Сотрудники Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН) находятся под «колоссальным психологическим давлением» из-за постоянного общения с преступниками, заявил замглавы ведомства Валерий Максименко в интервью «Интерфаксу». Многие из заключенных отбывают наказание за тяжкие и особо тяжкие преступления, являются социально неблагополучными, обозленными на жизнь людьми и проецируют свои чувства и эмоции на окружающих.
«Недавно правозащитник Андрей Бабушкин сказал, и я с ним согласен, что, посещая колонии и СИЗО, он видит моральную усталость и моральный износ сотрудников, даже молодых. В их глазах такая тоска, такая безнадега», – подчеркнул Максименко. При этом он напомнил, что во ФСИН работают более 3 тыс. психологов и только за 2018 год ими было проведено свыше 360 тыс. обследований сотрудников и более 180 тыс. индивидуальных консультаций.
Выделил замдиректора службы и другую серьезную проблему – рост числа нападений на сотрудников ФСИН со стороны заключенных. Максименко увязал это с тем, что они не хотят применять против заключенных спецсредства, когда это необходимо, опасаясь попасть под уголовное преследование.
Неужели доля сотрудников ФСИН действительно столь тяжела и почему об этом заговорили именно сейчас? Член СПЧ при президенте РФ Илья Шаблинский считает, что руководство службы несколько преувеличивает проблему, говоря о моральных страданиях своих подчиненных.
«У меня не было такого впечатления, что они очень угнетены. В охранники идут работать очень разные люди. Есть обычные сотрудники, которые стараются выполнять работу более-менее добросовестно. А есть те, у кого склонность к насилию.
Это не только в России, так повсеместно. И их нужно сдерживать, за ними нужен глаз да глаз. Так что они в реабилитации, я бы сказал, не нуждаются, они там себя хорошо чувствуют», – рассказал он газете ВЗГЛЯД.
«Многие из этих людей привыкли действовать совершенно безнаказанно и бесконтрольно. Я и другие члены Совета сталкиваемся с проявлениями беззакония регулярно. Пытки стали нормой. Осужденные – не ангелы, это понятно. Но бить-то их закон запрещает», – добавил Шаблинский.
Стоит напомнить, что в последнее время вокруг ФСИН развернулось сразу несколько громких скандалов. Летом прошлого года в прессе появилась видеозапись, на которой запечатлено, как охранники колонии № 1 Ярославской области зверски избивают заключенного. Затем всплывало еще несколько случаев пыток. А осенью шумиха разразилась вокруг роскошной жизни в колонии в Амурской области опасного убийцы Владислава Цеповяза.
В связи с этим Шаблинский не исключил, что нынешние слова замдиректора ФСИН обуславливаются в какой-то степени желанием как-то объяснить и оправдать сложившуюся ситуацию. В то же время эксперт отметил, что Максименко довольно внимательно относится к проблемам внутри службы, о чем свидетельствуют некоторые его заявления.
«Например, он недавно рассказал, что бывшего начальника ИК-14, где сидела Надежда Толоконникова*, сняли с должности именно за то, в чем я и другие правозащитники его обвиняли еще пять лет назад. Максименко довольно откровенно об этом рассказал. Они собрали больше информации, обобщили и отправили дело в СК. Так что, думаю, и нынешние высказывания замдиректора ФСИН были искренними», – отметил собеседник.
Так, Шаблинский признал, что есть в проблеме вокруг ФСИН тяжелое противоречие. «Это вредная и тяжелая работа, все так. При этом у нас она практически неконтролируемая и очень плохо оплачиваемая. Сотрудники получают очень низкую зарплату, и новые кадры, которые обладали бы какими-то иными моральными качествами, взять негде», – посетовал эксперт.
Полковник внутренней службы в отставке Владимир Макиенко и вовсе считает, что в словах Максименко вообще нет никаких попыток оправдаться за предыдущие скандалы, а только лишь суровая действительность. «Руководство ФСИН об этом говорит, и так оно и есть. Это не то что они выкручивают себе какую-то дополнительную численность или финансирование», – заявил он газете ВЗГЛЯД.
Действительно, нагрузка на сотрудников очень большая, психологически очень тяжело, рассказал Макиенко. «Сидят-то не самые лучшие представители нашего общества, которые всеми правдами и неправдами пытаются оказывать давление на сотрудников – и угрожают, и втираются в доверие, а потом обманывают. Причем самыми изощренными способами это делается. Причем сидят люди, зачастую обладающие какими-то связями на воле как в легальных структурах, так и в криминальных. Поэтому, конечно, сотрудники ФСИН находятся в тяжелой атмосфере», – объяснил он.
