В понедельник источник «Интерфакса» в правоохранительных органах сообщил, что в настоящее время в Министерстве внутренних дел внедряется программа, которая включает в себя целый комплекс мер, в том числе карательных, по предотвращению преступлений полицейских и их сокрытия от вышестоящего начальства, искоренению «палочной системы» и борьбе с клановостью.

Службу, которая борется с коррупцией, нужно вывести из системы МВД

В пресс-центре ведомства подтвердили эту информацию. «Действительно, такие тезисы ведомственной программы по борьбе с коррупцией уже направлены руководителям региональных подразделений», – сказал представитель министерства.

Газета «Известия» сообщила, что программа получила неофициальное название «Колокол», поскольку уходит корнями еще в те времена, когда нынешний министр внутренних дел Владимир Колокольцев начал борьбу с коррупцией после назначения на должность главы ГУВД Москвы.

«Программа включает в себя ряд первоочередных задач, исполнение которых ляжет на плечи региональных руководителей. Им предписывается исключить случаи сокрытия преступлений и происшествий среди личного состава, принуждения к увольнению виновных по собственному желанию либо «задним числом», проводить по каждому факту проверки и принимать профилактические и воспитательные меры, докладывать обо всех происшествиях с личным составом, искоренять «палочную систему», – пишет издание.

#{smallinfographicleft=368883}По данным газеты, особое внимание руководства МВД будет уделяться своевременному информированию начальства и общественности о проделанной работе. «Теперь каждое мало-мальски значимое происшествие, связанное с полицейским, должно незамедлительно сообщаться в СМИ. Причем министр требует жестких и незамедлительных карательных мер, особенно если факт очевиден и не требует дополнительной проверки, как, например, ДТП, совершенное в пьяном виде», – отмечается в «Известиях».

Еще одним аспектом программы является борьба с клановостью. Ранее сообщалось, что на сегодняшний день в МВД руководящему сотруднику запрещается при переводе из одного регионального подразделения в другое привозить с собой большую команду заместителей, поскольку, по мнению руководства ведомства МВД, это тормозит карьерный рост талантливых специалистов на местах и создает конфликты.

«В то же время комплексная программа предполагает не только немедленную реакцию руководства на очевидные факты правонарушений со стороны сотрудников полиции, но и защиту подчиненных в тех случаях, когда есть неопровержимые доказательства их невиновности, такие как видео- или аудиозапись или показания свидетелей», – сообщает издание.

Позднее меры, принимаемые для борьбы со злоупотреблениями, прокомментировал сам министр. «Для борьбы с правонарушениями и преступлениями в органах внутренних дел принимаются комплексные меры. С одной стороны, они должны быть долговременными, с другой стороны, работать каждый день и час, – приводит пресс-центр МВД слова главы ведомства. – С этой целью в МВД России была разработана комплексная программа по борьбе с коррупцией. Она включает в себя ряд первоочередных задач, исполнение которых ляжет на плечи региональных руководителей. Им предписывается исключить случаи сокрытия преступлений и происшествий среди личного состава, проводить по каждому факту проверки, принимать профилактические и воспитательные меры, докладывать обо всех происшествиях с личным составом, искоренять «палочную систему».

«Это целенаправленная работа, которая ставит своей целью изменение идеологии формирования стиля работы не просто одного конкретного полицейского, а изменение содержания работы всей системы в целом», – сказал Колокольцев.

«Считаю принципиальным, что мы не просто говорим, обозначаем проблемы, мы действуем жестко, принципиально, неотвратимо. По большому счету, речь идет о том, чтобы сама система начала вытеснять из своих рядов правонарушителей и преступников. И уже видно, как многие территориальные подразделения перестроили работу в интересах службы, самостоятельно, без понуканий, избавляясь от отступившихся в своих рядах», – подчеркнул глава МВД.

Председатель Центрального комитета межрегионального объединения «Федерация профсоюзов сотрудников органов внутренних дел» Михаил Павлов рассказал газете ВЗГЛЯД о наиболее острых проблемах, за решение которых принялся министр, и о том, что здесь необходимо сделать в первую очередь.

ВЗГЛЯД: Михаил Геннадьевич, в МВД много лет говорили о том, что собираются уйти от так называемой палочной системы, но ничего не поменялось. С чем это может быть связано?

Михаил Павлов: Уйти от показателей очень сложно. Я сам работал руководителем. Когда в 1983 году пришел в органы внутренних дел, я строил сержантов патрульно-постовой службы и спрашивал: почему нет пьяных, почему не задерживаются хулиганы, в городе высокая преступность, а у вас нет никаких показателей. Говорил, почему они, находясь на «горячих местах», не оформляют задержанных. Потом я увидел, что они в погоне за показателями начинают оформлять протоколы об опьянении на граждан, возвращающихся с дня рождения с женой и детьми.

Если сейчас уйти от этих показателей, все пойдет вразнос. Не скажу, что сейчас качество сотрудников очень высокое. Возможно, многие пришли в полицию случайно. И если не требовать от сотрудников результатов работы, они вообще перестанут работать.

