Запад продолжает ужесточать и расширять санкционную политику против России. И речь тут идет не только о регулярно принимаемых пакетах европейских санкций (10 уже приняли, 11-й разрабатывают). И не в постоянно вводимых американцами ограничениях в отношении физических и юридических лиц. Речь также идет о различного рода технических ограничениях, которые мешают России защищать ее интересы.
Так, на днях США отказали в выдаче виз ряду членов российской делегации, которая должна была принимать участие в заседании Рабочей группы открытого состава ООН по безопасности в информационно-коммуникационных технологиях. Причем, по словам представительницы России Ирины Тяжловой, отказали «безосновательно в вызывающей форме».
Казалось бы, руководство ООН должно было напомнить Соединенным Штатам о том, что они не должны злоупотреблять своими возможностями как страны – хозяйки места, где находится штаб-квартира организации. Однако Антониу Гутерриш лишь отделался беззубым заявлением. США постоянно либо задерживают, либо не выдают визы российским делегатам. Поэтому реагировать на эти технические санкции, как и на все остальные, Россия должна самостоятельно. Вопрос в том, как? Такие пути есть.
Конечно, теоретически можно не реагировать и сосредоточиться на том позитивном, что несут санкции для России. «Не было бы счастья, да несчастье помогло. Все-таки это мощный шаг к дальнейшей суверенизации, к повышению нашего экономического и финансового суверенитета», – комментировал Владимир Путин экономические пакеты.
В каких-то вопросах Запад банально стреляет себе в ногу. Ограничения долларовых операций лишь подрывают глобальное доверие к доллару как к единой валюте.
«Если мы смотрим на экспортный контроль, то в Евросоюзе говорят, что запретили поставки в Россию на 10 млрд евро. А значит, эти 10 миллиардов недополучит европейский производитель, который теряет российский рынок», – поясняет газете ВЗГЛЯД программный директор РСМД Иван Тимофеев.
Можно реагировать и через внутреннее усиление. «Отвечать можно через укрепление экономики, проводя импортозамещение, создавая каналы для осуществления финансовых транзакций с партнерами из дружественных стран, налаживая каналы импорта товаров для нашей модернизации. То есть становясь крепче и адаптируясь к ограничениям», – продолжает Иван Тимофеев.
Однако в то же время реагировать действиями против инициаторов санкций все равно надо. Если Запад увидит, что Россия не отвечает, то будет усиливать санкционный накал, с каждым разом принимая все более существенные для России ограничения. «Новые пакеты санкций ЕС, США, Канады, Австралии, Великобритании достаточно внушительны. Здесь и новые меры экспортного контроля, распространяемые на несколько сотен товарных наименований. И новые блокирующие финансовые санкции в отношении банков второго эшелона, сужающие возможности для долларовых транзакций российских экспортеров и импортеров. И многое другое», – поясняет Иван Тимофеев.
Целесообразность и обертка
Собственно, Россия уже отвечает на ряд санкций симметрично – например, на персональные санкции против США своими персональными санкциями. Однако проблема в том, что симметрично ответить можно не всегда. Доля России в мировой экономике, товарообороте и финансах сравнительно невелика, и ее санкции не будут заметны.
Поэтому чаще всего лучший ответ будет асимметричным – и в то же время демонстративным.
Один из таких вариантов уже был использован – например, когда Владимир Путин заявил о приостановке участия России в СНВ-3. Тем самым Москва показала, что отныне привязывает стратегическую стабильность к украинскому вопросу, а также что готова рассматривать разные варианты защиты своих национальных интересов.
Еще одним тактическим ответом может стать дипломатическая национализация. «Надо отвечать изъятием собственности у западных посольств. Можно демонстративно отобрать Спасо-хаус или Чешский дом. Объекты не относятся непосредственно к посольствам, а потому дипломатический иммунитет на них не распространяется. Вырученные от их продажи или новой аренды средства отправить на помощь нашим бойцам и тем, кто пострадал от боевых действий», – рассказывает газете ВЗГЛЯД доцент РГГУ Вадим Трухачев.
Опять же, это решение может стать сигналом о готовности Москвы низвести до минимума свои дипломатические контакты с Западом – чего не хотят те же США (именно поэтому и не объявляющие Россию страной – спонсором терроризма). Несмотря на конфликт на Украине и сказки про «изоляцию», Америке нужно сотрудничество с Россией – хотя бы для борьбы с терроризмом и поддержания режима нераспространения, не говоря уже о перспективах, связанных с американо-китайским и американо-иранским конфликтами.
Что же касается стратегических асимметричных ответов, то их можно найти много. Однако все они должны отвечать двум ключевым параметрам.
