Согласно соцопросам, порядка 70% республиканцев уверены, что результаты президентских выборов в отдельных округах были сфальсифицированы, и это позволило Байдену украсть победу у Трампа. Несмотря на это, команда пока еще действующего президента проигрывает в судах спорных штатов один иск за другим. А сдают свои же – республиканцы.
В их числе окружной судья из Пенсильвании Мэтью Брэнн, назвавший иск адвокатов Трампа «спекулятивными обвинениями», и руководство штата Джорджия, сертифицировавшее результаты пересчета бюллетеней, несмотря на протесты президента (при перепроверке Трампу удалось отбить несколько сотен голосов, а нужно было несколько тысяч).
Тем не менее Рудольф Джулиани, бывший мэр Нью-Йорка и личный адвокат Трампа, продолжает сохранять оптимизм: мол, чем раньше дело дойдет до всемогущего Верховного суда США, тем лучше – в силу обстоятельств непреодолимой силы у консерваторов там теперь большинство.
На пресс-конференции по данному поводу Джулиани выглядел бодро, но неубедительно. Слишком предсказуемо и очевидно то, что республиканцы на всех уровнях Трампа предадут, поскольку компромисс с демократами для них выгоден, а дальнейшее раскачивание страны и дискредитация ее избирательной системы не выгодны никому. С помощью судебных баталий «слоны» обязательно заткнут все «дыры», через которые к Байдену перетекли победные голоса, и предотвратят подобные эксцессы в будущем, однако Трампу придется уйти, в том числе и для этого.
Ровно то же самое произошло на выборах 1960 года, о чем вспомнил и Джулиани, сравнивший Джо Байдена с Джоном Кеннеди. Оба – демократы, оба – католики, но в картине мира адвоката один из наиболее любимых нацией лидеров был прежде всего «фейковым президентом», то есть выигравшим выборы в результате фальсификаций и сговора.
Сейчас штатами с «подозрительными округами», обеспечившими избрание Байдена, являются Пенсильвания, Висконсин, Мичиган, Джорджия и Невада. Столь же подозрительную победу Кеннеди принесли Иллинойс (точнее, округ Кук, где расположен Чикаго) и южный Техас – с жульничеством или без него доподлинно неизвестно.
Во многом это чистая конспирология и теория заговора. Но в эту теорию верит столь значительное количество компетентных лиц, что она сама по себе превращается в страницы истории. Ныне – болезненно актуальной.
Раз в четыре года американские газеты доинтернетовской эпохи сталкивались с одной и той же проблемой – фамилию какого кандидата в президенты выносить на передовицу утреннего выпуска, если к моменту подписания номера победитель выборов еще не определен? В 1960 году ставленник демократов Кеннеди и вице-президент Ричард Никсон шли буквально нос к носу, но управляющий редактор The New York Times Тернер Кэтледж сделал ставку на Кеннеди.
В своих мемуарах он впоследствии признавал: «Я надеялся, некий мэр Среднего Запада украдет достаточно голосов, чтобы вытащить Кеннеди». И как в воду глядел.
У «некого мэра» есть фамилия – Дейли. Это целый клан политиков, на протяжении полувека контролировавших один из крупнейших городов страны – Чикаго. Патриарх клана Ричард Дейли заправлял в мегаполисе 21 год, вплоть до своей смерти в 1976-м, и это еще не рекорд: его сын и тезка ушел в отставку в 2011-м, после 22 лет работы в должности.
Параллельно Дейли-старший возглавлял отделение Демократической партии в округе Кук, создав там настолько эффективную «политическую машину», что республиканцам ничто не светило по определению – в Чикаго семья Дейли могла абсолютно всё и побеждала абсолютно всех.
Против менее высокопоставленных Дейли и присных неоднократно выдвигались уголовные обвинения, а сама фамилия стала одним из синонимов коррупции. Но в еще большей степени подозрения в фальсификации выборов в Чикаго в 1960-м строились на том, что клан Дейли, как и клан Кеннеди, были ирландцами – сиречь католиками. В те богомольные годы вся страна обсуждала: допустимо ли доверять ключи от Белого дома тому, за кем маячит иностранная сила в лице папы римского.
