Появились сообщения о том, что большой противолодочный корабль (БПК) «Адмирал Виноградов» проекта 1155 после модернизации получит расширенные возможности – по сравнению с ранее модернизированным БПК «Маршал Шапошников» того же проекта. Тем самым поднят важнейший вопрос: как и с какой целью необходимо (и необходимо ли) модернизировать современному ВМФ России доставшиеся еще от СССР корабли.
Необходимость модернизации
Экономический коллапс, последовавший за крахом СССР, привел к беспримерному по масштабам сокращению надводных сил отечественного Военно-морского флота. В настоящий момент численность надводных кораблей ВМФ России, способных действовать в дальней морской зоне, продолжает сокращаться. Темпы их постройки непрерывно замедляются. Сокращение боевого состава выглядит неизбежным. В таких условиях критически важным является поддержание имеющихся кораблей в боеспособном и адекватном современным угрозам состоянии.
Угрозы эти сегодня описываются простым словом – «война». Флоту уже пришлось немного (именно так) повоевать в рамках идущей на Украине СВО. Впереди, возможно, и по-настоящему тяжелые испытания. А значит, корабли к ним необходимо готовить, в том числе в части повышения их боевых возможностей. К сожалению, с этим серьезно опоздали. Получи своевременную модернизацию ракетный крейсер «Москва», возможно, этот корабль до сих пор был бы в строю.
В свое время ВМФ мог бы получить серию удачных многоцелевых кораблей путем модернизации советских эсминцев проекта 956. Примером такой модернизации является судьба эсминцев данного проекта, поставленных в Китай в девяностых годах. Все они в строю до сих пор, регулярно проходили ремонты и модернизации, получили новое оружие и электронику – и до сих пор являются ценными боевыми единицами.
ВМФ России, однако, сберечь эти корабли не смог. Из 17 построенных единиц в боевом составе сегодня числятся два корабля со старым составом оружия и радиоэлектронного вооружения, причем с неясными перспективами.
Другое дело – большие противолодочные корабли проекта 1155. Эти корабли флоту удалось сберечь. Они на данный момент остались единственными кандидатами на массовую модернизацию. Других кораблей, способных воевать в открытом океане и имеющихся в значимых количествах, у страны просто не было.
Да и корабли хорошие. Мощнейший и эффективный даже сегодня гидроакустический комплекс (ГАК) «Полином», два противолодочных вертолета, противолодочные ракеты в количестве восьми единиц, способные поразить подлодку в десятках километрах от корабля, торпеды для атаки подлодок на меньших дистанциях, для атак «в упор» – реактивные бомбометы. И вместе с этим – большие размеры, мореходность, дальность хода, достаточная скорость.
Но, увы, одновременно – скромная по возможностям ПВО. Комплекс «Кинжал» (не путать с авиационной ракетой) был и остается сверхэффективен на относительно небольших дистанциях, но уже в нескольких десятках километров авиация может свободно выходить на рубежи пуска своих ракет по кораблю, сбивать самолеты противника нечем.
Есть две 100-мм артиллерийских установки, и хороших установки. Но все-таки ни по дальности стрельбы, ни по мощи снаряда они с западными 127-мм пушками, обычными для ВМС США или, например, Японии, не сравнятся. Атаковать надводные корабли с дистанции, превышающей дальность пуска зенитной ракеты, кроме артиллерии фактически нечем. Противолодочные ракеты для атаки надводных целей пригодны очень ограниченно и на небольшую дальность.
Предполагалось в ходе модернизации увеличить боевые возможности этих кораблей, сделав их из специализированных противолодочных многоцелевыми (хоть и с оговорками). И первым модернизированным стал «Маршал Шапошников», переклассифицированный из БПК во фрегат.
Теория и практика
Модернизация «Шапошникова» хорошо показывает, с какими трудностями может столкнуться подобный проект. С одной стороны, корабль получил ракетный комплекс «Уран» для атаки надводных целей, две универсальных пусковых установки вертикального пуска ракет 3С14, с помощью которых он сможет применять все виды современного ракетного оружия – от «Калибров» до «Цирконов». Обновлены и радиолокаторы.
С другой – корабль не получил комплекс «Пакет-НК» и не может защищаться от торпед. Торпедное оружие у него осталось старым – и поражать подводные лодки торпедами он почти не может.
Состав наступательного ракетного оружия для такого корабля откровенно слаб: 16 противокорабельных ракет и столько же ракет различного типа в вертикальных пусковых установках, всего 32. Для сравнения: близкие по водоизмещению американские эсминцы типа «Спрюэнс» получили по итогам модернизации в 1980-х годах 61 ракетную ячейку плюсом к имевшейся и так восьмерке ПКР «Гарпун».
ПВО осталась такой же слабой. Вместо одной оставшейся артиллерийской установки АК-100 поставили новую АК-190 того же калибра. Но тогда надо было и радиолокационную станцию управления огнем артиллерии менять на современную «Пуму», как на новых кораблях. Этого не было сделано.
