы вместо электровозов, но их на все задачи не хватило.
Оценить степень воздействия на промышленные предприятия пока сложно. Можно предположить, что производство на ряде объектов было прекращено. Временное и резервное энергоснабжение – именно что временное – в долгосрочной перспективе не спасет.
Однако общая украинская электросеть продолжила функционировать, хотя и на минимальных мощностях.
Это связано с сохранением подключения к сети через ОРУ и теперь уже четырех подстанций на 750 кВ.
Таким образом, для полного отключения питания украинского ВПК, железнодорожных перевозок военного характера, связи и инфраструктуры требуется повторение столь же массированных, но точечных ударов по энергетических объектам. Они, вероятно, будут.
Алгоритм, напомним, таков: выявляется и перегружается ПВО, наносится первый удар, доразведка оценивает результаты, выявляются очередные цели, осуществляется новый точенный и/или повторный удар.
Не обязательно доводить все до полной остановки энергосетей, достаточно критично понизить их пропускную возможность. А без системы подключения к общей сети любая электростанция – просто крупный объект.
Во-вторых, поражены военные цели, в первую очередь связанные с получением, распределением и базированием иностранного вооружения, включая истребители F-16. На нынешней стадии СВО помощь с Запада – практически единственный источник поддержания на плаву всей украинской армии и в то же время источник вдохновения при планировании новых операций.
Тактика, которая предусматривает использование F-16 в качестве платформы для тяжелых ракет большой дальности, предусматривает их базирование на среднеудаленном расстоянии от линии боевого соприкосновения. Функция собственно истребителя или прямого воздушного боя не рассматривается. Такое использование F-16 принципиально мало чем отличается от использования самолетов советского производства, в частности СУ-24МР и МиГ-25РБ, просто у американского продукта рекламы больше, и есть кое-какие нюансы. Для того чтобы подвесить под советские самолеты западные ракеты (например, Storm Shadow), требовалось переделать системы крепления, наведения и много чего еще. F-16 такой доработки не требуют.
Идеальным вариантом оказался старый советский аэродром в Коломые, на котором в СССР базировался 48-й отдельный гвардейский разведывательный авиаполк. Это «тяжелый» аэродром, где содержались не только «МиГи» и «Су», но и «Илы». То есть он пригоден к использованию практически любыми типами боевых самолетов. Такие объекты прежде строили на совесть: хранение боевых единиц обеспечивается бетонными ангарами.
Там же, в Коломые, как и на похожем аэродроме в Миргороде, расположены укрепленные хранилища, где, предположительно, могут находиться транспортируемые через Польшу и Румынию дальнобойные ракеты.
Для уничтожения такого объекта одного удара недостаточно. Бетонные ангары, плюс взлетно-посадочная полоса, плюс инфраструктура – все это в сумме потребует около 20 ракет семейства «Х» или «Кинжалов» с «Калибрами». Как и в случае с энергетической системой, необходимы будут несколько последовательных налетов.
Коломыйский аэродром не единственный в своем роде. Это еще один аргумент в пользу того, что такого рода массированные налеты, как в последние дни, будут продолжаться. Кстати, не обязательно превращать весь аэродром в руины. Достаточно критичного снижения его работоспособности.
Российские ВКС, ВМФ и ракетчики наземного базирования уже выработали несколько тактик, парализующих ПВО противника и приводящих к разрушению укрепленного объекта. Прежде они применялись в основном при ударах по промышленным предприятиям. Наиболее характерный пример – разрушение завода имени Артема в Киеве. Но для борьбы с военной инфраструктурой потребуются и новые варианты. Это вечная игра в кошки-мышки, которая требует очень специальных знаний и навыков.
Таким образом, массированные налеты последних дней рассчитаны не на краткосрочный или мгновенный эффект. Они представляют собой часть стратегии, призванной парализовать военную, энергетическую, транспортную и инфраструктурную базу противника. Это сильно облегчит продвижение ВС РФ не только на ключевых участках фронта, где уже обозначены прорывы, но и в целом.
В перспективе после таких ударов прогнозируется ослабление боеспособности ВСУ, дефицит боеприпасов, проблемы с ротацией и управляемостью. А принципиально важным результатом нужно считать снижение активности уже поставленных Киеву систем ПВО.