Во вторник Служба взысканий Швеции продала с аукциона за 20,5 млн крон (2,2 млн евро) жилой дом торгового представительства России. Как уточняет ИТАР-ТАСС, здание приобрели двое покупателей. Одного из них зовут Андреас Найс, имя и фамилия другого не разглашаются. Ранее сообщалось, что в аукционе могли участвовать и российские представители.
Любые попытки проникновения на территорию торгпредства и в здание будут пресекаться в соответствии с нормами международного права
В начале торгов устроители предупредили, что «проживающие в доме имеют дипломатический иммунитет» и что Россия «не предоставит потенциальному покупателю доступ в дом». Адвокаты, представляющие российскую сторону, напомнили участникам аукциона, что принудительная продажа нарушает Венскую конвенцию о дипломатических сношениях 1961 года. В соответствии с ней на здание распространяется действие дипломатического иммунитета.
Служба взысканий выставила этот дом на продажу повторно. Предыдущий аукцион, где оцененное в 62 млн крон (9,25 млн долларов) здание должно было уйти с молотка в принудительном порядке, прошел в сентябре 2012 года, но на лот не нашлось покупателей. Сейчас цена была снижена до 10,5 млн крон (1,64 млн долларов).
«Наши действия продиктованы действующими законами. Мы надеемся выручить за дом максимальную сумму», – отмечал ранее представитель Службы взысканий Петер Стигефельт.
По его словам, Служба опирается на соответствующее постановление суда. В октябре 2010 года Стокгольмский окружной суд арестовал имущество жилого дома торгпредства по заявлению немецкого бизнесмена Франца Зедельмайера. Тот требовал взыскать с России около 5 млн евро компенсации потерянных инвестиций при попытке организовать бизнес в Санкт-Петербурге в 1990-х годах. Подробнее о деле Зедельмайера газета ВЗГЛЯД писала ранее.
Российская сторона в своей апелляции обратила внимание на то, что «все активы РФ на территории Швеции являются собственностью государства и используются в целях, на которые распространяется как государственный, так и дипломатический иммунитет».
Однако летом 2011 года Верховный суд Швеции оставил решение окружного суда в силе, отметив, что он «разделяет понятия государственного и дипломатического иммунитетов» и считает, что в данном случае первый не распространяется на оспариваемое имущество, в том числе и потому, что большинство пользующихся жилым домом лиц не имеет дипломатического статуса.
Россия не признает легитимность решения Верховного суда и законность проведения торгов. Представители российского МИДа указывали, что «к шведскому государству был обращен настоятельный призыв предпринять все надлежащие меры для обеспечения неприкосновенности и безопасности российского представительства в соответствии с обязательствами Швеции по Венской конвенции о дипломатических сношениях 1961 года».
«Послу было заявлено, что принудительная продажа здания Торгпредства неизбежно приведет к негативным последствиям для российско-шведских межгосударственных отношений, – подчеркивали в российском ведомстве. – Вся ответственность за такое развитие событий ляжет на шведскую сторону».
«Дом является собственностью российской дипломатической миссии, и проживающие в нем ее сотрудники и их семьи обладают дипломатическим иммунитетом и являются неприкосновенными в соответствии с законом. Мне сложно предположить, что, зная это, найдется добросовестный покупатель нашей недвижимости, если только он не преследует провокационные цели... Мы не признаем аукцион легитимным, не допустим посторонних лиц на нашу суверенную собственность и не будем освобождать здание», – подчеркивал посол России в Швеции Игорь Неверов.
Комментируя итоги аукциона, пресс-секретарь Управделами Виктор Хреков заявил ИТАР-ТАСС, что в Кремле считают произошедшее нелегитимным и решение шведских властей противоречит нормам международного права. Хреков напомнил, что в 2011 году на состоявшихся официальных переговорах в министерстве иностранных дел Швеции с участием представителей Управделами президента РФ и посольства РФ в Стокгольме шведская сторона подтвердила безусловный дипломатический статус зданий торгпредства России в Швеции, зафиксировав это в официальной ноте шведского дипломатического ведомства от 11 августа.
Пресс-секретарь отметил, что «служба взысканий была официально проинформирована министерством иностранных дел Швеции о том, что помещения дипломатического представительства не могут быть объектом для принудительного взыскания». «Поэтому, учитывая эти факты, объявление службой взыскания Швеции о проведении аукциона и само это «мероприятие» в случае его проведения не имеют для российской стороны юридической силы и будут проигнорированы», – заявил Хреков, добавив, что «любые попытки проникновения на территорию торгпредства и в здание будут пресекаться в соответствии с нормами международного права».
Председатель Коллегии «Николаев и партнеры» Юрий Николаев указывает, что, судя по всему, покупатели стали собственниками этого здания, и Россия «уже потеряла право собственности на это здание».
«Дипломатическая неприкосновенность, как правило, распространяется на рабочее помещение дипломатов, транспортные средства, личные вещи и жилище. Но, как я понимаю, в данном случае это здание не принадлежит дипломатам на правах владения. Скорее всего, это здание принадлежит Российской Федерации, которая выкупила его с целью размещения дипломатов. Соответственно, изначально у дипломатов было право пользования помещением, то есть проживания на время службы в Стокгольме. Распоряжаться зданием они не могли», – сказал Николаев газете ВЗГЛЯД.
По его словам, новые собственники здания имеют право распоряжаться данным имуществом, но у них «ограничены права в пользовании». «Они могут продать это здание, сдать в аренду, перестраивать, реконструировать, но не могут проживать в тех помещениях, где находятся дипломаты. Но у каждого дипломата есть срок пребывания. По идее, как только у конкретного дипломата будет заканчиваться срок службы и он выйдет из данного помещения со своим скарбом, новый собственник по закону имеет право препятствовать въезду любого нового дипломата и таким образом потихоньку забрать не только право владения помещением, но и право пользования помещением. При этом, боюсь, что в этом случае полиция и МВД Стокгольма будут на стороне местных граждан», – полагает эксперт.