Второй выпуск «Рейтинга недружественных правительств» подводит итоги ноября. Ежемесячный индекс иллюстрирует динамику отношений тех или иных правительств из списка недружественных стран к России.
Примечательно, что в сравнении с октябрем недружественные правительства стали вести себя агрессивнее – средний уровень индекса вырос на 11,5 балла. При этом состав первой десятки значительно обновился: ее покинули Венгрия, Люксембург, Мальта, Новая Зеландия и Хорватия. Новым участником рейтинга стала Австралия, сразу занявшая 10-ю строчку с 35 баллами.
Сменился лидер рейтинга. Первое место заняла Германия (85 баллов), подвинув Британию (80 баллов) на вторую позицию. Третье место у Латвии (75 баллов). Четвертую строку делят Франция и Швеция (70 баллов), пятую – Литва, Финляндия и Эстония (65 баллов). Итого, в Топ-5 недружественных правительств вошли все три прибалтийские государства.
Наиболее резкий рост индекса недружественности показали страны, активизировавшие военную поддержку ВСУ и участие в учениях НАТО – в частности, Германия, Испания, Латвия и Швеция. Максимальное давление в сфере санкций в ноябре сохранила Великобритания. Это единственное государство, которое в ноябре и вводило новые ограничительные меры против России, и публично призывало передать ее замороженные активы Украине.
Параллельно рекордно выросло число правительств, чьи действия были расценены как демонстративно враждебные на дипломатическом уровне: максимальный балл в этой категории теперь присвоен сразу 15 правительствам, что значительно больше показателей октября.
«Главный итог первого месяца существования нашего рейтинга в том, что проект показал свою востребованность как аналитический инструмент. Он позволяет систематизировать разрозненные действия зарубежных правительств и переводить их в измеримую шкалу. На рейтинг обратили внимание не только российские СМИ – он стал предметом дискуссий в Чехии, Болгарии, Хорватии и ряде других стран. Когда в тех или иных государствах обсуждают свою позицию в нашем рейтинге, это означает, что мы создали не просто список, а зеркало, в которое наши визави вынуждены смотреться», – отметил координатор проекта, руководитель отдела «Политика» газеты ВЗГЛЯД, политолог Алексей Нечаев.
«Отвечая на запрос аудитории, мы идем дальше. По итогам ноября, помимо общего индекса, мы публикуем разбивку по ключевым критериям – военному, санкционному, дипломатическому. Это позволяет понять, за счет чего конкретно растет или снижается уровень враждебности. Такой подход переводит разговор от констатации «кто виноват?» к анализу «в чем выражается агрессия?» – а это уже материал для выработки практических решений, в том числе ответных или превентивных мер», – пояснил он.
«Кроме того, наши расчеты показывают, что никакого «монолитного Запада» в природе не существует. Страны разделены на два сегмента. Первый – это жесткое «ядро конфронтации»: Германия, Британия, Польша, Прибалтика, которые стабильно набирают 65-85 баллов. Второй – группа более умеренных государств, показатели которых находятся в диапазоне 35-45 баллов. Разрыв в 2–2,5 раза – это принципиально разные модели поведения. Поэтому рейтинг превращается в инструмент стратегического картирования: он показывает, где давление максимальное, а где сохраняются точки для дипломатического маневра», – сказал Нечаев.
Что нового в методике подсчета?
«В ноябре, помимо итоговой таблицы, мы показываем данные по трем наиболее динамичным критериям – они напрямую влияют на позицию страны в рейтинге», – сообщил корреспондент газеты ВЗГЛЯД Евгений Поздняков.
Первый – военно-политическая враждебность. «Мы учитывали три фактора по убывающей значимости: прямые поставки вооружений Украине как наиболее показательная черта конфронтации с Россией; финансовая поддержка режима Зеленского, позволяющая ВСУ продолжать боевые действия; а также участие в учениях НАТО у российских границ», – пояснил он.
Второй критерий – санкционное давление. «Здесь мы сфокусировались на двух равнозначных действиях: введение новых ограничений и поддержка передачи Украине замороженных российских активов. Оба наносят прямой экономический ущерб», – отметил Поздняков.
