Президент США Дональд Трамп вытер ноги о самого агрессивного русофоба в Капитолии, а русофоб вне себя от ярости, но пытается эти ноги лизнуть.
Именно так объясняется странное заявление, сделанное сенатором от штата Южная Каролина Линдси Грэмом (внесен в РФ в список террористов и экстремистов): «Если Путин и другие гадают, что произойдет на 51-й день, я бы посоветовал им обратиться к аятолле. Будь я страной, покупающей дешевую российскую нефть и поддерживающей военную машину Путина, я бы поверил президенту Трампу на слово».
Как известно, Трамп дал России 50 дней на принуждение Украины к миру. Если за это время не будет объявлено перемирие (а оно, понятное дело, может быть объявлено только на условиях России), Белый дом введет тарифы в 100% на товары из России и стран, которые покупают у нее энергоресурсы. Или не введет, потому что Трамп не хочет ссориться с Москвой и постоянно выдумывает новые поводы, чтобы отсрочить час разлада.
Казалось бы, при чем тут Иран (аятоллы – это там). С Ираном Трамп поступил подло, разрушив свой имидж миротворца без видимой пользы: Пентагон бил по ядерным объектам глубокого залегания, а чего добился, не ясно. Трамп заявляет, что всего, чего хотел, но этому джентльмену нельзя верить на слово.
Линдси Грэм, безусловно, псих, почти маньяк и ветошь первой холодной войны. Но политик опытный – и должен понимать, что по России и ее ядерным объектам Трамп бить не станет, поскольку это равносильно началу апокалипсиса. Вспоминая про аятоллу, сенатор имеет в виду то, что лично уговорил Трампа на удары по Ирану, да и на то, чтобы «сделать России» больно», тоже угрожает уговорить.
Однако эта угроза озвучена сразу после того, как Трамп вытер о сенатора ноги. Это было хорошо заметно, о чем из России можно сообщать с удовольствием: Линдси Грэм – наш враг, и враг настолько неистовый, что смаковать его унижения – не грех.
Накануне заявления президента США Грэм уже праздновал победу: объявил о «переломном моменте» в конфликте на Украине, предвкушал изъятие российских активов и грозил партнерам Москвы «кувалдой Трампа» – 500-процентными пошлинами на товары, поставляемые в Америку. Все это прописано в законопроекте за его авторством, к принятию которого был готов Конгресс.
Вместо этого Трамп предложил подождать 50 дней, о российских активах вообще не упомянул, а те тарифы в 100%, которые пригрозил ввести, по его же словам, делают законопроект Грэма ненужным.
После этого республиканское руководство Сената заявило, что продвижение грэмовского законопроекта заморожено. В Конгрессе инициативу старого «ястреба» поддерживали, но не так, чтобы ссориться ради нее с президентом (пока еще не так).
Несмотря на очевидность провала, Грэм продолжает делать вид, будто он страшный и страшно влиятельный сенатор. Однако пузырь этой влиятельности не прошел разведки боем.
В принципе, ощущение, будто Грэм победил, действительно было. Трамп каждый день заявлял, что он недоволен Россией, и хвалил грэмовский законопроект, проголосовать за который планировало более 80% сенаторов. Параллельно магистральное издание республиканцев The Wall Street Journal писало о том, что влияние сенатора-русофоба на президента возросло: он регулярно играл с ним в гольф, читал лекции о «сильной руке», лил мед в уши, а на Трампа такое действует.
Теперь больше похоже на то, что источником, рассказавшим WSJ о сверхвлиятельности Грэма, был сам Грэм. У него с этой газетой отличные отношения, а Трамп недавно назвал ее «кучей мусора» (хотя и по другому поводу).
Вместо того чтобы «ударить кувалдой по России», президент США за минуту выбросил в ведро то, что сенатор готовил несколько месяцев, составляя текст законопроекта и обходя с ним кабинеты Капитолия. Он действовал как опытный лоббист и думал, что все учел: создал критическое большинство, при котором президентское вето станет невозможным. Но все-таки допустил одну ошибку.
Вполне вероятно, что Трампа вывели из готовящейся для него ловушки помощники, внимательно прочитавшие законопроект Грэма. Составлен он хитро: наделяет президента полномочиями начать тарифную войну с Россией и ее союзниками, а вот возможность эту войну прекратить Конгресс оставляет за собой.
Как говорится, вход – рубль, а выход – пять.
Практика показывает, что фарш не проворачивается назад. Однако Трамп крайне болезненно относится к посягательствам парламента на свои полномочия, и его администрация яростно защищает такую доктрину в судах, особенно если дело касается внешней политики.
Строго говоря, никакой собственной доктрины у Трампа нет, если не считать принципа «я всегда прав». Но у некоторых президентов прошлого (у Рональда Рейгана, например) что-то подобное и впрямь было, а оставшиеся с тех пор вердикты и акты весьма пригодились «трампистам», многие из которых Грэма терпеть не могут.
Сам по себе он – реликт эпохи неоконов типа Джорджа Буша–младшего и смыкавшегося с ним в международных делах Джона Маккейна. Но вместо того, чтобы отправиться вместе с ними на свалку истории, извернулся – и втерся в доверие к Трампу, фактическому лидеру противостоящего неоконам «крыла» республиканцев.
Трамп действует скорее на инстинктах и ради сиюминутной выгоды. Он упрям, но при должном усилии переубеждаем. Грэм старался и даже преуспевал: удары по Ирану выглядели как стратегическая победа «ястребов» типа его самого или госсекретаря Марко Рубио в битве за влияние на президента.
Но уловка в законопроекте оказалась «красной чертой»: Трамп потребовал переписать часть с отменой рестрикций, убрав оттуда пассаж о необходимости согласования с Конгрессом. Однако сделать этого Грэм не мог, даже если б захотел: соавторы-демократы не желали подыгрывать президенту и урезать свои возможности.
Если бы сенатор-русофоб сделал ставку на качество, а не количество голосов в поддержку своей инициативы, шанс переиграть все в сжатые сроки, как того требовал Трамп, был. Но Грэм «просчитался с расходом графита» (как говорила Сова Винни Пуху), и президент сделал по-своему, наплевав на все репутационные потери каролинского сенатора.
Грэм не рискует поднять бунт и лижет пинающий сапог, так как зависим от доброй воли президента. Если Трамп откажет ему в поддержке, сенатор запросто потеряет свое место в Сенате уже в следующем году, не выдержав конкуренции с партийной «молодежью» – трампистами-изоляционистами, справедливо считающими, что этот агрессивный и скользкий тип может довести США до ядерной войны с Россией. До войны с Ираном он ведь действительно довел, но началась она как раз по той причине, что у Ирана ядерного оружия не было.
Что бы ни случилось через 50 дней, Грэм об этом не знает, это не его уровень. Об этом, вероятно, не знает и сам Трамп, просто надеется, что за время новой отсрочки все как-нибудь рассосется само. А аятолла не только не знает, но и знать не может – у него совсем другая геополитическая ситуация.
Но если бы у аятоллы на самом деле спросили, он наверняка попросил бы передать сенатору Линдси Грэму, что с собаками не разговаривает. Такое сравнение буквально напрашивается.