Двойной государственный вояж Джо Байдена по ирландским землям стал трогательным и жутким одновременно.
Трогательным, поскольку напоминал туристическую поездку дедушки по местам его молодости вместе с большой и любящей семьей. 46-й президент США родился в США (иначе бы не смог стать президентом), но по этническому происхождению ирландец, что очень любит подчеркивать. В поездке Байдена окружали родственники (включая сына Хантера, находящегося под следствием), а сам он радовался, как ребенок, и постоянно попадал в забавные ситуации.
Жутко здесь то, что древний дедушка – глава ядерной сверхдержавы и (пока еще) первой экономики мира, которая пытается сохранить свой статус гегемона через угрозы, шантаж и прокси-войны с другими ядерными сверхдержавами – Россией и Китаем.
Другими словами, своей неадекватностью этот человек способен создать не только забавную ситуацию, но и мировую катастрофу. А в предложенных обстоятельствах слово «неловкость», на которое упирают европейские СМИ, призвано загородить понятие «позор».
Так, сойдя с трапа в Белфасте, президент среагировал на знакомый дипломатический мундир и ринулся здороваться с его носителем – американским послом. При этом он фактически оттолкнул хозяина – премьер-министра Великобритании Риши Сунака. Видимо, перепутал его с кем-то из обслуги, в чем теперь ни за что не признается – по меркам «новой этики» это непростительный расизм (предки премьера из Индостана).
Потом он перепутал сборную по регби All Blacks с организацией The Black and Tans – британскими парамилитари, которые век назад боролись с ирландскими сепаратистами, причем довольно жесткими методами. Это не совсем то же самое, что перепутать клуб «Маккаби» из Тель-Авива с гитлерюгендом, но близко к тому.
Ирландцы тогда победили, и большая часть Ирландии стала независимой. Но в 1960-х начался вооруженный конфликт на севере острова, оставшегося под управлением британцев. Повод для ирландских каникул Байдена – 25-летие со дня подписания так называемого Соглашения Страстной пятницы. Именно оно положило конец бойне между сепаратистами и юнионистами в Северной Ирландии.
Байден немного сочувствовал сепаратистам. Это ему теперь активно припоминает британская пресса, для которой возрастные эскапады американского гостя как будто бы стали последней каплей. Ближе к концу турне некоторые обозреватели даже пришли к выводу, что британско-американские отношения сейчас очень плохи, хотя и непонятно, почему. Возможно, в старике правда взыграла ирландская кровь.
Несмотря на статус главного союзника, президент США отказался посетить коронацию Карла III, а переговоры с Сунаком обернулись банальным чаепитием. Стороны ни на шаг не приблизились к соглашению о свободной торговле, на что надеялись британцы (после выхода из ЕС им это соглашение действительно нужно).
С британской точки зрения, мог бы тогда вообще не прилетать, тем более на четыре дня (два в Северной Ирландии, два в Республике Ирландия). Но все же это была не совсем праздная поездка ирландского патриарха из американской диаспоры. Она явно задумывалась как своего рода спектакль с важным политическим месседжем, направленным вовне Британских островов. США – надежный оплот мира и свободы, который умеет улаживать конфликты и останавливать войны. Это всем сейчас пытаются внушить.
Речь идет о той самой борьбе за Ольстер, а не о «сосисочной войне» между Британией и ЕС. США выступали посредником, и Байден (тогда – влиятельный сенатор со специализацией на внешних связях) тоже принимал в этом какое-то участие. Таким образом, ирландский вояж – это тост и за себя, и за родину, всех помирившую.
«В 1998 году это был самый продолжительный конфликт в Европе со времен окончания Второй мировой войны. Смута затронула тысячи семей. Потери были реальными. Боль была личной», – объяснял президент американцев – ирландцам. В каждой бочке он затычка.
На «сосисочной войне» Байден, кстати, тоже был замечен и даже послал в Лондон (ближайшему союзнику!) официальную ноту протеста, когда заподозрил, что британцы хотят нарушить Соглашения Страстной пятницы. Оно постановляет, что внутри ирландского острова не должно быть торговых границ, а тогдашний премьер Борис Джонсон подумывал их ввести.
В итоге в «сосисочной войне» победили ирландцы, включая Байдена. Завершение этого торгового конфликта он может записать себе в заслуги – не жалко. Других-то заслуг все равно нет.
Со времен ирландской национальной бойни минуло четверть века. Ирландия из зачуханного местечка превратилась в одну из наиболее развитых стран мира. Посреди этого благолепия в окружении счастливых детей ходит седовласый старец. Он получает благодарности лично и как президент американской державы за ирландское процветание и мирное небо, сияя, будто монетка лепрекона.
Так это должно было выглядеть. Выглядело иначе. Мир увидел дряхлого старика с оскорбительным для окружающих поведением, чья проворовавшаяся семейка лезет под софиты чужой славы.
На торжественном ужине в честь ирландского компромисса Байден предложил «лизнуть мир». То ли оговорился, то ли выдал свое намерение – присосаться.
Ему сейчас нужны хоть какие-то дипломатические победы – хоть в «сосисочной войне», хоть даже совсем лежалые, вроде посредничества при завершении ирландской бойни. Однако за границами ностальгических ирландских посиделок находятся конфликты, которые США разжигали, но не смогли контролировать – в Афганистане, Сирии, на Украине. Не смогли, поскольку песок сыплется из самой американской сверхдержавы, а не только из ее лидера.