Несмотря на разность мнений, выступающие сошлись в одном: до принятия закона во втором чтении его нужно капитально дорабатывать.
Фобии россиян
Страхи и фобии преследуют россиян с каждым новым проектом, касающимся личной информации, – будь то перепись населения, замена старых паспортов на новые или получение ИНН
По мнению выступавших, сложнее всего будет объяснить населению преимущества нового законопроекта. По мнению директора департамента правового обеспечения Мининформсвязи РФ Михаила Якушева, россияне от закона только выиграют, поскольку их прав он никак не ущемит, а вот государство обременится новыми обязанностями. Появится новый полномочный правовой институт, наличие которого в современной жизни необходимо. «Сейчас персональная информация зачастую собирается бессистемно, а то и противозаконно. Любой сбор и обработка персональных данных должен осуществляться по следующему принципу: либо на добровольной основе, что в ряде случаев нужно будет подтвердить письменно, либо на основании договора, в котором будет гарантироваться конфиденциальность сведений», – отметил Якушев. Он добавил, что в соответствии с законопроектом любая передача персональных данных третьим лицам без письменного разрешения самого абонента будет запрещена.
Законопроект прошел экспертизу в Совете Европы и был признан адекватным как Европейской конвенции, принятой 28 января 1981 года в Страсбурге, так и современной российской реальности.
Выступающие также подчеркивали, что россияне имеют право знать, какая информация о них и где именно содержится. Также очень важно, чтобы все права и преимущества россиян были им разъяснены «простым русским языком».
Страхи и фобии преследуют россиян с каждым новым проектом, касающимся личной информации, – будь то перепись населения, замена старых паспортов на новые или получение ИНН. Председатель думского комитета по конституционному законодательству Владимир Плигин в своем выступлении отметил, что в советское время неоднократно проводились акции подобного масштаба и никакого страха в народе не вызывали. Впрочем, в то время граждане Советского Союза в большинстве своем просто не задумывались, что государство может что-либо сделать неправильно.
Религия одобряет сбор данных
Заместитель председателя Отдела внешних церковных связей Московского патриархата протоиерей Всеволод Чаплин |
Отдельной когортой на собрании среди депутатов и экспертов выделялись представители религиозных конфессий. Православие представлял заместитель председателя Отдела внешних церковных связей Московского патриархата протоиерей Всеволод Чаплин. Он отметил, что Православная церковь уже давно в послании Синода выразила свою позицию относительно законопроекта – с православием он не расходится. «Многие любят заявлять разные вещи – например то, что данные в компьютере о человеке обременяют его грехом – от имени Православной церкви, так что необходимо отличать правду от дезинформации» - подчеркнул Чаплин. Он заметил, что из государственных организаций базы данных «уплывают» куда чаще, чем из коммерческих организаций, что говорит о необходимости усиления контроля за информацией. «Законопроект своевременный - если задачу информационной защиты не решить сейчас, то мы придем к оруэлловскому обществу», - заключил Чаплин.
Его коллега, сопредседатель совета муфтиев России Исмаил Шангареев, подтвердил насущную необходимость закона, который может усилить позиции государства в борьбе с ваххабизмом и терроризмом. Он напомнил о недавней трагедии в синагоге, где от рук бандита пострадало восемь человек. «Если бы персональные данные о молодом человеке были своевременно собраны, возможно, трагедии удалось бы избежать», - заявил Шангареев. После слов Чаплина об оруэлловском обществе, такое заявление прозвучало несколько странно.
Представитель католической конфессии священник Игорь Ковалевский донес до собравшихся официальную позицию католической церкви, которая также одобряет законопроект. Правда, Ковалевский заявил, что нельзя распространять сведения о национальности, судимости или сексуальной ориентации человека, - их не нужно собирать. В доказательство своей точки зрения Ковалевский привел случай о человеке, который устраивался на работу поваром и был вынужден в обязательном порядке ответить в анкете на эти и большое количество других, не менее личных вопросов.