Конфликтная ситуация между аукционным домом Christie's и российским предпринимателем Виктором Вексельбергом, оспаривающим подлинность приобретенной им на торгах картины, обостряется.
Потом была сверка с известными рисунками и живописными вещами Кустодиева, и это показалось хорошей компиляцией
Во вторник Christie's распространил заявление, в котором говорится, что картина Бориса Кустодиева «Одалиска», которую Вексельберг требовал забрать обратно как поддельную, является подлинной.
«Мы очень серьезно относимся ко всем предположениям касательно подлинности той или иной работы, проданной на торгах Christie's. Данное полотно было возвращено нам только в ноябре прошлого года. Анализ картины, предпринятый с того момента, подтвердил верность нашей первоначальной атрибуции», – цитирует «Интерфакс» заявление аукционного дома.
Как отмечается в документе, аукционный дом еще не завершил исследование и считает «открытие судебного процесса по данному вопросу преждевременным».
«Тем не менее так как фонд «Аврора» решил передать дело в суд, не дожидаясь завершения повторной экспертизы с нашей стороны, у нас нет другого выбора, кроме как отстаивать свою позицию», – заявляют в Christie's.
В конце 2005 года картина Кустодиева «Одалиска» (1919 год) ушла с молотка за рекордную для работ этого художника цену – 1 млн 688 тыс. фунтов стерлингов (2,9 млн долларов). Небольшая по размеру (35х47 см) картина первоначально оценивалась не более чем в 220 тыс. фунтов. Покупка была совершена через подконтрольный Вексельбергу фонд «Аврора», конечный покупатель не назывался.
По данным The Telegraph, в 2006 году фонд «Аврора» проинформировал аукцион, что картина является поддельной, и потребовал вернуть 1,7 млн фунтов.
В 2009 году эта картина была опубликована в каталоге «Внимание: возможно, подделка!», который выпускался под эгидой Росхранкультуры. Помимо изображения, в каталог включили информацию о картине – в частности, издатели напомнили, что полотно уже продавалось на Christie's в 1989 году и тогда тоже фигурировало в каталогах под авторством Кустодиева. Тогда никаких вопросов о подлинности не возникло. Экспертизу полотна проводили специалисты Научно-реставрационного центра им. Грабаря, Русского музея и Третьяковской галереи. Все они подтвердили факт подделки.
Christie's потребовал своей экспертизы. В прошлом году фонд отправил полотно в Лондон, при этом было заявлено, что аукцион затягивает время для проведения анализа картины на подлинность.
В июле этого года в СМИ появилась информация, что Вексельберг подал иск в Верховный суд Великобритании.
В неофициальных беседах представители российского отделения Christie's заявляют об удивлении появившимися в британской прессе сообщениями о процессе, пишет «Коммерсантъ». По мнению представителей аукционного дома, до решения суда в Великобритании неэтично говорить о факте подделки.
Согласно принятым международным правилам срок ответственности любого аукционного дома за подлинность пущенных с молотка лотов ограничивается пятью годами, то есть в случае с «Одалиской» этот срок истечет в ноябре 2010 года.
В заключении, которое эксперт по живописи, искусствовед Владимир Петров выдал на картину в 2006 году, говорится: «При очевидном общем сходстве композиции ... рисунок, особенности пространственного и цветового построения, фактура (ритмика и кинетика) мазков отличаются от эталонных, обнаруживая более примитивный, лишенный кустодиевского артистизма характер».
«Она достаточно хорошо сделана, эта подделка. Когда я увидел ее в каталоге Christie's, то даже внимания не обратил – Кустодиев и Кустодиев», – приводит РИА «Новости» слова эксперта.
Он отметил, что и при простом визуальном осмотре подделку определить было нельзя. «Только когда начали смотреть под микроскопом на уровне фактуры и ритмики, нерва вещи, случилась неожиданность», – сказал Петров.
По его словам, дальнейшая работа только подтвердила первоначальную догадку, которая неприятно удивила и эксперта, и владельца картины.
Сам факт публичного освещения этой истории заставляет заинтересоваться этим случаем
«Потом была сверка с известными рисунками и живописными вещами Кустодиева, и это показалось хорошей компиляцией, когда все детали из рисунков и живописи сложены, но чистоты и драгоценности живописной, когда смотришь ритм, как кладутся, например, туфельки, коврики, в этой работе уже нет», – рассказал Петров.
«Например, вы берете два пейзажа Поленова, накладываете изображения друг на друга и появляется новый «Поленов» с характерными чертами», – объяснил он суть метода компиляции.
«Время появления «Обнаженной в интерьере» установить сложно, но это не свежая вещь – примерно 1920-е – 1950-е годы», – отметил эксперт. По мнению Петрова, картина могла быть создана эмигрантами, покинувшими Россию после революции 1917 года. «Насколько мне известно, как раз после гражданской войны, в эмиграции такими вещами занимались», – сказал он. По его словам, несколько лет назад в запасниках пражских музеев ему показывали вещи подобного рода.
«Ситуация достаточно сложная, – прокомментировал газете ВЗГЛЯД специалист по работе с клиентами аукционного дома «Империя» Богдан Берковский. – Поскольку речь идет о произведении искусства, то очень часто единой трактовки подлинности произведения нет, а порой и в принципе не может быть. Я уверен, что доводы экспертов, как тех, к которым апеллирует Вексельберг, так и тех, кого привлек аукционный дом Christie's, скорее всего, доказательные. Добиться какого-то определенного решения бывает иногда очень сложно.
В большинстве случаев, если спор изначально не может быть решен путем переговоров, судебная практика сталкивается со скользкой поверхностью доверия к экспертам. Фактически это в какой-то мере тупик. Обычно стороны стараются обговорить правила игры заранее, например, мнения каких экспертов принимаются за конечные».
Он отметил, что субъективность в оценке подлинности всегда присутствует: «Она становится важным фактором, когда это мнение высказывает уважаемый эксперт. Ситуация вполне закономерная: если они не сумели договориться, всегда найдется тот эксперт, который примет ту или иную сторону».
«О том, что иногда продаются предметы ненадлежащего качества, известно всем, – сказал Берковский. – Но если человек выказал доверие этому предмету, то часто доказать обратное бывает очень сложно. А практика гарантий в большей степени распространена в России, нежели за рубежом. Аукционные дома за рубежом редко дают какие-либо гарантии. И очень редко гарантии даются пожизненно. Всегда может всплыть информация, неизвестная ранее, которая может изменить отношение к предмету»
«Я скорее согласился бы с нашим, чем с зарубежным экспертом: экспертиза базируется на сравнении с подлинным предметом. Не уверен, что зарубежные коллекции дают возможность настолько полно работать с фондами. Больше доверия вызывает экспертиза, сделанная на основе серьезных музейных коллекций», – сказал он.
«Сам факт публичного освещения этой истории заставляет заинтересоваться этим случаев. Это не совсем нормально», – отметил Берковский.