Региональные власти испытывают «огромные проблемы» с обеспечением кислородом COVID-стационаров, приходится собирать с «мира по нитке», констатировал глава Республики Коми Владимир Уйба. На прошлой неделе Чувашия объявила режим повышенной готовности из-за нехватки кислорода в больницах. Большинство просьб из «красных зон» ковидных клиник – о нехватке жизненно необходимого газа, сообщили в президентском Совете по правам человека.
Масштаб проблемы таков, что трети регионов страны – 27 из 85 – пришлось прибегнуть к помощи Министерства обороны. Данные привело в четверг РИА Новости – со ссылкой на пресс-службу ведомства Сергея Шойгу агентство сообщило, что в указанные 27 субъектов Федерации было отправлено 347 тонн сжиженного кислорода. Так, в пятницу стало известно, что только за этот день Минобороны передаст свыше 10 тонн больницам восьми регионов. Как пояснил ТАСС, речь идет о Карачаево-Черкесии, Калмыкии, Крыме, Ингушетии, Астраханской, Волгоградской, Московской и Ульяновской областях.
Помощь оказывает в том числе Военно-морской флот. В четверг Черноморский флот передал первую партию жидкого кислорода медикам Крыма и Севастополя. После жалоб Уйбы в Республику Коми по инициативе Северного флота еженедельно будет поставляться по четыре тонны кислорода. Но в «обычном», не авральном режиме, регион жестко зависит от подвоза кислорода из соседней Кировской области, констатировал Уйба. Больницы ждут новые поставки буквально по часам. При этом Коми входит в число регионов, где наблюдается критическая ситуация по заболеваемости коронавирусом, как сообщила вице-премьер Татьяна Голикова.
Трудности с поставками кислорода в больницы испытывают даже обеспеченные регионы России. По словам коммерческого директора компании – производителя медицинских газов «Рев и Партнеры» Артура Ахметдинова, неоднозначная ситуация наблюдается и в Москве с Подмосковьем (напомним об экстренной помощи, которую военные оказывают врачам Московской области). «С одной стороны, здесь есть крупные производители жидкого и газообразного кислорода, от которых поступают большие предложения. С другой стороны, эти регионы очень густо населены, а потребности населения слишком велики. Поэтому кислорода не хватает», – сказал Ахметдинов газете ВЗГЛЯД.
В субъектах поменьше проблема не в запросах, а в возможностях. «Там как раз тяжело именно с производством и продажей жидкого и газообразного кислорода. Это особенно характерно для отдаленных регионов», – заявил собеседник. В качестве примера Ахметдинов привел Новый Уренгой и Салехард, которые находятся в 500 километрах от ближайших производителей кислорода. В том же положении – Сыктывкар, от которого до московских кислородных заводов не меньше тысячи километров.
«Дороговизна поставок в этом направлении вынуждает тамошние больницы выкручиваться.
Они полагаются на концентраторы и пытаются сберечь побольше кислорода, закупленного про запас», – указал Ахметдинов.
С проблемами, о которых рассказал собеседник, сталкиваются не только на Севере и в Сибири, но и в Центральной России. Например, в Орловской области больницам и другим медучреждениям требуется по 11 тонн кислорода в сутки. При этом в регионе нет собственных предприятий по производству технического или медицинского кислорода. Орловские медики вынуждены ввести режим жесткой экономии, исполнение которого контролируют главврачи – это позволяет тратить от 9,5 до 10,5 тонн кислорода в сутки.
«В городе Иваново, который расположен за 200 с небольшим километров от Москвы, ситуация с жидким кислородом не лучше, – отметил Ахметдинов. – Сейчас доходит до того, что некоторые местные больницы не могут заключить сделки с поставщиками кислорода, потому что обе стороны не хотят брать на себя расходы по перевозке. Ни у тех, ни у других нет возможностей все это оплатить».
С проблемой нехватки кислорода во время четвертой волны пандемии столкнулись не только медики, но и металлурги, которые активно используют этот газ в производстве. Появились сообщения о том, что большую часть промышленного кислорода в России стали перенаправлять в медучреждения, чтобы спасать ковидных больных.
Ахметдинов заметил, что в 2020-м и в нынешнем году в Минпромторге действительно проходили совещания, на которых вставал вопрос о передаче больших объемов кислорода с заводов на нужды медицины. «Наверное, по просьбе министерства значительную часть кислородного производства сейчас перекинули с металлургии на медицину», – предположил собеседник.
В Группе НЛМК (основной актив – Новолипецкий металлургический комбинат, крупнейший в России сталелитейный комбинат) газете ВЗГЛЯД сообщили, что некоторые предприятия могли оградить себя от кислородной проблемы за счет передовых технологий.
«Медицинский (жидкий) кислород и тот, который идет на производство – разные вещи. Они не взаимозаменяемы. Медицинский кислород на нашем заводе получается при производстве промышленного. То есть чем больше мы создаем кислорода второго типа, тем больше выходит и медицинского», – пояснила директор по коммуникациям Группы НЛМК Мария Симонова.
«Но как мне объясняли наши технологи, это только особенность нашего производства. На других предприятиях могут быть другие промышленные установки, могут варьироваться соотношения газообразного кислорода для промышленного оборудования и жидкого кислорода для медицинского оборудования», – добавила она.
В условиях нехватки медицинского и промышленного кислорода и перегрузки мощностей для их производства, оперативной помощи военных может не хватать, полагают эксперты. Выходом может стать режим экономии газа, попытки создать его запасы или производство кислорода «в локальных условиях».
«Каждый регион выходит из ситуации по-своему. Где есть поблизости кислородный завод, там можно покупать кислород баллонами. Да, при закупках бывают свои сложности, но все же такая возможность есть, и это самое главное. А там, где ближайшие производства далеко, используют кислородные концентраторы, то есть, грубо говоря, из воздуха делают кислород», – пояснил эксперт Высшей школы управления (ВШУ) здравоохранением Университета имени Сеченова Артем Гиль.
Именно такой выход – пробрести концентратор – ищут врачи в одной из центральных больниц Орла. Прибор медики рассчитывают получить за счет федерального бюджета. В другом медучреждении областного центра рассчитывают на буферные емкости для хранения кислорода – для нужд больных требуются емкости общей вместимостью 40 тонн. Буферные емкости для кислорода и его концентраторы могли бы решить проблему нехватки кислорода в «тяжелых» COVID-отделениях, отметил Гиль.
«Но должны соблюдаться все требования безопасности к производству, хранению и транспортировке кислорода. Оборудование должно быть сертифицировано. Мы все помним взрыв на территории больницы будки с кислородными баллонами в Челябинске. ЧП произошло из-за неправильной эксплуатации оборудования», – заметил эксперт ВШУ Университета им. Сеченова.