Под домашним арестом
Об обвинении в государственной измене (статья 275 УК РФ – прим. ВЗГЛЯД) 75-летнего руководителя Центра исследования аэрогазодинамики ЦНИИ машиностроения и доцента МГТУ имени Баумана Владимира Лапыгина во вторник сообщили в Лефортовском суде Москвы.
Если же не расписывался, не был предупрежден, то тогда откуда ему знать, что рассказывать можно, а что нельзя?
В отношении фигуранта избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, рассказали там «Интерфаксу».
И хотя об аресте Лапыгина стало известно только сейчас, выяснилось, что эта история длится уже несколько месяцев. «8 июля 2015 года мера пресечения продлевалась до четырех месяцев, а именно до 13 сентября 2015 года. Обвиняемый не стал подавать жалобу на продление ему этой меры пресечения», – отметила пресс-секретарь суда Юлия Скотникова.
Первый раз следователи вышли с ходатайством об аресте еще в мае. Дело имеет гриф «секретно», поэтому его подробности не разглашаются. Сообщается только, что фигурант якобы передавал за рубеж некие секретные сведения.
Известно, что Владимир Лапыгин уже много лет трудится в ФГУП «ЦНИИмаш» и преподает в «Бауманке». Его называют заслуженным машиностроителем России. Кроме того, по данным СМИ, Лапыгин ввиду преклонного возраста нуждается в постоянном уходе врачей.
Федеральное государственное унитарное предприятие «Центральный научно-исследовательский институт машиностроения» – это один из головных институтов Роскосмоса.
В МГТУ имени Баумана Владимир Лапыгин прикреплен к кафедре «Динамика и управление полетом ракет и космических аппаратов».
Как рассказал газете ВЗГЛЯД помощник ректора МГТУ Анатолий Колмыков, о ситуации с Владимиром Лапыгиным он узнал лишь сегодня. И, по его словам, вуз не имеет никакого отношения к тем секретам, которые могли заинтересовать следствие.
«Он работал у нас по совместительству. Основная работа у него – в ЦНИИ машиностроения. У нас он только читал курс лекций студентам. Преподаватель хороший. Ни к каким секретам здесь допущен не был», – сказал Колмыков.
Помощник ректора добавил, что по-другому комментировать арест преподавателя пока сложно, потому что «еще ничего не понятно в этом деле».
«Лично я не очень верю в виновность. Это не первый раз, когда у нас академиков сажают за сотрудничество с другими странами. Первым в этом ряду было дело «ЦНИИмаш-Экспорта». Мне кажется странным, когда люди работают с иностранными коллегами, со всеми документами, официально, а потом попадают под следствие. Какой смысл академику в открытую разглашать секреты? Тем более что за это сажают», – сказал он.
Говоря же о подразделении, в руководстве которого трудится последний заподозренный в измене специалист, Моисеев подтвердил, что ЦНИИмаш – это головное предприятие Роскосмоса.
«Традиционно они занимаются газодинамическими стендами, проводят модельные испытания. Для этого есть две основные структуры – ЦНИИмаш и ЦАГИ, но последние ближе к авиации», – добавил он.
В свою очередь бывший начальник аналитического управления КГБ СССР и замсекретаря Совета безопасности России в 1993–1996 годах Владимир Рубанов рассказал газете ВЗГЛЯД, что в «деле Лапыгина» речь может идти как о промышленном шпионаже, так и о государственной измене.
По его словам, если речь идет о стратегических космических планах России, то такая «сложная информация» тянет на дело об измене Родине и касается государственного шпионажа, если же подразумеваются утечки чисто технических разработок, то, скорее всего, расследуется промшпионаж.
Что касается разглашения государственной тайны, то оно подразумевает ситуацию, когда человек не просто «сболтнул лишнего», а совершил преступление с четким и явным умыслом. Промышленный же шпионаж может быть и без умысла, важные сведения могут быть переданы по неосторожности.
