Либо просто надеяться на удачу, либо быть умнее организаторов.
На январских праздниках в России был разыгран самый крупный джекпот в истории отечественных лотерей – 1 млрд рублей достанется подмосковной пенсионерке. Если не отберут, конечно: в честности выигрыша сразу засомневались – якобы и сама игра проходила в записи, и победительница является знакомой организаторов.
Однако если присмотреться к списку обладателей самых крупных выигрышей в истории США, можно заметить, что они не были многократными – то есть один человек, либо супруги, выиграли крупную сумму один раз, в одном розыгрыше.
Те же, кому удавалось «взломать систему», одним выигрышем никогда не ограничивались, и кроме того, обладателей джекпотов среди них практически нет. В 2017 году издание Columbia Journalism Review решило выяснить, сколько человек в Штатах за последние семь лет выигрывали в лотерею по несколько раз. И не просто по несколько, а не менее чем по 50 раз. Оказалось, что 1,7 тысячи человек имели на руках как минимум полсотни билетов с выигрышем в 600 долларов и более.
Однако какие из этого можно сделать выводы, исследователи так и не решили – наверняка чьи-то действия можно было считать мошенническими, кому-то в теории могло и повезти, а кто-то нашел законные лазейки в правилах. Например, Кларенс Джонс выигрывал в лотерею не менее 10 тысяч раз, общая сумма его выигрышей составила 18 млн долларов. Исследователи посчитали, что если учесть обычные для нынешних лотерей шансы на выигрыш 1 к 10 миллионам, Джонс должен был потратить на свои билеты около 300 млн долларов. Сам же американец при этом говорит, что просто покупает билеты в «проверенных» точках в нужное время и выбирает нужные из строго определенных мест пачки на прилавке. Вот якобы и все.
И даже если Джонс не лукавит, во что явно не верят даже авторы исследования, есть и гораздо более правдоподобные и даже законные способы выиграть деньги.
И почти все они изначально базируются на математических расчетах.
Самый известный из них – пример румынского экономиста Стефана Манделя.
Работая в 60-е годы в одной из местных горнодобывающих компаний и не слишком при этом преуспевая, Мандель захотел разбогатеть, причем быстро. Заметив изъян в одной из румынских лотерей, он понял, что если приобрести билеты с определенным набором цифр, то можно претендовать на второй приз. Экономист привлек нескольких друзей, и совместно они выкупили нужную им часть тиража – билеты почти ничего не стоили. Мандель выиграл, причем не второй, а сразу первый приз – по его же словам, на тот момент он заработал что-то около 18 своих годовых зарплат, после чего решил уехать из страны.
Транзитом через Израиль вместе с семьей он оказался в Австралии, стал гражданином страны и основал свой «лотерейный» консорциум – привлек инвесторов. На этот раз стратегия была проще – купить столько билетов, сколько возможно, местные законы не запрещали выкупить хоть весь тираж. Так Мандель и делал, с помощью вложенных инвесторами денег: они выбирали лотерею с меньшим количеством комбинаций, потом – день розыгрыша с максимальным джекпотом, после чего вкладывались.
Местные власти быстро раскусили схему экономиста и начали один за другим принимать соответствующие законы – сначала запретив одному человеку выкупать все билеты, затем – группе лиц, затем – юрлицам. Мандель, пока гайки окончательно не закрутили, успел выиграть в австралийские лотереи 12 раз. И стал искать новое место, тщательно анализируя розыгрыши в разных странах.
В начале 90-х он нашел удачный вариант в США – Virginia Lottery, работавшую по известному принципу «6 из 40/45/49» (такие лотереи популярны и сейчас, в том числе в России). Правила лотерей в различных штатах сильно отличались, и розыгрыш в Вирджинии он выбрал по нескольким причинам. Во-первых, билеты стоили дешево, во-вторых, в этой лотерее было наименьшее число возможных комбинаций – 7,1 миллиона (оно вычисляется по нехитрой формуле), и в-третьих, билеты можно было печатать самостоятельно – их оставалось затем сдать в магазин для официальной регистрации.
Билет стоил 1 доллар, размер джекпота был 27 млн долларов. То есть чтобы выкупить весь тираж и получить в итоге 27 миллионов без учета дополнительных выигрышей, нужно было вложиться всего на 7,1 млн. И Мандель, точнее его консорциум, эти деньги нашли. В их распоряжении было 30 компьютеров и 12 принтеров, часами печатавших билеты – всего ушло 20-30 тонн бумаги.
Затем все эти пачки Мандель отправил в США, где договорился с рядом магазинов о реализации. А после этого сам же вместе с партнерами все эти билеты и выкупил. И выиграл весь банк, заплатив затем все налоги и отплатив инвесторам. Это был последний крупный выигрыш группы румына – схема стала слишком известной, чтобы оставаться при этом еще и повсеместно законной.
Однако это не значит, что организаторы лотерей перестали допускать ошибки.
Самая известная была с Cash Winfall в штате Массачусетс – сразу несколько групп игроков обнаружили лазейки в ее правилах и образовали свои «синдикаты». Одним из них был Джеральд Селби, 64-летний пенсионер из Мичигана, вторым – студент MIT Джеймс Харви.
В 2005 году оба обратили внимание на уязвимую структуру лотереи – там тоже нужно было угадать шесть цифр, но в промежутке от 1 до 46, а не до 49 или больше, и к тому же за три, четыре или пять угаданных тоже полагался выигрыш. Но это было еще не все. Основным отличием этой лотереи был так называемый роллдаун – если джекпот не был разыгран за несколько розыгрышей, он разрастался, а затем, если его снова никто не забирал, распределялся на выплаты игрокам с более мелкими выигрышами, то есть угадавшим от трех до пяти цифр.
И Харви, и Селби прикинули, что в такие «постджекпотные» розыгрыши практически каждый купленный билет мог принести небольшую выгоду – средняя маржа была 30 центов с билета. Соответственно, здесь уже работала логика Манделя: чем больше у тебя купленных билетов и, соответственно, отмеченных в них комбинаций, тем больше денег они тебе принесут. На джекпоты ни группа из MIT, ни команда Селби не претендовали, но денег получили довольно много. К примеру, Селби и компания за девять лет выиграли около 20 млн долларов, а чистая прибыль после всех налогов и расходов составила 5 млн.
Как пишет в своей книге «Идеальная ставка» лондонский математик Адам Кучарски, схема, по которой работали Харви, Селби, а до них Мандель, как была ранее, так и осталась наиболее распространенной. Именно ее, именуемую «тактикой грубой силы», обычно используют игровые синдикаты, пытающиеся обмануть лотереи, иногда даже совершенно законно. Математические расчеты обычно играют в ней совсем не главную роль, они нужны только на первом этапе. Главное же место занимает количество купленных билетов. Сам Селби даже в одном из интервью говорил о том, что для первоначального расчета ему понадобилась всего-навсего «математика из курса шестого класса».