Целый ряд дел по беспорядкам, которые произошли 27 июля в Москве, завершились во вторник. Всего в рамках «Дела 27 июля» – обвинения в массовых беспорядках (статья 212 УК) и применении насилия в отношении сотрудников правоохранительных органов (статья 318 УК) – фигурантами стали 13 человек. 27 июля радикальная оппозиция организовала несанкционированную акцию в поддержку незарегистрированных кандидатов в депутаты Мосгордумы, которая окончилась массовыми беспорядками и задержаниями. Поводом для отказа Мосгоризбиркома зарегистрировать так называемых независимых кандидатов стало наличие среди поданных кандидатами недостоверных подписей, в том числе «мертвых душ».
Во вторник двое участников несанкционированных акций получили реальные сроки. Иван Подкопаев, распыливший перцовый газ в сторону полицейского, и Данила Беглец, напавший на росгвардейца, получили три и два года колонии соответственно. В действиях еще четырех человек (Абаничева, Конона, Костенка и Барабанова), которым вменялось участие в массовых беспорядках (часть 2 статьи 212 УК), Следственный комитет не нашел состава преступления, и им отменили меру пресечения, пообещав, однако, привлечь их к административной ответственности.
В отношении еще двух человек дела не закрыты, но заключение под стражду им заменено на домашний арест – это студент ВШЭ Егор Жуков и волонтер штаба Любови Соболь* Сергей Фомин. В целом, как заявили в СК, расследование по событиям 27 июля еще продолжается – в том числе и в отношении «ряда иных лиц».
Учитывая, что накануне московские суды отказались рассматривать еще два дела, связанных с 27 июля, – иски о лишении родительских прав в отношении семей Проказовых и Хомских, которые взяли на несогласованный митинг в Москве маленьких детей, можно считать, что в основном последствия событий 27 июля разобраны. Достаточно быстрое судебное разбирательство можно только приветствовать – потому что одной из главных претензий к нашей правоохранительной системе вполне справедливо является как раз слишком долгое следствие и судопроизводство, а тут все было сделано оперативно.
Это важно не только с точки зрения доверия к правоохранительной системе, но и потому, что вокруг «узников 27 июля» радикальная оппозиция уже успела создать целую мифологию: с одной стороны, «делала биографию» «борцам с режимом», а с другой – обвиняла власти в «ужасной жестокости» при разгоне митинга и «страшных репрессиях» по отношению к его участникам.
Сейчас, когда те, кто виноват, осуждены, а те, кто ни при чем, освобождены, получен внятный сигнал –
никаких репрессий никто устраивать и не собирался, но все попытки устроить беспорядки будут жестко пресекаться, а их виновные будут наказаны. Это касается не только прошедших провокаций, но и будущих.
Об этом говорит и жесткий приговор, вынесенный во вторник Пресненским судом Москвы по делу блогера Владислава Синицы – он получил пять лет колонии за пост в «Твиттере» (под псевдонимом Макс Стеклов) с призывами к насилию над детьми правоохранителей, написанный как раз по следам событий 27 июля.
Любое государство будет пресекать попытки разжигать ненависть к полицейским – а тут речь шла еще и об угрозах детям. Понятно, что приговоры «за слова» не всеми считаются справедливыми, однако если спецслужбы будут реагировать только на дела, то многие трагедии не удастся предотвратить.
Тем более что в случае с Синицей важен прецедент – есть темы, в которые нельзя безнаказанно играть даже словами.
Возможно, в дальнейшем реальный срок будет уменьшен после апелляции или в случае условно-досрочного освобождения, но урок будет получен не только «блогером Владиславом».
При этом ни государственная машина, ни само общество не заинтересованы не только в каких-то репрессиях, но даже и в излишней жестокости против тех, кто хочет «поиграть в революцию» – необходимо просто объяснить, что не стоит шутить с законом и общественными интересами. Которые категорически против «свержения режима» через замазывание его в крови и изображение тоталитарным и полицейским. А, собственно говоря, к этому и сводятся все тактические задумки организаторов беспорядков.
Несанкционированный митинг нужен только для провоцирования власти на силовой ответ, чтобы получить картинку «наших бьют», причем якобы просто «за прогулку по городу». Не поддаваться на провокации и при этом уметь четко пресекать их – задача власти, с которой она в целом справляется.
Понятно, что периодически случаются «эксцессы исполнителя» – в том числе и в правоохранительных органах, состояние дел в которых никто не считает идеальным. В этом смысле показательна история с задержанием в понедельник вечером журналиста Ильи Азара*, депутата муниципального округа Хамовники. Его привлекают к ответственности за другую несанкционированную акцию – прошедшую в Москве 31 августа «прогулку по бульварам», закончившуюся, во многом благодаря профессиональным действиям полиции, без каких-либо происшествий.
Судя по всему, правоохранители решили вменить Азару нарушение порядка организации либо проведения митинга, которое грозит штрафом до 300 тысяч или арестом до 30 суток. 2 сентября вечером Азара задержали у него дома, доставили в отделении полиции, а через несколько часов отпустили – суд, первоначально назначенный на вторник, перенесли на 23 сентября из-за нарушений в протоколе.
Понятно, что политические сторонники Азара всячески вступились за него – но резонанс вызвали вовсе не его привлечение к административной ответственности и не само задержание. А то, как это было сделано. Если верить Азару, его задержали, когда он, уложив ребенка спать, вышел покурить, и увезли, несмотря на предупреждение, что в квартире остался один маленький ребенок.
Супруга Азара приехала домой спустя полчаса и «нашла квартиру открытой, а ребенка – мирно спящим в своей кровати. Одного». Уполномоченный по правам ребенка в Москве Евгений Бунимович уже обратился в столичную прокуратуру с требованием проверить действия полицейских, задержавших Азара невзирая на то, что в незапертой квартире без присмотра осталась его дочь в возрасте 1 года 8 месяцев. Если все было именно так, как рассказывает Азар, то история, конечно, возмутительная. И сотрудник, допустивший такую ситуацию, должен как минимум попасть под служебное расследование.
Потому что подобными действиями он дискредитирует не только самого себя, но и правоохранительные органы, и власти. Власть приучает радикалов если не отказаться от попыток провокаций, то хотя бы быть готовыми отвечать за его нарушение, и сама должна демонстрировать максимальное уважение к нему во всех своих действиях.
Ответственность за правонарушения должна быть неминуемой и соразмерной – как это и было в приговорах по «Делу 27 июля» – и абсолютно законной. Собственно, именно об этом и говорил еще две недели назад Владимир Путин:
«Граждане имеют право на мирные, в соответствии с действующим законом, протесты. Власти должны обеспечить реализацию этих прав. Но никто, ни власти, ни какие-то группы граждан, не имеют права нарушать действующий закон и доводить ситуацию до абсурда либо столкновений с властями. Это нарушение закона, и все, кто виновен в этих нарушениях, должны быть привлечены к ответственности в соответствии с российским законом».
* Признан(а) в РФ иностранным агентом