– Юрий, в чем основная суть вашего нового проекта?
– Life-сериал «Настоящая милиция» – о людях, работающих в органах внутренних дел. Нашими героями будут сотрудники МВД всех уровней – от рядового до генерала. В планах есть участковый, инспектор по делам несовершеннолетних, представители ГАИ, конной милиции, авиаотряда, службы «02» и других. Начинаем с Москвы, но в перспективе не исключено, что съемки будут проходить в Санкт-Петербурге, Нижнем Новгороде, других городах. Ориентировочно мы будем выпускать по две серии в неделю.
Пока я вижу абсолютно нормальных вменяемых людей, которые работают и обеспечивают порядок. Монстров, честно говоря, пока не видел
– Что значит приставка «life», которой вы снабдили этот сериал?
– Дело в том, что проект выдержан в стиле нашего канала, в том формате, который мы с самого начала последовательно продвигаем и уже «обкатали» на сериале «Журфак». Здесь нет никаких комментариев за кадром. Есть герой, помещенный в свои обстоятельства (в данном случае – служебные), а мы следуем за ним, фиксируем все, что с ним происходит, отдельно снимаем развернутое интервью с ним и сочетаем в сюжете прямую речь героя и эпизоды того, что камера зафиксировала в реальной жизни.
К примеру, в конце февраля в «Лужниках» будет матч ЦСКА – «Севилья», будем снимать большой материал о том, как все службы ГУВД совместно работают по обеспечению безопасности.
Юрий Гусаков намерен спровоцировать дискуссию (фото: Russia.Ru) |
– А кто стал героем первой передачи цикла?
– 8 февраля выходит серия о начальнике УВД по Западному административному округу г. Москвы генерале Алексее Лаушкине. В передаче есть его интервью, рассуждения о милиции и о том, почему люди становятся преступниками... Есть эпизод, когда генерал находится на Поклонной горе, где проходит репетиция торжественной церемонии зажжения Вечного огня с участием разных силовых структур. Его день продолжается – Лаушкин выезжает на квартирную кражу, мы едем с ним, видим взломанную дверь, снимаем, как работают сотрудники, служебная собака. В передаче есть и утреннее совещание, где обсуждается сводка по городу.
Готов и второй выпуск – о втором батальоне московского ОМОНа, который принимал участие в обеспечении правопорядка во время митингов, посвященных годовщине смерти Станислава Маркелова и Анастасии Бабуровой. Там были беспорядки, провокации. Мы все это сняли со стороны ОМОНа: начиная с момента, когда им в отряде ставится задача, идет инструктаж, выдаются спецсредства, ведется погрузка. Они приезжают в город, и тут разворачиваются основные события.
– Милиция сейчас действительно «модная» тема для обсуждения...
– История с Евсюковым оказала большое повреждающее воздействие на медиасреду. Это было такое запредельное событие, что в рамках свободного медиа, Интернета был запущен механизм так называемой положительной обратной связи. Каждое следующее негативное сообщение о милиции вызывало все больший интерес. Люди бросились искать другие сообщения о милицейском произволе. Информацию выбрасывали в медиа, это подхватывалось, ситуация накалялась. Этот подпитывающий сам себя механизм как медийный феномен продолжает существовать и сейчас. В результате получается картина не настоящей, а некой виртуальной милиции, в ней подобраны только негативные факты.
В то же время есть и вторая «виртуальная милиция» – ее мы видим в бесконечных «силовых» сериалах. Они тоже никакой правдивостью не отличаются, и зритель это прекрасно понимает. Кроме того, их художественный уровень очень невысок. С точки зрения игрового кино это, конечно, несерьезно.
Получается, что есть две виртуальные милиции и ни одной реальной. Мы решили изменить эту ситуацию и создать контент о настоящей милиции.
– Но вы готовы к тому, что вас, возможно, станут обвинять в создании «положительного образа» милиционера, в лакировке действительности?
