Крайний срок
Российские технологии были признаны лучшими по всем параметрам
Во вторник замначальника Федерального управления по безопасному хранению и уничтожению химического оружия Владимир Мандыч рассказал, как проходят мероприятия по утилизации боевых отравляющих веществ (ОВ). Как напомнили в ведомстве, к 31 декабря 2015 года химического оружия в России остаться не должно. По данным управления, к середине августа 2012 года в России в общей сложности уничтожено более 26 тысяч тонн боевых ОВ, что составляет свыше 65% имевшихся запасов.
В наследство от Советского Союза России досталось 40 тысяч тонн боевых отравляющих веществ. Это больше, чем имелось химического оружия во всем остальном мире.
Как сообщил Владимир Мандыч, в настоящее время специалисты переходят к финальному этапу утилизации. Речь идет об уничтожении боеприпасов сложных конструкций. Он пояснил, что химические боеприпасы сложной конструкции содержат в себе неизвлекаемые взрывчатые и отравляющие вещества.
На долю таких боеприпасов приходится всего лишь 0,18% от всех запасов химических боеприпасов, но затраты на их уничтожение требуются огромные.
«В прошлом году специалисты разработали технологическую линию по уничтожению таких боеприпасов на объектах в Леонидовке и Марадыковском, идет разработка такого же объекта для Щучьего», – сказал Мандыч, слова которого приводит «Интерфакс».
«Все боеприпасы были произведены в 1953–1987 годах при гарантийном сроке хранения 10 лет. Мы продлевали эти сроки», – сказал Мандыч.
По словам Мандыча, при каждом сезонном колебании температур выявляются новые партии аварийных боеприпасов, которые предстоит уничтожить в срочном порядке. Все выявленные аварийные боеприпасы помещаются в специальные герметичные контейнеры и уничтожаются по специально разработанной для таких случаев технологии. Мандыч рассказал, что все химические боеприпасы на стыках составных частей имеют специальную окраску, которая меняет цвет в случае, если происходит утечка отравляющего вещества. «Аварийные боеприпасы проверяются ежедневно», – добавил он.
Замначальника управления подтвердил, что на объекте уничтожения химического оружия в Почепе (Брянская область) был зафиксирован случай, когда одновременно три аварийных боеприпаса – двухтонные авиационные бомбы – дали течь.
По словам Мандыча, все российские боеприпасы с химическим оружием сегодня представляют собой только емкости для хранения химоружия, поскольку они лишены взрывателей и пороховых зарядов.
«Применить это оружие как средство сдерживания не представляется возможным. Оно представляет угрозу только для нас», – сказал Мандыч.
Деньги есть
На сегодняшний день стоимость программы составляет порядка 371 миллиарда рублей, из которых 226 миллиардов уже освоены.
По словам Мандыча, серьезных проблем с финансированием у Федерального управления по этой программе нет. Вместе с тем он отметил, что на выполнении программы сказался кризис 2008 года. «Он нанес определенный ущерб темпам реализации программы, в результате чего в основном реализовывалось полномасштабное уничтожение химического оружия, а выполнение ряда НИОКР было сдвинуто на 2011, 2012 и 2013 годы», – сказал Мандыч.
Кроме того, около 1 млрд долларов предоставили в качестве финансовой помощи страны Евросоюза и США. «Сегодня России в процессе химического разоружения помогают более 15 стран Евросоюза и США. Суммарная помощь составляет 31 млрд руб. из 270 млрд, затрачиваемых на разоружение», – сказал Мандыч.
Инфраструктура и персонал объектов по уничтожению химического оружия после вывода из эксплуатации будут использоваться при создании промышленных предприятий. «Было бы не рачительно бросать эти объекты после завершения программы утилизации химического оружия. Они будут вовлекаться в хозяйственный оборот. При этом имущественное право будет предоставляться субъектам Российской Федерации», – сказал Мандыч.
В частности, по его словам, на базе объекта «Марадыковский» по предложению руководства Кировской области будет построен целлюлозно-бумажный комбинат, на котором будут работать персонал объекта, который сейчас там трудится. Объект «Щучье» в Курганской области станет заводом по производству свинца. На объекте «Горный» в Саратовской области планируется создание производства по получению высокочистого мышьяка и высокочистого оксида мышьяка для радиоэлектронной промышленности. Для этого есть запас солей, которые позволяют получать высокочистый мышьяк.