Кроме того, идут регулярные сокращения штата, нагрузка растет, продолжил эксперт. «Положение о службе, которое сейчас действует, не способствует тому, чтобы люди задерживались на этой работе, в результате не происходит формирования кадрового ядра профессионального. Большая часть людей приходит и быстро уходит, увидев, что служба сахаром и медом не намазана. А когда человек не имеет достаточных знаний и опыта, ему вдвойне тяжело», – подчеркнул Макиенко.
Что же касается зарплаты, то с 2013 года ее существенно повысили, но с тех пор не индексировали, поэтому она сейчас опять стала средней, отметил собеседник. Так что, по его словам, затраты времени, нервов и здоровья, которые связаны со службой в уголовно-исполнительной системе, в общем-то, мало компенсируются.
Шаблинский уверен, что сотрудникам ФСИН необходимо повысить зарплату. «Это тяжелая работа, за нее нужно больше платить. В Германии, во Франции, я знаю, немалые деньги платят сотрудникам, но за ними и очень серьезный пригляд. И у нас следовало бы повысить и работать с ними, объяснять, мол, вот хорошие деньги, но они должны точно и четко соблюдать законы», – отметил эксперт. В то же время он посетовал, что не знает, где государству сейчас взять на это деньги.
Однако Макиенко, в свою очередь, отметил, что у нас часто идут по самому простому пути – подняли зарплату, и, мол, ребята, служите. Однако этого недостаточно. «Наверное, нужно как-то дифференцировать, кто работает непосредственно с уголовным элементом, а кто сидит в бухгалтерии, например». Кстати, с похожим предложением выступала спикер Совфеда Валентина Матвиенко – разделить ФСИН на гражданскую и силовую части.
«Наверное, можно было бы ввести прогрессивную шкалу зарплат, чтоб человек знал, что чем больше он служит, тем больше у него и зарплата. И это не на 10%, а существенно: отслужил пять лет – получи прибавку 30%. Чтобы было к чему стремиться, чтобы каждый человек видел, что его товарищ, который прослужил, например, 10 лет, получает зарплату в два раза выше. Люди будут ради этого держаться», – продолжил Макиенко.
Полковник в отставке также уверен, что необходимо сформировать кадровое ядро за счет выявления профессионалов по объективным критериям – например, ввести балльную систему или применить какие-то современные методики менеджмента.
«Допустим, человек не занимается подхалимажем и столы накрывает, а действительно дает результат по своей работе. У него должно быть преимущество при продвижении по службе, при получении званий. Эти критерии должны быть объективными, и оценивать работу должны не его непосредственные начальники, а какие-то незаинтересованные и несущие ответственность за эти проверки уровня знаний люди. Можно проводить тестирования какие-то, экзамены», – рассказал эксперт.
Макиенко также предложил проводить ротацию кадров, как сейчас делают с руководящим составом во ФСИН. «То же самое делать и с личным составом более низшего звена. Человек хорошо работает, чего его держать в Курганской области, давайте его на повышение в Пермский край», – объяснил он. Правда, по мнению Шаблинского, с этим есть сложность из-за того, что рядовые сотрудники службы сейчас привязаны к окрестным поселкам.
В целом Макиенко считает, что ситуации и с пытками, и с нападениями на охранников идут от одних и тех же причин – непрофессионализма сотрудников ФСИН. И формирование кадрового ядра решит обе проблемы.
«Когда это будут профессионалы, они будут гасить весь тот негатив, который идет от спецконтингента. Они будут лучше владеть обстановкой, воевать не числом, а умением. Будет происходить отбор людей более профессиональных, психологически более готовых к таким нагрузкам.
Если оперативник умеет работать с подозреваемыми или осужденными, то ему не надо никого бить или пытать. То же самое режимник, если он знает психологию, все методы работы и поддержания правопорядка в учреждении, то ему не надо никого лупить», – подчеркнул эксперт.
Кроме того, всем заинтересованным сторонам – имеются в виду и ФСИН России, и Минюст, и правозащитные организации, и законодатели – следует вместе разрабатывать необходимые изменения в законы, в инструкции, добавил Макиенко.
Шаблинский добавил, что также нужны средства визуального контроля. «Нужно снабдить все наши исправительные колонии камерами наружного наблюдения, регистраторами – их все еще недостаточно. Можно будет потом спокойно любую ситуацию рассмотреть на экране и разобрать – есть ли случай нападения на сотрудника или, наоборот, безосновательного избиения со стороны работника ФСИН», – подытожил он.
* Признан(а) в РФ иностранным агентом