Новый продукт иранской гейм-индустрии был представлен широкой публике в минувший понедельник в Тегеране.
После 10 лет ребенок становится более восприимчивым, однако еще не способен анализировать ситуацию и впитывает информацию, как губка
Презентация прошла в здании иранского детского образовательного центра. Игра построена на вымышленной истории о похищенных ученых-ядерщиках, которых предстоит освободить главному герою. В поисках заложников ему доведется побывать в Иране, Ираке, а под конец – в Израиле.
В видеоигре собраны вполне предсказуемые персонажи: американские захватчики, злодеи еврейского происхождения. Герой-избавитель, согласно фабуле игры, – глава специальных войск безопасности и информации Ирана Бахман Насери.
Он воевал вместе с отцом похищенного ядерщика во время ирано-иракского конфликта (1980-1988 годы) и теперь берется за поиски без вести пропавшего ученого и его жены.
В ходе игры Насери должен разыскать таинственного Шапура Фарманфарма, в котором течет напополам иранская и израильская кровь.
Фарманфарм ведет двойную игру: он устроился в иранскую атомную организацию с целью шпионажа в пользу американцев. Как выяснится позднее, именно он сообщил американским спецслужбам о местонахождении четы похищенных ядерщиков.
А в настоящий момент он участвует в подготовке плана нападения на Иран под руководством Бахмана Джексона, которого всячески субсидируют все те же американские спецслужбы.
Насери предстоит арестовать Бахмана, получить от него важную информацию и отправиться в Ирак, чтобы на восьмом, заключительном уровне игры вызволить на свободу злосчастных ядерщиков, а вместе с ними – и четырех иранских дипломатов.
Если вникнуть в сценарий, то создателей игры можно обвинить сразу в нескольких грехах – в расизме, антисемитизме, пропаганде оружия. Однако, по словам главы синдиката-производителя Мухаммеда Таги Фаджрия, «создатели этой видеоигры попытались укрепить национальный и религиозный дух школьников, уделив особое внимание ядерному вопросу».
«Мы должны использовать действенные средства для передачи ценностных понятий школьникам... Мы избрали искусство, а внутри искусства – видеоигру», – рассказал глава Синдиката исламских ассоциаций в интервью испанской газете El Pais.
До определенного времени виртуальные развлечения в Иране находились под запретом. Но правительство, пребывающее в постоянной конфронтации с мировым сообществом, очень скоро осознало, какая мощная информационная ниша выпадает из борьбы.
Видеоигра как разновидность детского увлечения затмила собой практически все прочие способы времяпрепровождения.
«Дети зависимы от компьютера начиная с 6 лет, – рассказала газете ВЗГЛЯД психолог центра «Мария» Ирина Степановна Алгунова. – Они приучаются к имиджу сильного героя, победителя в мире, где добро и зло виртуально, условно, ведь перед ним возникают не сказочные персонажи, а носители некого виртуального зла.
В 6 лет дети играют на скорость, а после 10 ребенок взрослеет, становится более восприимчивым, однако он еще не способен анализировать ситуацию и впитывает информацию, как губка».