«Родственники будут решать, у него есть родственники», – так в пятницу власти Керчи ответили на вопрос, как и где будут хоронить Владислава Рослякова, студента, убившего два десятка соучеников по керченскому политехническому колледжу и покончившего с собой. Накануне сообщалось, что тело массового убийцы будет захоронено отдельно в безродном секторе кладбища.
Вопрос непраздный – большинство христианских конфессий, в том числе православие, предполагает – самоубийц нельзя хоронить в церковной ограде и отпевают их лишь в том случае, если суицид был совершен в состоянии помешательства. В любом случае, душе убийцы и самоубийцы, по православному вероучению, предстоит посмертное воздаяние.
А вот учение организации «Свидетели Иеговы*» предполагает, что душа умирает вместе с телом. Надежду на спасение и райскую жизнь после Страшного суда имеют лишь сами «свидетели». Остальные, по определению, обречены. Организация, которая в прошлом году была внесена в России в список экстремистских, упомянута неспроста. Соседи семьи Росляковых (семьи неполной и неблагополучной – отец-инвалид не жил с семьей, мать работает санитаркой в онкобольнице) рассказали: Галина Рослякова, мама Влада, ходила к «Свидетелям Иеговы». Принять это сообщение за стопроцентную правду мы, понятно, не можем. Но можно разобрать ее в качестве рабочей версии.
До запрета организации иеговисты Керчи собирались в малоприметном здании по переулку Лермонтова, 12. Вокруг – «частный сектор», рядом – колледж экономики и информатики. Керченский политех, где произошла трагедия, – практически на другом конце города.
Где могут собираться иеговисты после запрета своей организации, по понятным причинам скрывается. «Они собираются на квартирах, что, кстати, является уголовно наказуемым деянием. Сейчас уже пошли уголовные дела за такие собрания», – сказал газете ВЗГЛЯД религиовед, директор Правозащитного центра Всемирного русского народного собора Роман Силантьев. Понятно, что атмосфера подполья не способствует проявлению дружелюбия по отношению к внешнему миру.
Те, кто рассказывал о семье Росляковых, не вспоминают, чтобы Влад ходил на собрания иеговистов. Парню не нравились «друзья матери» – он называл их «какими-то дураками, которые танцуют и поют», передавал телеграм-канал Mash. Подруги Галины (не имеющие никакого отношения к «новым религиозным движениям») худого слова о ней не говорят. «Божий одуванчик, спокойная, нормальная женщина, обычная. Сама воспитывала этого Владика. При чем здесь религия?» – сказала одна из знакомых корреспонденту агентства Крыминформ. Она же, впрочем, подчеркивает: то, что Галина «состояла в секте, – неправда».
Действительно, в соцсетях писали, что санитарка Рослякова помогала спасать жизни ребят и взрослых, ставших жертвой нападения ее сына. «Хороший человек, ответственный сотрудник, никогда не грубила, относилась ко всем хорошо...» – сказал РБК один из сотрудников керченского онкодиспансера. Но тот же коллега добавил: «О ее семейной жизни мало кто знает, особо никому не рассказывала».
«Если иеговист вступает в секты, он прекращает отношения со всеми, кроме членов этой секты», – пояснил Роман Силантьев. Он подчеркнул: «Свидетели Иеговы» не считают полноценными людьми тех, кто не входит в эту организацию. Те, кого пока еще не удалось привести, погибнут при Страшном суде, и пока они не вошли в секту, даже смысла общаться с ними нет», – заметил он. Отношение к иноверцам «прошито» на уровне вероучения – теократическая (то есть руководимая самим Богом) организация противостоит «злой системе вещей», царствующей в мире.
Об отчуждении Влада Рослякова от сверстников рассказала его классная руководительница Марина Маслова. Подростку нельзя было даже ходить в кино, цитирует ее слова Mash. Владислав «даже не участвовал в самодеятельности», не ходил в кружки и не принимал участия в праздниках. «Иногда Влад нарушал мамины запреты и пробирался к ребятам тайком. За это неизменно получал нагоняй», – говорит классная руководительница. Неудивительно, что этот «тихий, улыбчивый парень» больше времени проводил в школе, чем дома, особенно в библиотеке, где был компьютер и возможность выхода в Сеть (мама отказывалась купить «комп»).
«Поэтому то, что этот паренек был замкнут, вполне объяснимо тем, наверное, что иеговистов не было там, где он учился», – полагает Роман Силантьев. Не исключено, что далее мог произойти подростковый бунт против «праведного порядка» – «увлекся панком, навешал на себя браслеты – маме это, конечно, не понравилось».
«Обычное дело, хоть и печальное. Дети входят в такую секту под принуждением. Потом возникает подростковый протест», – говорит руководитель антисектантского проекта «Гнев» Александр Чаусов. И чем серьезнее давление со стороны религиозной организации, «тем жестче может быть ответная реакция».
Судя по рассказам свидетелей, в своих увлечениях Росляков мало походил на последователя упомянутого учения. Обращает на себя вниание демонстративная тяга к оружию, огнестрельному и холодному (однокашники Рослякова говорили, что он носил в колледж нож). В то же время в мировоззрении «Свидетелей Иеговы» запрещено держать оружие, они являются пацифистами.
«Согласно своему мировоззрению они, как правило, отказываются от службы в армии. В России до своего запрета по крайней мере часть «Свидетелей Иеговы» отправлялись на альтернативную гражданскую службу», – сказал газете ВЗГЛЯД религиовед Роман Лункин. По его мнению, версия о возможном влиянии «Свидетелей Иеговы» и их вероучения на керченскую трагедию ничем не подтверждена. «Это логичное продолжение кампании, которая ведется против «Свидетелей Иеговы» с 2009 года и теперь приобрела более зловещий и агрессивный характер», – полагает Лункин.
«Если посмотреть по аналогичным преступлениям в мире, из самых разных семей бывают такие люди. Из семей атеистов, православных, протестантов. Это просто совпало, не думаю, что есть причинно-следственная связь с семьей», – заметил в комментарии газете ВЗГЛЯД публицист Сергей Худиев. «Если бы принадлежность к секте «Свидетели Иеговы» провоцировала детей на насилие, мы бы это видели статистически, а на основании одного случая невозможно сделать обобщающих выводов», – заметил он.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