«Есть решение Национального собрания о военно-технической помощи Украине, и мы будем придерживаться решения Национального собрания».
Эти слова принадлежат главе болгарского правительства Кириллу Петкову. Для главы правительства он выразился слишком обтекаемо, хотя поставки оружия ВСУ тема важная, а решения парламента в Болгарии секретом не являются. Видимо, ему не хотелось «с колес» отбиваться от болгарской прессы, настроенной в основном антироссийски.
Министр экономики и лидер болгарских социалистов (БСП) Корнелия Нинова, наоборот, прояснила вопрос максимально категорично: «Национальное собрание приняло решение – Болгария не будет экспортировать оружие на Украину. Тема закрыта».
Тон Ниновой понять можно – наверняка это ее личная победа. Болгарские социалисты – крупнейшая сила в стране из тех, где приемлют русофильскую повестку, ценят отношения с Россией и испытывают к ней историческую благодарность за то, что в XIX веке династия Романовых решилась нарушить суверенитет и территориальную целостность Османской империи.
Их партия – прямая наследница коммунистов Тодора Живкова, которых он возглавлял 35 лет, с 1954 по 1989 год. В те времена София была столицей наиболее дружественного советской Москве из всех государств в Европе. Отношения были настолько хорошими, что Народная Республика Болгария неоднократно просилась в состав СССР.
«Курица не птица, Болгария не заграница», – шутили советские люди примерно по этому поводу.
Другое дело, что сейчас ни одна партия не смогла бы руководить «в одно лицо», у болгар типичная, например, для немцев ситуация, когда нужно собирать коалицию из довольно разношерстных сил. Главной целью действующей и тоже весьма разношерстной коалиции было отстранение Борисова и, как тогда подчеркивалось, внеидеологическая работа на благо народное. То есть кабинет технократов занимается в основном экономикой и не лезет в политические распри. Идея многим понравилась.
После начала спецоперации ВС РФ на Украине схема дала сбой – Софию ощутимо несло куда-то на крайний фланг, к американцам, британцам и прочим полякам. Вполне возможно, она пребывала бы там до сих пор и освобождала бы сейчас свои оружейные склады, отправляя их содержимое ВСУ. Но болгары – и тут им необходимо отдать должное – сказали свое слово и, кажется, добились перелома.
Вспомнить можно многое. Например, как на Шипке Петкову залепили снежком в голову и вынудили ретироваться под крики «предатель!» и «НАТО вон!». Или другие акции протеста, многие из которых были направлены как раз на передачу оружия Украине – и уличные, и профильные, в том числе в портах, из которых мог быть отправлен «особый груз».
На этом фоне атлантисты с некоторым огорчением выяснили, что болгары остаются самым пророссийским народом Евросоюза. Что, однако, никак не отражалось на их властях, которые пытались бежать впереди американского санкционного паровоза.
А теперь паровоз встал. Встал прежде всего с западной стороны: Европа и США достигли предела возможностей своего санкционного пресса, за исключением таких мер, отдача от которых по ослабевшим западным экономикам (в Америке рекордная инфляция за 40 лет, в зоне евро – за всё время ее существования) пока что представляется неприемлемой.
Но это не отменяет строгого присмотра за «младшими партнерами», чьи экономики устойчивы в еще меньшей степени. Кураторы требуют от них терпеть, сомкнуть ряды, ни в коем случае не давать России послаблений и давать ВСУ то, чего для них просит президент Зеленский.
Так что Софии теперь «влетит». Ее отказ топить печку конфликта своими вооружениями гораздо более значим, чем может показаться на первый взгляд.
Во-первых, Болгария обладает таким оружием и техникой, какие нужны Киеву в первую очередь. С поправкой на разного рода модернизацию, это арсенал советского производства – то есть то, с чем украинские военные уже умеют обращаться.
«Вундервафли» из США и Западной Европы теоретически востребованы больше. А на практике американские журналисты пишут трогательные репортажи с передовой, где украинские командиры обучаются использованию чудо-оружия по заводской инструкции и с помощью гугл-переводчика (открыто посылать на Украину собственных военспецов для инструктажей натовцы пока побаиваются). И это, заметим, в условиях многократного превосходства ВС РФ в артиллерии, с которой российские военные обращаются на зависть многим.
Во-вторых, в Болгарии налажено производство боеприпасов к тому самому советскому оружию, которого по-прежнему много и у нее, и у соседей по бывшей ОВД, и у Украины. Только у ВСУ при этом острый дефицит боеприпасов.
Некоторое «прозрение» об истинном положении дел на фронте коснулось даже Туманного Альбиона. Британские и неизменно проукраинские СМИ вдруг выяснили, что ВСУ уступают ВС РФ 20 к одному в артиллерии и 40 к одному в боеприпасах.
Другими словами, военная помощь от Софии была Киеву нужна – и нужна срочно. Но он ее не получит. Не исключено, что стараниями социалистов. Их «русофилия» всё это время находилась в состоянии спячки для широкой публики, но нам неизвестно, какие схватки вели болгарские бульдоги под забытым османами ковром.
Вполне возможно, что после всех прежних ошибок перед Петковым был поставлен вопрос о развале коалиции (социалисты там вторая по значимости сила), что означало бы досрочные выборы, которые партии «технократа» и «вундеркинда» Петкова с его обширными связями на Западе было бы выиграть сложнее, чем предыдущие, поскольку положение дел в экономике страны с тех пор ухудшилось (как и почти везде в Европе, и тем не менее).
Ответственность за оружейное эмбарго правительство решило разделить с парламентом, что юридически – необязательно, но должно смягчить тяжесть американского гнева, который обрушится на Петкова. Но это не так интересно, как то, что «красной чертой» на пути противостояния России стал именно оружейный вопрос, который напрямую по болгарским карманам не бил.
По ним напрямую бил другой вопрос – газовый, но София отказалась платить за российское голубое топливо в рублях, после чего поставки в Болгарию были прекращены. И это при том, что немцы, итальянцы, греки и многие другие согласились на сделки в российской национальной валюте. У болгар не было объективных и сколь-нибудь рациональных причин равняться в этом вопросе на поляков и морозить уши назло русскому брату.
Тогда в травмированной снежком голове Петкова ничего не «щелкнуло», а теперь вдруг «щелкнуло», хотя США обещали восточноевропейским странам компенсировать материальные потери за поставленную ВСУ технику.
Хочется верить, что просветление вызвала сама мысль о том, что из болгарского оружия будут убивать русских. Не волей народа, но стараниями властей Болгария воевала на противной России стороне в обеих мировых войнах, но, как обожают подчеркивать болгарские публицисты и политики, никогда не отправляла солдат на восточный фронт – воевать непосредственно с русскими.
Им всем можно возражать тем образом, что это не сердечко у власти ёкнуло, памятуя о пролитой за болгарскую землю русской крови. Скорее, сработало то соображение, что болгарским солдатам идея воевать с русскими не понравится настолько, что они перейдут на их сторону, что станет политическим крушением болгарского извода фашизма.
Но для нас главное, что эти солдаты (сиречь болгарский народ) при любом объяснении – вне подозрений.
Теперь тоже – именно народ то ли образумил Петкова, то ли расшевелил Нинову, которая приперла Петкова к стенке. Не будь реакции снизу, не было бы и бунта в правительстве: многие болгарские политики совсем не те люди, кто готов бросить вызов брюссельским евробюрократам и Госдепу США.
А болгарские обыватели, получается, те самые люди.
Такое и надо называть «дружбой народов». Или, как говорят наши друзья, «приятелство на народите».