Сергей Шойгу заявил об исключительных масштабах притока желающих служить в ВС РФ. В среднем, по словам главы Минобороны, каждые сутки на службу поступают по контракту 1336 человек. «Фактически мы каждые сутки получаем полк», – говорит Шойгу. Кроме того, каждые сутки военное ведомство получает 112 единиц техники – включая новую и модернизированную. «Мы набрали серьезные темпы», – подчеркнул Шойгу.
Ранее уже заявлялось о том, что фактически ВПК России перешел на военные рельсы. Так, в марте замглавы Совбеза РФ Дмитрий Медведев анонсировал производство 1500 танков в текущем году. Однако в экспертной среде нередко можно было встретить мнение, что необходимый для победы в СВО личный состав можно собрать только в условиях массовой (не частичной) мобилизации. Заявления главы военного ведомства полностью это опровергают.
Впрочем, о том же не так давно говорил и глава российского государства во время встречи с военкорами: «Некоторые наши общественные деятели говорят, что нужно срочно набрать еще миллион или два миллиона. Это зависит от того, чего мы хотим. <...> Это зависит от цели». Но в настоящий момент, по словам президента, поскольку тысячи людей подписывают контракты на прохождение военной службы, «Министерство обороны докладывает, что никакой необходимости в мобилизации, конечно, нет».
Мобилизация – весьма чувствительный вопрос не только с точки зрения проведения боевых действий, но и в целом для государства. Любой мобилизованный – это человек, которого Родина в целях обороны вырвала из его привычной среды, работы, семьи. Мобилизация укрепляет вооруженные силы, однако мешает экономике. Мобилизованный сражается, но не может стоять у станка, производить, зарабатывать, создавать, быть активным с экономической точки зрения.
Однако Россия в условиях СВО, как неоднократно отмечалось, демонстрирует завидную экономическую стабильность. «Прошлой весной аналитики оценивали вероятное падение российского ВВП двузначными цифрами. Но мы выстояли», – говорил по этому поводу премьер-министр Михаил Мишустин. И эта устойчивость в значительной мере была обеспечена тем, что экономика не лишилась главного – рабочих рук. Мобилизация оказалась действительно частичной, выборочной, вооруженные силы получили необходимых специалистов, но российская экономика в целом сохранила кадровый потенциал. Ведь трудовой фронт не менее важен, чем фронт военный.
В конце прошлого года Шойгу заявлял, что необходимо довести численность ВС РФ до полутора миллионов человек, в том числе 695 тыс. контрактников – «для гарантированного решения задач по обеспечению военной безопасности Российской Федерации». Прошло полгода – и судя по свежим данным, темпы набора контрактников набраны очень высокие, а поставленная несколько месяцев назад задача успешно выполняется. Российская армия пополняется добровольцами, которые самостоятельно приняли решение связать свою судьбу – хотя бы на какой-то срок – со службой в армии.
Не менее важно, что добровольцы, контрактники имеют повышенную мотивацию, чтобы сражаться и рисковать жизнью для защиты Отечества. «Собирая кадры со всех городов и весей, мы увидели, что Родина далеко не истощена добровольцами, и всеобщей мобилизации есть альтернатива, – не так давно писал об этом замначальника Главного управления Росгвардии по ДНР Александр Ходаковский. – Мы ввели в состав Росгвардии первую партию подобранных кандидатов, и еще раз убедились, насколько люди, принимающие свои решения осознанно, при правильном для них стечении обстоятельств эффективнее тех, кого вызвали по повестке».
Таким образом, расчет российского военно-политического руководства оказался верным. Набор контрактников стал более правильным решением и для армии, и для экономики, нежели условная «вторая волна мобилизации», которую пророчили некоторые военные эксперты.
«Москва и Подмосковье стали примером для других регионов по набору на службу по контракту. И сейчас мы видим, что люди сознательно принимают решение пополнить ряды Вооруженных сил РФ. По большей части из них будет формироваться резервная армия, армейский корпус и полки, о которых говорил министр обороны», – отмечает Василий Дандыкин, военный эксперт, капитан I ранга.
По его словам, те, кто выбирает службу по контракту – это «объективно лучшая часть нашего общества».
«Человек понимает, на что идет. Он рискует жизнью ради Отечества. Нам нужно не просто количество, нам нужны качественные бойцы: танкисты, артиллеристы, саперы, операторы беспилотников.
То, что происходит – это позитивный момент. Человек, который приходит сам, принесет гораздо больше пользы», – пояснил собеседник.
Дандыкин подчеркнул, что у контрактников особая мотивация для участия в боевых действиях, в итоге российская армия «почувствовала свою силу, получила боевой опыт, научилась сражаться по новым принципам». Материальный фактор тоже имеет значение, но «он второстепенный, главный – это судьба страны, где живешь».
«Мир тесен. При общении с теми, кто уже был в зоне СВО, люди узнают о зверствах ВСУ. Кто-то возвращается из плена, после ранения. У кого-то ушли родные или погибли родственники. Все это резко меняет мнение людей, которые по большому счету идут защищать свой дом. Беспилотники подбираются не только к Донецку и новым регионам, но уже долетают до Подмосковья, бьют по южным регионам. Люди понимают, что эту беду надо гасить, необходимо обязательно побеждать», – указал эксперт.
В том, что пополнение рядов Вооруженных сил России происходит за счет мотивированных контрактников и добровольцев, отмечает и политолог Александр Асафов. «Мы видим, что по готовности и по процессам, связанным с заключением контрактов с Минобороны, у нас есть преимущество над противником. Хотя, как сказал президент, ресурсы Украины еще не исчерпаны и при планировании СВО нужно исходить из реалий», – сказал Асафов. По его словам, «с тотальной поддержкой Украины Западом не все однозначно». «Президент Украины Зеленский болезненно реагирует на то, что в обмен на поставки оружия от него требуют бросать в «мясорубку» все больше и больше людей, которые заканчиваются. А у России ситуация с резервами и воспроизводимостью техники, пополнением боекомплектов значительно превосходит возможности Запада», – считает Асафов.
По мнению Дандыкина, любой военный конфликт всегда «бьет по экономике», особенно при объявлении всеобщей мобилизации. Но России удалось ответить и на этот вызов, не используя крайние меры. «У нас все свое. СВО не сказалась на экономике и уровне жизни людей... Президент США Байден говорил, что российская экономика превратится в труху, но все получилось ровно по-другому», – подчеркивает собеседник.
Дандыкин также привел в пример Украину, где всеобщая мобилизация вылилась в насильственный произвол властей, чьи представители на местах «отлавливают людей на улицах и отправляют их на фронт». «Всеобщая мобилизация приводит к истощению людских ресурсов. Если сейчас идет речь о сдаче в плен целых взводов противника, то при таком подходе украинские солдаты начнут сдаваться более крупными подразделениями», – полагает капитан I ранга.