Таким образом, первый «блин» в процессе превращения старого БПК в многоцелевой фрегат, увы, получился комом. Модернизация вышла неполноценная, хотя и очень длительная и дорогая. Этот корабль мог бы быть намного мощнее за почти те же деньги.
Неудивительно, что «Виноградов» обещают сделать мощнее.
Как минимум корабль должен получить комплекс «Пакет-НК» с увеличенным числом готовых к пуску антиторпед и торпед. Есть возможность удвоить количество ПКР «Уран» на борту. К новой артиллерийской установке должна прилагаться РЛС управления огнем, обеспечивающая точное наведение («Пума»). Нужна боевая информационно-управляющая система (БИУС) «Сигма» и возможность автоматизированного обмена данными с другими кораблями.
Будет ли это сделано? Информация о будущей модернизации ходит разная. Все это не сделает модернизацию сильно дороже, потому что главную стоимость у таких не новых кораблей создает их ремонт.
Пропущенные ремонты, кабель-трассы и срок службы
Главная проблема на пути модернизации кораблей советской постройки – это их состояние и возраст. Во-первых, долгое время они не получали своевременных ремонтов. А между тем масса корабельных систем может быть отремонтирована за разумную стоимость только вовремя, пока износ не достиг критических значений. А без ремонта установка нового оборудования и систем в корпус корабля зачастую невозможна. Ремонт же, выполняемый после истечения всех его назначенных сроков, оказывается очень дорогим.
Второй проблемой является возраст в принципе. Корабль имеет огромное количество электрооборудования, информационных и управляющих систем, соединенных кабель-трассами. Срок службы и данных систем, и кабель-трасс конечен, а полная замена по цене сопоставима с постройкой нового корабля.
Фактически сейчас про любой корабль советской постройки (кроме почти полностью перестроенного тяжелого атомного ракетного крейсера «Адмирал Нахимов») можно сказать, что хоть с модернизацией, хоть без нее, а десять, максимум пятнадцать лет – и ему идти «на иголки». Магистральные кабель-трассы практически не менялись, а их полная замена очень сложна и дорогостояща.
Теоретически можно просто взять и «построить новый корабль в старом корпусе» – вырезать все старое, включая кабель-трассы, установить и проложить все новое. Примерно так поступили с тяжелым атомным ракетным крейсером «Адмирал Нахимов». Но цена «Нахимова» (который действительно станет очень мощным кораблем) оказалась запредельной.
По этой причине во флоте есть сильная оппозиция тому, чтобы модернизировать советские корабли. Противники модернизации считают, что через десять лет корабли в любом случае придется списывать, а новые дорогие системы, которые на них будут установлены, пойдут в лом. Либо корабль должен буквально стать золотым, как «Нахимов». Что же делать?
Выбор без выбора
На первый взгляд, противники модернизации не так уж и не правы. Однако есть ли выбор? С 2000 года в состав ВМФ РФ вошло только пять фрегатов, шестой на испытаниях, еще один спустят на воду в следующем году.
Между тем обстановка в мире накаляется. Возможно, появится необходимость воевать не только в степях Украины, но и на морях, причем это может произойти уже завтра.
России потребуется максимум усилий, чтобы иметь надводные силы, способные прикрыть развертывание морских стратегических ядерных сил. Создать их за счет только лишь новых кораблей сегодня не получается. Нужно экстренно возвращать боеспособность почти всем кораблям нашего флота. Модернизация безальтернативна, потому что без нее флот в принципе останется без кораблей. И произойдет это очень скоро.
Однако модернизация должна быть сделана грамотно, затрагивая проблемные вопросы боевой эффективности кораблей и возможностей их эксплуатации. Важно ограничить модернизацию корабельными системами, повышение боевой эффективности которых критично для выполнения текущих боевых задач в условиях имеющихся именно сейчас угроз. Иначе говоря, модернизация должна быть целевой, а не «модернизацией вообще». Такой подход, помимо повышения боеспособности ВМФ, позволит еще дополнительно сэкономить.
Существует масса технических решений, позволяющих снизить затраты на модернизацию.
Например, контейнерные гидроакустические станции, которые могут быть быстро смонтированы на любом корабле или судне, наклонные пусковые установки для противокорабельных ракет (например «Оникса»), под монтаж которых нужны минимальные по объемам корпусные работы, и другие бюджетные решения, в том числе в области электроники. И эти работы полностью оправданы на старых кораблях, так как позволяют и боевые свойства им увеличить, и обойтись без глобальной и очень дорогой перестройки корабля, которому, условно, через десять лет идти на слом.
Что до «пойдут на слом с новым оборудованием», то здесь необходимо использовать западный опыт и разрешить использование комплектующих от списанных кораблей на новых корпусах. Так много кто делает, да и у нас первые три атомные подлодки проекта 955 «Борей» были построены из прочных корпусов, взятых от разобранных подлодок.
Для ВМФ РФ наступает эпоха, когда на счету будет каждая единица. Модернизация кораблей советской постройки в этих условиях получает для российских Вооруженных сил первостепенную важность.