Прежде всего, делаться не в ущерб себе. «Одна из целей западных санкций – спровоцировать Москву на неадекватные действия, на такие ответные меры, которые могут нанести ущерб самой России. На такие провокации поддаваться не стоит. Следует отвечать продуманно, чтобы назло кому-то не отморозить уши», – поясняет газете ВЗГЛЯД политолог-международник Елена Супонина.
«Ответы ради ответов – тем более те, которые ударят по нашим производителям, не нужны. Во главе угла должны стоять экономические интересы нашего государства и граждан», – соглашается Иван Тимофеев.
Именно поэтому, в частности, нужно тщательно подходить к различным инициативам по ограничению экспорта российских товаров на Запад, а также к идеям различных активистов о том, что нужно немедленно прекратить продажу нефти и газа в Европу (в том числе через украинские трубопроводы). Противники этой идеи напоминают, что деньги, получаемые с этих продаж, идут на поддержку СВО, а также на исполнение социальных обязательств перед российским населением.
Во-вторых, они должны правильно презентоваться. Не как российская месть Западу, не как российский ответ на его провокации – в этом случае целый ряд шагов Москвы будут ограничены лишь ее ресурсами. Третьи страны к нам не присоединятся, а то и будут рассматривать наши действия пусть и обоснованной, но все-таки провокацией. Нет, действия России должны позиционироваться через призму не эгоистичной мести, а глобальной справедливости.
Через антиколониализм и справедливость
Некоторые шаги в этом направлении уже сделаны. Так, со второй половины 2022 года российские руководители в своих публичных выступлениях стали позиционировать операцию на Украине через призму не только российских национальных интересов, но и глобальной антиколониальной борьбы. И в рамках антиколониальной борьбы мы сейчас можем вводить против Запада целый ряд санкций.
Если говорить о внутрироссийских, то речь может идти, например, об ограничении авторских прав. «Например, стоит начать с вопроса: а насколько справедливо то, что лицензионные права длятся обычно порядка 40 лет. Мы можем предположить, что технологическое лидерство и, соответственно, отставание в современном мире могут составлять два-три года, в некоторых случаях пять-семь лет. За это время можно создавать аналогичные западным технологии совершенно независимо. Поэтому, когда речь идет о большем сроке авторских прав, мы должны говорить о несправедливом технологическом лидерстве и искусственном торможении развития незападных стран», – говорит газете ВЗГЛЯД старший научный сотрудник ИМЭМО РАН Дмитрий Офицеров-Бельский. – Поэтому России стоит рассмотреть вопрос о законодательном запрете срока лицензионных прав более пяти лет.
Раньше аргументом против этого было опасение, что в ответ будет блокирован российский высокотехнологичный экспорт в западные страны. Однако это уже произошло, и можно считать, что эта проблема сейчас уже снята». И не исключено, что ряд развивающихся стран воспользуются открытым Москвой ящиком Пандоры – после чего по глобальному технологическому доминированию Запада может быть нанесен серьезный удар.
С внешнеполитической точки зрения можно запустить процессы создания альтернативных глобальных институтов. «Надо вести работу с не-Западом с целью перевода штаб-квартиры ООН в другую страну. Для начала – хотя бы в Швейцарию, но лучше куда-либо за пределы западного мира. А в целом ответ один – выстраивать со странами не-Запада новые институты, оставляя Европу и Северную Америку в изоляции», – говорит Вадим Трухачев.
«Если Запад нас так старательно выдавливает из международных институтов, то в некоторых случаях нам сложно что-либо противопоставить невыдаче виз российским сотрудникам ООН, однако нам стоит позаботиться о формировании дублирующих организаций на базе БРИКС и ШОС. Они однозначно будут не только более справедливыми, но и будут удовлетворять потребностям большей части человечества», – утверждает Дмитрий Офицеров-Бельский.
Да, это процесс длинный, но он будет поддержан рядом развивающихся стран, прежде всего потому, что будет ложиться в призму антиколониализма и «глобальной справедливости». Москва фактически предлагает им начать демонтировать мировые институты, созданные условным Западом для Запада, и потому недостаточно учитывающие интересы Востока.
«Мы много говорим о том, что стремимся сделать мир более справедливым. Но чтобы западная гегемония перестала быть реальностью, которая определяет судьбы очень многих народов, имеет смысл пересмотреть правила, которые были созданы Западом в своих интересах», – продолжает Дмитрий Офицеров-Бельский.
Фактически речь может пойти о некой «нормативной деколонизации» – и России не обязательно постоянно вести этот процесс. Его достаточно запустить, создать ряд прецедентов. И тогда ряд субъектов международных отношений, не имеющих достаточно полномочий в рамках западных институтов глобального управления (Китай, Иран, возможно даже Индия с Саудовской Аравией) все будут дальше делать сами.