Мы говорим о том, чтобы были результаты работы без нарушений закона. А у нас получается, что делают все, чтобы были результаты, за малейшее нарушение стараются штрафовать. Это вызывает неудовольствие и ненависть к сотрудникам.

ВЗГЛЯД: Как решается эта проблема за рубежом?

М.П.: В Германии в 60-х годах тоже от полицейских требовали того же самого. Но население возмутилось, и они ушли от этих показателей. Сейчас у них простой подход к решению этих вопросов: «ты обязан». Что это означает? Если где-то происходит драка, грабеж, убийство, ты обязан вмешаться, несмотря на то, что, возможно, будешь ранен или убит. Если ты не вмешаешься, будет внутренняя служебная проверка, и ты будешь уволен или в отношении тебя будет возбуждено уголовное дело.

При этом раскрываемость у них 65%. В России – 50. У них нет плановых показателей, а раскрываемость выше на 15%. Другое дело, что у них, конечно, и преступлений меньше, и граждане охотнее делятся информацией с полицией.

ВЗГЛЯД: А что говорит зарубежный опыт о другой проблеме, которой сейчас озаботился Колокольцев, – борьбе с т.н. клановостью?

М.П.: В России полицейского назначают на должность руководителя полиции какого-то региона. И он тащит за собой всех своих друзей, с кем он работал. Они приходят на ключевые должности – зам по тылу, начальник ГИБДД, начальник службы собственной безопасности, начальник управления по борьбе с экономическими преступлениями, – выдавливают местных, занимают эти должности и нередко начинают совершать злоупотребления. Есть ряд примеров, когда в отношении целой такой команды возбуждаются уголовные дела: выдавленные местные руководители начинают отслеживать их действия, все фиксировать, а потом отправляют материалы в прокуратуру, президенту и т.д.

За рубежом практика совершенно другая: когда руководитель уходит на пенсию, сотрудники, способные занять эту должность, пишут рапорта. Эти заявки изучает специальная комиссия и выбирает самого подходящего сотрудника. Субъективный фактор есть, но он минимален. У нас же всегда играет основную роль личная преданность: с кем руководитель учился, с кем служил и т.д.

ВЗГЛЯД: Новая программа призвана решить также проблему коррупции. Что, на ваш взгляд, необходимо сделать в этом направлении в первую очередь?

М.П.: Слабость службы безопасности МВД России заключается в том, что начальник этой службы в регионе подчиняется главе полиции этого региона, первому лицу. Если первое лицо допускает нарушение законности, занимается коррупцией – а у первого лица соблазнов очень много – естественно, это становится известным начальнику службы собственной безопасности. Что он может сделать в отношении начальника регионального ГУ МВД, являясь его подчиненным? Ничего. Если он что-то предпримет, значит, он не будет заместителем и начальником службы безопасности.

Внутреннюю службу, которая борется с коррупцией, нужно вывести из системы МВД вообще и подчинить ее напрямую президенту. Большие надежды мы возлагаем и на Федеральную службу безопасности, это независимая структура, она может более эффективно бороться с коррупцией. В 80-х годах КГБ очень жестко занимался МВД.

Очень большая роль по борьбе с коррупцией принадлежит профсоюзам сотрудников органов внутренних дел. У нас масса информации от граждан, и мы – есть много честных сотрудников полиции – не хотим, чтобы рядом с нами работали оборотни и преступники, и стараемся реализовать эту информацию. У нас это получается, потому что мы неподотчетны и неподконтрольны системе МВД, хотя находимся внутри ее. Поэтому мы не боимся обращаться и выдавливать нечистоплотных сотрудников из системы МВД.

Мы хорошо знаем своих руководителей, поэтому профсоюзам не дают развернуться. Хотя за рубежом наоборот, власти способствуют развитию профсоюзов, и их руководители получают зарплату не у боссов, а от федерального правительства.

ВЗГЛЯД: Какое в целом у вас впечатление об инициативах нового главы МВД после его вступления в должность?

М.П.: Колокольцев пока не очень успел себя проявить. А вот его предшественник себя проявил со всех сторон. Я считаю, при назначении Нургалиева была допущена ошибка. Он пришел из ФСБ. Но ФСБ и МВД – совершенно разные структуры, разный стиль работы. А все эти закидоны – когда он говорит, что гражданин может защищаться, если видит, что сотрудник МВД поступает по отношению к нему незаконно? Это всех шокировало. Гражданин может ударить сотрудника полиции, если считает, что тот что-то делает незаконно. Понимаете, какая это провокация? Статью в УК о сопротивлении сотруднику полиции никто не отменял. Мне кажется, много граждан, которые нанесли телесные повреждения сотрудникам полиции, осуждены.

Было и многое другое. В отличие от министра обороны, который постоянно ставил вопрос о жилищном обеспечении военнослужащих, Нургалиев никогда не высказывал озабоченности социальным обеспечением подчиненных.

На Колокольцева есть определенная надежда. Он понимает систему МВД.