Поданное адвокатами Михаила Ходорковского прошение об условно-досрочном освобождение своего подзащитного может быть рассмотрено в течение ближайшего месяца.
На практике суд удовлетворяет такие прошения, если осужденный раскаивается в содеянном и гасит материальный ущерб
Процессуальных сроков назначения таких заседаний нет. Но, как показывает практика, такие ходатайства рассматриваются в течение месяца», - сообщил РИА «Новости» судья Ингодинского районного суда города Читы Игорь Фалилеев, которому предстоит рассматривать ходатайство.
Адвокаты осужденного уже неоднократно пытались добиться успеха с подобными прошениями. Однако на этот раз они настроены оптимистично, хотя им предстоит опротестовать наложенное на Ходорковского дисциплинарное взыскание, лишающее его права ходатайствовать об УДО. «Мы надеемся, что в суде нам удастся доказать, что это взыскание было наложено незаконно», - заявил накануне адвокат Ходорковского Юрий Шмидт.
В своем обращении осужденный экс-олигарх попрежнему не признает обвинения в свой адрес. Он пишет, что при рассмотрении его дела суд «применил абсурдное толкование закона и фактов и признал меня виновным в преступлениях, которые не были совершены не только мною, но никогда и никем».
Далее Ходорковский объясняет, почему он не стал обращаться к президенту России с ходатайством о помиловании. О том, что такая возможность у него есть, еще весной говорили премьер-министр Владимир Путин, а затем президент Дмитрий Медведев.
Во время визита во Францию в мае, отвечая на вопрос журналиста Le Monde, Путин сказал: «И я, когда был президентом, и он (Дмитрий Медведев – прим.ред) сегодня должны руководствоваться российским законодательством. Если закон позволит, то мы не будем чинить препятствий, все зависит от конкретной ситуации, от того, как будут идти эти процедуры, предусмотренные законом».
И Медведев на пресс-конференции 6 июня, отвечая на аналогичный вопрос, указал: «Процедура помилования, к которой может прибегнуть любой гражданин, осужденный за то или иное преступление, в том числе и Ходорковский, существуют в нашем уголовно-исполнительном законодательстве».
«Но это не может быть решением, которое обсуждается на межгосударственном уровне или решением, которое принимается политиками», - подчеркнул тогда российский президент.
Ходорковский не стал пользоваться этим правом. «Я осознаю, что вправе при необходимости обратиться непосредственно к Президенту нашей страны, - пишет он в своем обращении в суд. - Однако, уважая действующий закон и институт судебной власти как одну из конституционных основ общества и государства, считаю необходимым, прежде всего, использовать судебный порядок реализации всех предоставленных мне этим законом прав и возможностей для облегчения моего нынешнего положения».
Ходорковский доказывает, что никакой необходимости в содержании его в тюрьме не было изначально – и тем более нет сейчас, когда он отсидел половину срока, добросовестно работал в колонии и неукоснительно соблюдал закон и правила внутреннего распорядка.
«Непризнание справедливости приговора и желание его обжаловать не являются законными основаниями для отказа в условно-досрочном освобождении», - заключает он.
Другой вопрос, прислушается ли суд к аргументам Ходорковского. Как пояснил газете ВЗГЛЯД адвокат Михаил Барщевский, по закону суд имеет право удовлетворить ходатайство, если придет к выводу, что заключенный встал на путь исправления.
«На практике же суд удовлетворяет такие прошения, если осужденный раскаивается в содеянном и гасит материальный ущерб. То есть, раскаяние и погашение материального ущерба используются судом в качестве критерия того, что человек стал на пусть исправления», - отметил он.
Однако, подчеркнул он, так как в законе данные критерии не записаны, точно предсказать окончательное решение суда невозможно.
«Суд имеет право удовлетворить ходатайство Ходорковского, но поскольку это дело стало более чем резонансное, я думаю, что решение суда не будет свободно от общественно-политической составляющей, а их сегодня две – одна «за», и одна «против».
«Какая из этих позиций больше повлияет на решение суда, я не знаю. С моей личной точки зрения у нас на свободе есть гораздо больше людей, которые могли бы шить варежки гораздо лучше, чем это делает Ходорковский», - заключил Барщевский.
Однако, учитывая, что никакой вины за собой Ходорковский не признает, то очень вряд ли Ингодинский районный суд признает его «вставшим на путь исправления».
К тому же, 30 июня Ходорковскому было предъявлено новое обвинение. Ему инкриминируется легализация 450 млрд. рублей и 7,5 млрд. долларов, вырученных от продажи присвоенной нефти в период с 1998 по 2004 годы. Рассмотрение нового дела должно начаться в августе.
Юрист из коллегии адвокатов «Князев и партнеры» Марина Барабанова пояснила газете ВЗГЛЯД, что с правовой точки зрения факт наличия нового обвинения напрямую никак не увязывается с вынесением решения о предоставлении условно-досрочного освобождения.
«Однако, конечно, новое обвинение будет рассматриваться, как один из факторов, по которому будет принято решение – перевоспитался заключенный или нет. И безусловно это новое обвинение будет негативно влиять на окончательный исход решения по его освобождению», - говорит Барабанова.
К тому же, считает юрист, даже если адвокатам Ходорковского удастся добиться его освобождения, в связи с началом разбирательства по новому делу он, скорее всего, все равно останется под стражей.
«Новые обвинения против Ходорковского не менее тяжкие, чем старые, поэтому наверняка он останется в СИЗО. Может получиться так, что он даже получит УДО, но на свободе он не сможет побывать ни одного дня, поскольку сразу же вновь окажется за решеткой», - добавила эксперт.
Напомним, что Михаил Ходорковский и Платон Лебедев в связи с новыми обвинениями были переведены в СИЗО еще в конце 2006 года.
Между тем, мать Ходорковского со страниц СМИ уже обратилась к президенту с просьбой освободить ее сына к намеченной на октябрь «золотой свадьбе»: «Я Вас очень прошу, сделайте нам такой подарок, ну, сами знаете какой: чтоб сын наш в этот день сидел с нами дома за одним столом».
Впрочем, юридической силы обращение матери не имеет, так как прошение о помиловании имеет право подать только сам осужденный.