Безопасно, экологично
Он также отметил, что предприятия, утилизирующие боевые отравляющие вещества, никоим образом не вредят экологии. «Мы сжигаем реакционную массу, которая проходит через систему очистки. В итоге, согласно российским нормативам, мы на выходе воздух выбрасываем чище, чем к нам он поступает. Все примеси очищаются», – сказал Мандыч.
«Постоянно отбираются пробы. На сегодняшний день несколько миллионов проб было отобрано, и мы ни разу не получили замечание или претензию со стороны надзорных органов», – отметил он.
Взрывать, сжигать – это уничтожать потенциал государства
«Российские технологии были признаны лучшими по всем параметрам», – сообщил Мандыч. На первой стадии проводится детоксикация отравляющего вещества с помощью реагентов. На второй стадии, когда получается реакционная масса, проводится ее термическое обезвреживание. Оставшиеся твердые отходы поступают на полигоны захоронения, имеющие третью-четвертую степень опасности, которые не представляют угрозы для людей и окружающей среды.
Чиновник также отметил систему охраны: по его словам, за все время не было ни одного случая проникновения постороннего на объект. «Ежегодно на всех наших объектах проводятся учения. Один раз в год проводятся комплексные учения с привлечением ФСБ и региональных управлений ФСБ», – отметил он.
«Созданная система защиты обеспечивает безопасность не только объектов, но и подъездных путей к ним», – сказал Мандыч.
Плановое отставание
Конвенция о запрещении химического оружия была открыта для подписания в 1993 году. Документ вступил в силу 29 апреля 1997 года спустя 180 дней после того, как был ратифицирован 65-м участником (Венгрия). В том же году была создана Организация по Запрещению Химического Оружия (ОЗХО).
На сегодняшний день Конвенцию не подписали пять из 195 стран ООН: Сирия, КНДР, Ангола, Сомали, Египет. Не ратифицировали документ Мьянма и Израиль.
США присоединились к Конвенции в 1997 году. Тогда участники Конвенции взяли на себя обязательство избавиться от химического оружия к 2007 году, однако получилось это далеко не у всех. В США, в частности, попросили отсрочку на пять лет, затем признали, что и к 2012-му с задачей не справятся, и перенесли срок окончательного решения вопроса на 2017 год. Однако в апреле этого года глава Управления по химоружию Конрад Уайн заявил, что программа снова продлена – до 2023 года. К настоящему моменту США уничтожили 90% из заявленных запасов отравляющих веществ (ОВ) в объеме 29,9 тыс. тонн. Осталось еще почти 2,6 тыс. тонн иприта, которые хранятся на складе близ Пуэбло (штат Колорадо), и 523 тонны нервно-паралитических ОВ на складе в окрестностях Ричмонда (штат Кентукки).
По данным американского Управления по химоружию, такие задержки вызваны технологическими проблемами, бюрократическими проволочками и протестами экологов. Последних, в частности, не устраивал основной способ уничтожения ОВ – сожжение, при котором, как утверждается, выбрасываемые в атмосферу вещества оказывают вредное воздействие на здоровье американцев. С помощью законодателей и судебных процессов экологам удалось заставить Пентагон прибегнуть к другому способу – химической нейтрализации.
«Мы по каждому вопросу всегда бежим впереди паровоза, – прокомментировал газете ВЗГЛЯД бывший начальник вооружения Вооруженных сил России, бывший замминистра обороны генерал-полковник Анатолий Ситнов. – Мы уничтожили 500 тонн боевого плутония, а они все это дело откладывают. Они занимаются деструктивными делами в вопросах выполнения международных договоров. Старые ракеты уничтожают, а ядерные головы складывают».
Генерал также высказался против уничтожения боевых отравляющих веществ. «Химическое оружие – огромный резерв для получения такого продукта, как мышьяк, который нужен для электронной промышленности, других редких элементов, которые требуют серьезных усилий для добычи. Надо было полностью перенести в другую тару и т.д. Дело в том, что те отравляющие вещества, которые были в снарядах, практически уничтожены, остались в основном те, которые хранились в емкостях. Их надо хранить, потому что в перспективе это будут и лекарства, и все остальное.
К примеру, есть программа утилизации обычных боеприпасов: пороха идут на лаки, на краски, металл идет на трубы, взрывчатые вещества идут на промышленную взрывчатку. А просто взрывать, сжигать – это уничтожать потенциал государства», – заключил генерал Ситнов.