– Конечно, мы ждем подобных упреков, потому что пытаемся противодействовать тренду создания апокалиптического представления о том, что творится в органах. Мы считаем этот тренд несправедливым и необъективным.
Но если подойти к сериалу непредвзято, становится ясно, что мы в принципе не можем ни обелить что-то, ни восхвалять кого-то, потому что, опять же, наш формат не дает инструментов для этого. Мы можем показать только то, что происходит на самом деле.
– По ходу работы вам не приходилось сталкиваться с ненавязчивыми просьбами представителей органов показать что-то под тем или иным углом, расставить особые акценты?
– Поскольку наш формат не предусматривает закадрового текста, то и расстановка акцентов невозможна. Мы показываем только то, что есть, просто аккуратно собираем это вместе. Это гарантирует то, что мы показываем милицию настоящую.
Получается, что есть две виртуальные милиции и ни одной реальной. Мы решили изменить эту ситуацию
Есть какие-то объективные ограничения, например, нам не позволяют снимать определенные служебные переговоры, и это нормально. В остальном наоборот – мы сотрудничаем со службой общественных связей ГУВД Москвы и пока встречаем полную поддержку, они предлагают нам большое количество разных героев. Но из предлагаемых людей я сам волен выбирать того, про кого мы будем снимать сюжет. Пока мы не встречаем никакой цензуры, наоборот, видим большое желание, чтобы все это состоялось. Сейчас в МВД рады любому свежему взгляду, потому что в основном пресса следует за трендом, а тренд негативный. Переломить его будет достаточно сложно.
– Могут ли попасть в эфир и какие-то негативные факты, сообщения о которых так часто проходят по новостным лентам?
– Могут, конечно. Но мы думаем, что средств массовой информации, которые занимаются освещением именно негатива, – более чем достаточно. Вступать с ними в конкуренцию за какую-то чернуху просто непродуктивно. Мы не хотим восхвалять, но и «мочить» тоже никого не хотим. Возможно, мы сделаем материал, который будет касаться управления собственной безопасности МВД. Пока мы к этому вопросу не подходили, но, думаю, мы отразим те механизмы внутри МВД, которые занимаются противодействием незаконным действиям сотрудников.
– Вы думаете, массовой аудитории будут интересны ваши идеи?
– Да, думаю, сериал «Настоящая милиция» привлечет немало зрителей, потому что мы получаем достаточно уникальный материал. События на митинге памяти Маркелова и Бабуровой мы показываем через призму того, как работает ОМОН. Такого ведь никто не видел, я и сам с большим интересом это снимал – это уникальный контент, который просто так не произведешь. Так что и смотреть будет весьма интересно. Та же самая квартирная кража снята не в формате «чрезвычайных происшествий» и криминальных дайджестов, а с точки зрения милиционера, которому придется вести это дело.
– Для себя вы сделали какое-то открытие относительно сотрудников правоохранительных органов в ходе работы над сериалом?
– То, что в милиции работают нормальные интеллигентные люди. Они радикально не соответствуют сегодняшней медийной картине. Я подозревал, что так оно и есть, – здравый смысл подсказывал – но теперь, по крайней мере, у меня есть собственное подтвержденное мнение на этот счет. Все не так плохо, как пытаются представить. Наверное, есть немало плохих людей – начиная с высших чинов и заканчивая простыми сотрудниками – этого никто не отрицает, но при этом основная масса сотрудников – здоровая. Пока я вижу абсолютно нормальных вменяемых людей, которые работают и обеспечивают порядок. Монстров, честно говоря, пока не видел.
– Как вы думаете, зрители с вами согласятся?
– Надеюсь. В любом случае, мы попадем в определенные группы зрителей, которые особенно этой темой интересуются. Есть различные милицейские и антимилицейские сообщества. По крайней мере, мы спровоцируем дискуссию, это точно.