«У нас часто путают эти понятия, – добавил эксперт. – Таким образом, должен быть четко определен объект этой всей деятельности, цель, умысел. После этого только и можно говорить о том, какой ущерб безопасности страны был нанесен, если, конечно, удастся доказать вину».
Учитывая преклонный возраст фигуранта и информацию о том, что тот не год-два, а десятилетиями работал на своем предприятии, Рубанов предположил, что подозреваемому, вероятно, были доверены секреты, за которые он должен был расписываться о неразглашении.
«Если же не расписывался, не был предупрежден, то тогда откуда ему знать, что рассказывать можно, а что нельзя?» – добавил Рубанов.
Комментируя шпионаж в сфере космических технологий в целом, эксперт отметил, что это область, интерес к которой имеют разведки разных стран. Их интересуют и перспективная тема космического оружия и многое другое. Однако Россия вряд ли обладает сейчас особенно прорывными секретными технологиями, в которых остро нуждаются, к примеру, американцы. Эксперт предположил, что тут скорее можно говорить о поговорке «голь на выдумку хитра». То есть находятся некие «умельцы», «мастера на выдумку», которые продают за рубеж какие-то свои наработки, какие можно уже там с соответствующей аппаратурой довести до технического совершенства.
При этом, по его мнению, при рассмотрении дел о госизмене в России часто проводятся весьма спорные экспертизы и подбираются сомнительные эксперты: «У нас часто экспертов назначают не тех, которые могут правильно квалифицировать интересы государства. Правильно квалифицировать может только тот, кто эти сведения засекретил. Минобороны обладает секретом? Вот пусть оно и решает, что у него секретно, а что нет. А то у нас берут каких-то людей со стороны, например, преподавателей вузов, и они ломают голову над тем, может это быть секретной информацией или не может», – говорил он ранее газете ВЗГЛЯД.
Другие ученые
Это не первый случай, когда российских ученых подозревают в государственной измене.
Так, в июле стало известно о задержании по этой статье сразу троих россиян, среди которых, в частности, оказался инженер одного из научно-производственных комплексов Максим Людомирский. Это дело проходит под грифом «секретно». Однако, по данным СМИ, 58-летнего Людомирского, работавшего главным инженером НПК «Электрооптика», могли заподозрить в передаче за рубеж информации о разработке некоего оружия.
В феврале этого года в разглашении гостайны обвинили экс-сотрудника Российского ядерного центра в городе Сарове Нижегородской области Бориса Голубева. Он еще в 2003 году сделал на конференции в Чехии научный доклад, который затем был опубликован. Публикация доклада, якобы содержащего секретные сведения, и стала поводом для возбуждения уголовного дела.
В июне 2012 года двое ученых петербургского Балтийского государственного технического университета «Военмех» были осуждены за передачу сведений о ракете «Булава» Китаю. Суд признал Евгения Афанасьева виновным в государственной измене и приговорил к 12,5 годам колонии строгого режима. Святослава Бобышева признали виновным в пособничестве государственной измене и приговорили к 12 годам колонии строгого режима. Оба фигуранта своей вины не признали.
14 апреля этого года стало известно, что один из них – профессор Афанасьев – умер в ульяновской колонии от инфаркта.
В мае 2012 года восемь лет тюрьмы дали сотруднику ФГУП «НПО автоматики им. Семихатова» Александру Гнитееву, который также обвинялся в сотрудничестве с иностранной разведкой по поводу «Булавы».
В 2005 году руководство «ЦНИИмаш-Экспорт» – дочерней фирмы одного из крупнейших предприятий российской ракетно-космической отрасли ЦНИИмаш – подозревалось в незаконном экспорте технологий китайской фирме.
Также было дело против сотрудника Института США и Канады РАН Игоря Сутягина, обвиненного в передаче англичанам сведений о новейших вооружениях, и обвинение бывшего руководителя Красноярского теплофизического центра при техническом университете Валентина Данилова в передаче Китаю сведений, составляющих гостайну. Сутягин позже был обменян на одного из российских разведчиков, задержанных в США.
Газета ВЗГЛЯД подробно писала о том, почему так важен спор о том, что такое измена Родине.