Возможную эволюцию терзающего планету коронавируса проще всего объяснить на примере вирусов гриппа.
Каждому в России известно, что эпидемии гриппа всегда начинаются осенью или зимой – и сходят на нет ближе к лету. Но никто не может точно сказать, почему это происходит. Специалисты упоминают несколько факторов, споря о том, который из них первичен.
Выделим два. Первый касается так называемого местного иммунитета – защитных свойств наших слизистых оболочек в носоглотке, гортани и бронхах. Иммуноглобулины на слизи нейтрализуют вирусы при их попытке попасть в организм, но при пересыхании слизистых защита практически отключается.
Пересыхание происходит, в частности, за счет низкой влажности в отапливаемых в холодный период домах. Поэтому риск инфицирования наиболее высок тогда, когда мы с высушенной слизистой попадаем в прохладную и влажную среду – выходим на улицу.
Из этого вытекает второй фактор – требования вызывающих ОРВИ вирусов к окружающей среде. Они разнятся, но подавляющее большинство предпочитают прохладный воздух и высокую влажность, а летняя погода и – особенно – прямой солнечный свет для них губительны.
Тут необходимо уточнение: речь идет не о полной гибели вирусов, а о резком снижении их вирулентности, сиречь «заразности», за счет повреждения липидного покрытия и белков-«ключей», благодаря которым они проникают в клетки.
Проще говоря, заразиться в летнее время значительно сложнее, особенно аэрозольным путем.
Из этого также следует, что жизнестойкость вируса не равна его опасности для окружающих. А многочисленные исследования, которые сейчас проводятся (например, о том, какая дистанция является безопасной – полтора метра или четыре), определяют именно жизнестойкость, а не вирулентность.
Коронавирус не относится к вирусам гриппа, но между ними много общего. Это касается и их уязвимости, и требований к окружающей среде – идеальная температура для SARS-2 от пяти градусов тепла по Цельсию до нуля, но не ниже, так что его распространению в России могла поспособствовать ранняя и теплая весна.
Все это позволяет надеяться на то, что к лету пандемия пойдет на спад, а со временем полностью сойдет на нет. Но откуда же тогда возьмется «вторая волна» и возможное закрепление COVID в качестве «сезонной болезни», чем нас сейчас запугивают китайцы?
Вернемся к примеру гриппа. Науке известно более полутора тысяч вариаций вирусов, вызывающих эту болезнь. Как правило, в случае с сезонными эпидемиями мы говорим о вирусах типа «А», природным резервуаром которых (это понятие мы подробно разбирали здесь) являются водоплавающие птицы.
Переболевшие гриппом получают иммунитет от вируса, который надежно действует два–три года. Собственно, медицина лишь облегчает симптомы болезни и минимизирует осложнения, а вирусы организм убивает в себе сам, вырабатывая антитела. Это справедливо и для коронавируса SARS-2. По крайней мере, как утверждают вирусологи, в его строении (или, точнее сказать, составе) нет ничего, что принципиально отличало бы его от других, хорошо исследованных коронавирусов.
Тем не менее, в СМИ появлялись сообщения, согласно которым были отмечены случаи повторного выявления коронавируса у уже излечившихся от COVID-19 людей. Такие случаи единичны, но они все-таки есть и вызывают у вирусологов удивление.
Объяснений этой ситуации предложено несколько. В некоторых случаях речь может идти о патологии иммунитета, в некоторых – об ошибках в анализах. Кроме того, возможно, что коронавирус может задерживаться в уже излечившемся организме, не нанося ему вреда. Это негативное обстоятельство, поскольку бывший пациент по-прежнему способен заражать других.
Наконец, последнее объяснение: один и тот же человек мог быть заражен разными штаммами SARS-2. Такое обстоятельство следует отнести к числу наиболее негативных.
Грипп стал занозой для человечества прежде всего потому, что вирусы типа «А» довольно легко мутируют и сами по себе, и за счет того, что одновременно «варятся» в огромном количестве человеческих особей (об этой особенности их биологии мы писали здесь). Если вирусу «повезло», вырабатывается штамм, на который уже не действуют антитела, произведенные организмом для предыдущей версии инфекции, и процесс опять идет по тому же кругу.
Каждую новую эпидемию вызывает уже другой вирус, пускай и очень похожий на предыдущий. Отсюда и те самые полторы с лишним тысячи вариаций вируса гриппа у людей, птиц, коров, etc.
У кого вирулетность выше – у коронавируса или у вирусов гриппа, вопрос пока еще дискуссионный: есть обоснованные предположения, что в реальности заразившихся SARS-2 значительно больше двух и даже пятидесяти миллионов, но все они переносят свое заражение бессимптомно. Подобное характерно как для коронавирусов, так и для вирусов гриппа.
В то же время от SARS-2, судя по всему, чаще бывают фатальные осложнения, кроме того, заболевание быстрее переходит в тяжелую форму, если сравнивать его даже не с вирусами гриппа, а с другими известными коронавирусами, провоцирующими пневмонию.
А вот насколько легко SARS-2 мутирует, нам еще только предстоит узнать. Но то, что мутировать он умеет, к сожалению, факт.
Исследователи Кембриджского университета выделили уже как минимум три разных варианта инфекционного агента. Первый – тот, который был передан человеку от летучих мышей через панголинов. Второй получился из первого в результате двух ключевых мутаций и распространился по Юго-Восточной Азии. Почему не пошел дальше на запад – вопрос открытый: возможно, у европейцев и американцев был походящий иммунитет, возможно, ответ нужно искать в области экологии и климата.
Наконец, есть третий тип. Именно он, наряду с первым, терзает сейчас Европу и Соединенные Штаты.
При наиболее негативном варианте развития событий SARS-2 получит максимально широкое распространение и целую цепочку мутаций. В этом случае пандемия отступит к лету благодаря солнечному свету, повышенной температуре и пониженной влажности, а осенью накатит та самая «вторая волна».
К этому моменту предполагается не только появление вакцины, но и ее внедрение в «странах первого мира». Россия в данном случае относится к их числу – у нас достаточно мощная школа эпидемиологов и вирусологов, благо советская власть почти 50 лет готовилась к возможному применению против страны ОМУ, в том числе и биологического.
Беда, однако, в том, что коронавирусу может хватить мощностей (в том числе благодаря большому количеству зараженных в разных странах с разным климатом), чтобы производить все новые и новые штаммы, устойчивые к уже выработанным антителам. В этом случае на каждый сезон нужна будет новая вакцина, как это происходит в случае с вирусами гриппа.
Это, повторимся, худший сценарий. Согласно лучшему, мир ограничится всего одной пандемией и будет защищен от «второй волны» коллективным иммунитетом, а в своей способности к изменчивости SARS-2 разгромно «проиграет» вирусам гриппа.
В любом случае применяемые сейчас большинством государств мира карантинные меры направлены не на то, чтобы дождаться вакцины (будем надеяться, понадобится только одна), а на то, чтобы система здравоохранения распределила нагрузку по времени и успела ввести в строй новые мощности, будь то дополнительные больницы или аппараты ИВЛ. Так мы сможем пройти этап выработки коллективного иммунитета (возможно, что и обязательного для окончательной победы над SARS-2), заплатив за это меньшим количеством жизней.