«Под противовоздушной обороной государства подразумевается создание системы из трех эшелонов − большой, средней и малой дальности, представленных соответственно российскими зенитными системами С-400, С-300, различными модификациями комплексов «Бук» и системами «Тор», − уточнил Байков в интервью РИА «Новости».
Есть три очевидных претендента: Алжир, Вьетнам и Сирия
Противовоздушные комплексы российского производства являются на мировом рынке вооружений очень популярным товаром. Так, в понедельник премьер-министр РФ Владимир Путин на встрече с министром промышленности и торговли Виктором Христенко и директором Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству (ФСВТС) Михаилом Дмитриевым далеко неслучайно подчеркнул важность этого направления, приносящего казне неплохой доход.
«Наиболее перспективными, интересными для нас являются заказы в области авиации, противовоздушной обороны, морской техники и вооружений для сухопутных войск», − отметил Путин.
Сейчас техника ПВО стоит на втором месте в ряду приоритетов после авиационных комплексов, на которые приходится львиная доля российского оборонного экспорта. Тем не менее продвижению российских противовоздушных систем как на освоенные, так и на перспективные рынки придается такое значение, что, по сведениям газеты ВЗГЛЯД, вопрос о расширении производственных мощностей под комплексы ПВО в настоящее время решается на самом высоком уровне. При этом значительная часть капитала для строительства новых или расширения старых предприятий будет выделена государством: производителям такие объемы просто не по силам.
Дело в том, что расширение производства под экспорт элементарно нерентабельно. Непосредственно производителю достается не более 15−20 процентов от экспортной выручки. Такую доходность могут позволить себе лишь мегакорпорации вроде Airbus или Boeing, производители же средней руки, к которым относится и «Алмаз-Антей», как у нас, так и за рубежом, считают минимально приемлемой планкой, позволяющей инвестировать в расширение и модернизацию производства, 30-процентную доходность от крупных контрактов.
Однако делать нечего – производство зенитных комплексов неизбежно придется расширять, иначе либо ВС РФ останутся без ракет, либо казна − без экспортных поступлений.
О том, какие страны имел в виду Юрий Байков, можно лишь догадываться. Определенно, это не Индия, которая кроме закупок российских систем довольно успешно развивает собственные программы, причем два комплекса «Тришул» (Trishul) и «Акаш»(Akash) большой и средней дальности готовы к принятию на вооружение уже в ближайшие годы. Система малой дальности индийских ПВО представлена израильским комплексом «Спайдер» (SPYDER), а в качестве системы повышенной дальности стандартизирована израильская «Барак» (Barak). Впрочем, возможно индийские военные откажутся от не слишком надежного «Тришула», и его место займет С-300 или С-400.
#{weapon}
Первым вероятным претендентом является Венесуэла, которая всерьез намерена модернизировать свою ПВО. В настоящее время страна располагает 50 переносными комплексами малой дальности типа «Игла», заключен контракт на поставку 12 мобильных комплексов малой дальности «Тор-1М». Страна открыто интересуется приобретением дальнобойных С-300, но в качестве среднего эшелона, насколько известно, латиноамериканцы интересуются более дешевыми комплексами С-125М, модернизированными в Белоруссии. Как сообщалось ранее, белорусы предлагают также создать единую автоматизированную систему управления национальной ПВО.
Еще один возможный вариант – закупка Венесуэлой систем китайского производства. Пекин стремится на рынки небольших стран Африки и Латинской Америки, и контракт на поставку этой стране учебно-боевых самолетов К-8 Karkarum − тому подтверждение: ранее Уго Чавес говорил о желании приобрести для этой цели российские Як-130.
Среди возможных стран, где российские противовоздушные комплексы могли бы безраздельно доминировать, разные эксперты называют также Алжир, Ливию, Вьетнам и даже Саудовскую Аравию. Относительно Ливии можно сказать, что в данном случае все будет определяться личными пристрастиями полковника Каддафи и деньгами, которые российские добывающие компании вложат в развитие ливийских нефтегазовых месторождений. Пока тут лидирует Газпром и контролируемые им компании: в 2008−2009 годах наши нефтяники получили несколько концессий на крупные месторождения углеводородов на юге страны. Бонусом для России стали несколько крупных военных контрактов: на модернизацию 300 ливийских танков, на истребители Су-30 и готовящийся к ратификации контракт на Су-35. Впрочем, харизматичный полковник никогда не черпал из одного источника: вместе с МиГ и Су страна закупала и французские «Миражи». Так что значительная вероятность того, что французы перебегут дорогу нашим производителям, все-таки остается: разного рода привлекательных концессий в стране еще много.
Саудовская Аравия также является проблемным рынком: туда российское оружие элементарно не пустят компании США и Великобритании, имеющие там давние позиции. Страна располагает 128 модернизированными американскими комплексами ПВО повышенной дальности I-Hawk и скорее приобретет к ним в дополнение Patriot PAC-3, чем российские системы.
Остаются лишь три очевидных претендента: Алжир, Вьетнам и Сирия. Все алжирские ракетные системы ПВО – исключительно советского производства, поэтому логично, что страна заменит их на российские. Аналогично и Сирия, которой кроме нашей страны и, возможно, КНР такого рода оружие никто не продаст. А Вьетнаму, еще располагающему некоторым количеством ЗРК китайского производства, не продаст и Пекин: отношения между этими странами остаются довольно сложными.
Таким образом, речь идет, скорее, о замене систем советского производства на российские в ряде стран, тем более что большинство российских систем ведет прямую преемственность от советских. Правда, остаются еще несколько возможностей в странах Юго-Восточной Азии, таких как Малайзия и Индонезия, но сведения о каких-то контактах местных военных с российской стороной противоречивы и отрывочны, да и сам «Алмаз-Антей» всегда считался одной из самых закрытых и информационно непрозрачных компаний отечественного ОПК.