В четверг получило продолжение дело о закрытии доступа на YouTube на Дальнем Востоке.
Мы признаем, что тотальный мониторинг невозможен, то есть по китайскому пути Рунет уже не пойдет
Центральный суд Комсомольска-на-Амуре принял решение ограничить доступ к пяти интернет-сайтам, в том числе видеохостингу YouTube за ролик Russia for Russians, который внесен в федеральный список экстремистских материалов. Однако провайдер ООО «РА РТС Роснет», которого суд обязал это сделать, считает, что «не должен нести обязанности по ограничению доступа к информации, которую не распространял», и подал кассационную жалобу, сообщает РИА «Новости». Тему развили представители компании Google, которая владеет сервисом YouТube. В четверг они официально заявили о нарушении судом прав интернет-пользователей на доступ к информации, так как ограничение распространяется не на отдельный ролик, а на весь сайт YouТube.
Газета ВЗГЛЯД попросила прокомментировать ситуацию члена рабочей группы по противодействию экстремизму при Генеральной прокуратуре Бориса Пантелеева.
ВЗГЛЯД: Борис Николаевич, объясните, как российский суд может запретить доступ к размещенному за границей ресурсу?
Борис Пантелеев: Суд запрещает не ресурс, а его распространение на территории Российской Федерации. Этот вопрос о Законе СМИ решен в постановлении пленума Верховного суда от 15 июня. Преступление рассматривается по месту его выявления, а не по месту проживания автора видеоролика или владельца ресурса. Выявила преступление прокуратура города Комсомольск-на-Амуре, она и принимает меры в пределах своей компетенции.
Эксперт центра правовой помощи журналистам, консультант комиссии Общественной палаты по вопросам СМИ, кандидат юридических наук Борис Пантелеев призывает все заинтересованные стороны к сотрудничеству |
Что касается иностранных компаний, российский суд и правоохранительные органы могут начать процедуру международного преследования, если сочтут это необходимым. Ведь во всех этих четырех интернет-библиотеках (доступ к которым также ограничен решением суда – прим. ред.) и на самом YouTube спорные ролики остаются в открытом доступе до сих пор, то есть сама проблема не решена.
ВЗГЛЯД: Но она не решена еще и потому, что ограничить доступ обязали только одного провайдера. Тот же ролик можно посмотреть, воспользовавшись услугами другого оператора связи...
Б.П.: В качестве ответчика действительно выступил один из оказывающих данную услугу операторов. Но когда у других прокуратур появится прецедент, они смогут аналогичным образом действовать в подобных случаях. Думаю, наилучший выход из ситуации, если к моменту повторного рассмотрения дела этих роликов не будет в Сети. Тогда предмет спора, и следовательно судебного разбирательства, исчезнет.
ВЗГЛЯД: То есть можно сказать, что техническое решение таких споров достаточно «сырое»?
Б.П.: Технический вопрос не отработан, я согласен. И это не первый случай таких неувязок. В Хакасии, например, суд принял решение закрыть сайт путем... изъятия системного блока у собственников сайта. Мы все время говорим, что надо учить судей, прокуроров, они еще не понимают, что такое Сеть и как она устроена. В данном случае, наверняка, тоже «лопухнулись» и прокуроры, и судьи с технической точки зрения.
Но это вовсе не говорит о неконституционности принятого решения, как утверждают представители компании Google. В конституции РФ в ч. 2 ст. 29 говорится о недопущении пропаганды или агитации, возбуждающих социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду.
ВЗГЛЯД: Вы упомянули о постановлении Верховного суда касательно Закона «О СМИ» от 15 июня. По сути, оно оградило онлайн-издания от цензуры. Следить за содержанием откликов на форумах, размещении материалов в блогах должны компетентные органы. Почему же виноватым оказался YouTube?
Б.П.: Да, запрещена принудительная премодерация сайтов. Если появляется любой контент, вызывающий сомнения, он «висит» до тех пор, пока не будут предъявлены официальные претензии со стороны регулирующих надзорных органов.
Но мы признаем, что тотальный мониторинг невозможен, то есть по китайскому пути Рунет уже не пойдет. Поэтому действует целый ряд общественных организаций, например Московское бюро по правам человека, комитет родителей и т.д. Если не сами хозяева ресурсов, а кто-то из общественных организаций укажет на ошибку, то интернет-ресурсам остается лишь ее ликвидировать.
Но есть и другая сторона медали. Мы общались с представителем Росохраннадзора. У них, оказывается, тоже своя «принципиальная» позиция: не контактировать с представителями электронных СМИ, на которых найдена информация экстремистского содержания. На сайтах есть реквизиты, по электронным адресам и рассылаются уведомления. Получили СМИ их или нет, никого не интересует. Можно ли такой позицией гордиться?
ВЗГЛЯД: А реально ли привлечь к ответственности непосредственно авторов незаконных видеороликов?
Б.П.: Этим занимается управление «К» МВД, созданное несколько лет назад. Так, в течение месяца был найден и привлечен к уголовной ответственности преступник, разместивший в центре Москвы на электронных билбордах ролик порнографического содержания. И таких примеров уже немало.