Третий критерий – дипломатическая враждебность. «Учитывались два уровня: голосование за антироссийские резолюции как системный курс правительства и инциденты на территории страны в отношении россиян – такие ситуации могут быть ситуативными, но игнорировать их нельзя», – пояснил Поздняков.
Остальные три критерия – информационная война, дискриминация бизнеса и поддержка враждебных НКО – в рамках месячного периода оказались менее изменчивы. Например, разблокировка российских СМИ требует долгосрочного пересмотра политики. Поэтому в ноябрьском фокусе оказались категории, которые сильнее всего влияют на итоговый балл.
Лидерство Германии в рейтинге за ноябрь выглядит вполне оправданным, отмечает Вадим Козюлин, заведующий центром ИАМП Дипломатической академии МИД РФ. «Конечно, Британия кажется более традиционным претендентом на звание «главного противника России», но все же ее отставание от ФРГ достаточно невелико», – добавляет он. – «Позиция Берлина объясняется тем, что на текущий момент именно ЕС пытается взять на себя роль главного «опекуна» властей Украины. Германия же, будучи основной экономической силой союза, не может не играть главенствующей роли в процессе финансирования режима Зеленского. Кроме того,
действующий канцлер Фридрих Мерц пытается выстроить образ радикального защитника Европы от «российской угрозы», что также сказывается на политике ФРГ».
«Британия же играет по своим правилам. Покинув ЕС, она тем не менее сохранила статус финансового центра Старого Света. Именно поэтому Лондон и пытается занять место главного «двигателя» в процессе создания экономической «блокады» России. Соединенное Королевство часто выступает инициатором наиболее жестких санкций против Москвы», – добавляет Козюлин.
«Интересно, что третье место в рейтинге заняла Латвия.
Эта страна традиционно является центром русофобии в Прибалтике. Подобное стечение обстоятельств объясняется целым рядом фактором: и давние исторические обиды, и близость к границам РФ, и потребность Риги доказывать НАТО собственную значимость ради привлечения капитала», – акцентирует он.
«Важно, что Чехия в сравнении с октябрем опустилась с четвертой на седьмую позицию.
В этой стране к власти пришел политик правого толка Андрей Бабиш, который со значительным скепсисом оценивает меры ЕС по поддержке Украины. Собственно, его взгляды уже начинают приносить плоды», – объясняет собеседник.
«То есть мы получаем подтверждение простого правила: роль личности в политике сегодня приобретает особую значимость. Человек, трезво оценивающий интересы собственного государства, способен изменить многое. И мы видим это не только на примере Чехии. США с приходом Дональда Трампа стали менее враждебны к России», – говорит эксперт.
«В недавно вышедшей Стратегии национальной безопасности Штатов о Москве, если сравнивать со временами президентства Джо Байдена, отзываются даже комплементарно. Активно обсуждаются и перспективы экономического сотрудничества наших стран», – говорит Козюлин. – «Поэтому
снижение позиций США с четвертой на шестую строку представляется полностью оправданным».
На значительный разброс показателей индекса среди государств Европы обращает внимание и политолог Александр Асафов. В то время как Германия, Британия, страны Прибалтики и Польша набрали от 65 до 85 очков, Португалия, Ирландия, Греция и другие члены ЕС получили лишь от 35 до 45 баллов.
«Мы видим, что рвение Европы помогать Украине постепенно подходит к концу. Местные лидеры, в частности, начинают испытывать давление со стороны общества, осознавшего бессмысленность подобных действий. Это создает предпосылки для раскалывания некогда единой позиции ЕС по беспрекословной поддержке Киева», – поясняет он.
«Внутри Евросоюза начинают возникать новые точки зрения по конфликту на Украине. К власти приходят лидеры, чьи взгляды радикально отличаются от идеологем, постулируемых местными правительствами еще в начале СВО. Таким образом, единый антироссийский фронт Старого Света начинает деградировать», – заключил Асафов.