В Общественной палате в связи с беспорядками в московском районе Бирюлево предлагают возрождать народные дружины, которые должны патрулировать жилые районы, следить за безопасностью граждан и помогать полиции, передает РИА «Новости».

В определенной степени работа этой овощной базы носит, мягко выражаясь, криминальный оттенок

«Послезавтра в Общественной палате будем проводить слушания о народных дружинах, мы коснемся вопросов и по Бирюлево... Многими правозащитниками было высказано предложение о том, что борьба с преступностью – не только задача полиции, но и всего общества, и здесь мы бы хотели, чтобы были народные дружины, к которым у местного населения будет больше уважения, чем к некоторым сотрудникам полиции», – сообщил замсекретаря ОП Владислав Гриб.

По его словам, есть зарубежный и советский опыт по созданию народных дружин, состоящих из местных жителей, которые патрулируют жилые районы.

«Думаю, что это один из механизмов, который надо использовать и законодательно закреплять», – отметил он.

Он добавил, что члены ОП будут проводить встречи с жителями Бирюлево, собирать обращения и жалобы, конкретные предложения по урегулированию конфликта.

Кроме того, Общественная палата уже создала рабочую группу по мониторингу и урегулированию ситуации в Бирюлево.

Газета ВЗГЛЯД попросила замсекретаря Общественной палаты Владислава Гриба, ранее возглавлявшего рабочую группу ОП по расследованию сходных событий в саратовском Пугачеве, пояснить, чем же должны заняться народные дружины и почему с этой работой не могут справиться полицейские.

ВЗГЛЯД: Владислав Валерьевич, связана ли озвученная сегодня инициатива по возрождению народных дружин с событиями в Бирюлево или она готовилась давно?

Владислав Гриб: Напрямую не связана. У нас время от времени бывают такие инициативы по участию граждан в охране общественного порядка. И вот как раз послезавтра мы будем проводить общественную экспертизу по внесению соответствующих изменений в наше законодательство. При этом, естественно, те идеи, которые высказываются в связи с событиями в Бирюлево, мы также будем обсуждать. Сейчас совершенно очевидно, что задача по охране общественного порядка – это, увы, не только дело полиции, но и всех нас.

#{bigimage=751717}ВЗГЛЯД: И какие же мнения высказывают в Общественной палате на этот счет?

В.Г.: Мнения самые разные. Сенатор Александр Торшин, например, говорил, что можно принять закон о продаже населению огнестрельного оружия, как в Соединенных Штатах. Кто-то говорил о возможном создании муниципальной полиции и т.д. Я считаю, что сейчас есть хорошая возможность продвинуть законопроекты, направленные на участие граждан в охране общественного порядка, в том числе и потому, что возникла такая ситуация в Бирюлево. Она, скажем так, является одним из мотивов для ускорения принятия решений в этой сфере. Я считаю, что надо уже переходить от каких-то проектов, планов, инициатив к принятию конкретных законодательных актов.

ВЗГЛЯД: Если говорить о создании народных дружин применительно к ситуации в Бирюлево, нет ли у вас опасения, что «народ», входящий в дружину, поймав условного «кавказца», может и самосуд над ним учинить?

В.Г.: Вы знаете, и у полиции, и у народных дружин основания для применения физической силы и оружия ограничены. Они четко прописаны в законе о полиции, они будут четко прописаны и по отношению к дружинникам. У дружинников, разумеется, не будет больше прав, чем у полицейских. Кроме того, мы, как правило, предполагаем совместное патрулирование. Народная дружина будет придана полицейским для усиления, а ходить они будут вместе. И на первоначальном этапе, я думаю, не всем дружинникам будет разрешено использовать огнестрельное оружие, может быть, только какое-то специализированное.

ВЗГЛЯД: И тогда какая роль будет отводиться дружинникам в этом тандеме с полицией?

В.Г.: Будет большая объективность. Одно дело, когда полицейский один идет и кого-то задерживает. И другое – когда вместе с дружинниками. Тут уже будет более другой взгляд на ситуацию, тем более когда дружинники будут патрулировать свой собственный район.

Это будет своеобразная форма общественного контроля, а также и форма взаимодействия населения с полицией.

Кроме того, должны быть и какие-то формы поощрения дружинников: за информацию, за проявленные действия.

Владислав Гриб отметил, что дружинники помогут полицейским взглянуть на ситуацию более объективно (фото: ВЗГЛЯД)

Ну и, наконец, тут можно говорить о профилактической, воспитательной роли народных дружин. Если у нашей молодежи есть, так сказать, излишняя сила какая-то, возможности что-то делать, то пусть они будут направлены в правильное русло. Я считаю, что как раз для подавления каких-то хулиганских выходок, может быть, даже массовых, хорошо бы использовать дружинников. К ним и уважения будет больше, чем к иным «плохим полицейским». Потому что население будет видеть, что это «свои», «наши соседи», «жильцы наших домов». На Западе, в Европе, есть подобный опыт. Ни одна полиция в мире самостоятельно не может обеспечить охрану общественного порядка. И такое взаимодействие, о котором я говорю, могло бы в какой-то мере даже объединить народ с нашими правоохранительными органами.

ВЗГЛЯД: А учитывая последние события, планируется ли набирать в народные дружины представителей разных национальностей?

В.Г.: Обязательно. Я думаю, что если это авторитетные лидеры диаспор, представители других национальностей, иногда этим людям действительно проще поговорить, найти общий язык со своими земляками, объяснить им, что они совершили ошибку и т.д. Подобный опыт, правда, не на уровне дружин, но совместного патрулирования, уже есть, например, в Воронежской области.

Нужны многонациональные дружины, естественно. При этом они должны состоять в основном из местных жителей, которые постоянно живут в Москве. А Москва у нас, хотим мы этого или нет, является большим многонациональным городом. Также и в полиции работают не одни только русские, но и представители других народов.

ВЗГЛЯД: С жителями Бирюлево уже пообщались представители Общественной палаты? Есть ли жалобы? Какие первые выводы?

В.Г.: Да, сейчас мои коллеги как раз встречаются, обобщают и собирают информацию. Главный вопрос, наверное, касается плодоовощной базы. Это одна из самых больших в Европе подобных баз. И по информации, которую я пока не могу подтвердить официально, потому что мы все-таки не правоохранительные органы, в определенной степени работа этой базы носит, мягко выражаясь, криминальный оттенок. Но будем разбираться во всех этих вопросах, работать совместно с правоохранительными органами.

ВЗГЛЯД: Вы сами сочувствуете жителям этого района, понимаете их чувства?

В.Г.: Вы знаете, мы все сочувствуем. Потому что каждый хочет жить в безопасном спокойном районе, и я живу в Москве и тоже хочу этого. Для этого мы платим налоги, взаимодействуем с правоохранительными органами и т.д. Мне бы хотелось, чтобы по итогам возникшей ситуации власти действительно сделали выводы.

ВЗГЛЯД: А почему чаще всего власть реагирует именно на такие серьезные прецеденты? Почему нельзя принять соответствующие законы загодя?

В.Г.: Естественно, лучше принимать профилактические меры. Профилактика – это основа любой деятельности. Если мы будет по хвостам бить – это неправильно. Надо, конечно, делать выводы и для Москвы, и для всех остальных регионов. Если же рассматривать конкретную ситуацию сейчас, то я надеюсь, что произошедшее, тем более что это случилось в столице, действительно заставит всех задуматься.