Вторым кандидатом на подтасовку голосов в Иллинойсе является мафия уже без кавычек – старые приятели отца Кеннеди, мультимиллионера, поднявшегося на бутлегерстве в годы сухого закона. Джозеф Кеннеди сам мечтал о президентском посте, но былые симпатии к Гитлеру сильно усложнили эту задачу – денег в итоге хватило только на должность посла в Великобритании и на то, чтобы сделать главой государства любимого сына. «Мы продадим его, как стиральный порошок», – мотивировал Кеннеди-старший избирательный штаб.
При этом считается, что знаменитая чикагская мафия и лично ее дон Сэм Джанкана сами по себе были мотивированы настолько, что готовы были помогать Кеннеди даже без просьб со стороны отца.
Спустя 60 лет история повторилась в виде фарса. Один из лидеров криминального сообщества Филадельфии Джоуи Мерлино по кличке Тощий Джоуи заявил, что сфальсифицировал 300 тысяч бюллетеней в пользу Байдена. Правда, многие в это не верят: очевидно, что Мерлино тем самым напрашивается на сделку со следствием и показания даст только в обмен на прощение прежних грехов. Даже если в основе показаний фантазии, есть резон попытать удачу.
Что же касается Техаса, победа там Кеннеди вне зависимости от того, честная она или нет, имеет конкретного архитектора в лице Линдона Джонсона. Он был многолетним сенатором от этого штата, лидером демократов в Конгрессе и ходячим олицетворением «старого доброго Юга», то есть полной противоположностью Кеннеди, с которым конкурировал в период праймериз.
Если Кеннеди олицетворял собой запрос на перемены, то Джонсон ассоциировался с сохранением традиций Диксиленда, включая наиболее расистские из них – в президенты его двигал нефтяной магнат Гарольд Хант, поклонник Гитлера, ультраправый маньяк и один из самых богатых людей страны.
Более того, эти двое терпеть друг друга не могли, и почему Джонсон вдруг стал кандидатом в вице-президенты в паре с JFK – тайна, причем в буквальном смысле.
«Вся история никогда не будет известна. И хорошо, что не будет», – такими словами Джон Кеннеди объяснял свой выбор напарника. «Мы с братом пообещали друг другу, что никогда не расскажем, что произошло», – вторил ему Роберт Кеннеди, руководивший предвыборным штабом.
По одной из версий, выдвижение Джонсона в вице-президенты пролоббировал все тот же Хант через своего друга – шефа ФБР Эдгара Гувера, который якобы располагал на «горячего кролика» Кеннеди компроматом* интимного характера. В любом случае с политической точки зрения выбор в пользу антагониста оказался крайне удачным. У Джонсона была собственная «политическая машина» – та, которая обеспечила их паре голоса техасцев. По одной из версий, в тех округах, что примыкают к Мексике, она дошла до непосредственного вброса бюллетеней за демократов.
А если все-таки не дошла, тандем Кеннеди – Джонсон сам по себе стал обманом для избирателей-южан. Они голосовали тогда за демократов скорее по привычке, ориентируясь на консервативный имидж Джонсона. Когда же после убийства президента он продолжил курс Кеннеди на отмену сегрегации, штаты «хлопкового пояса» (они же «глубокий Юг» – Алабама, Джорджия, Луизиана, Миссисипи и Южная Каролина) дружно перешли в республиканский стан.
После тех выборов «ослы» и «слоны» фактически махнулись электоратом: ни сам Джонсон на триумфальных для него выборах в 1964-м, ни любой другой кандидат в президенты от демократов больше ни разу не побеждали ни в одном из этих штатов, пока Байден не обогнал Трампа в Джорджии.
Чикагская мафия тоже могла считать себя обманутой – после избрания Кеннеди количество обвинительных приговоров против ее «штыков» возросло в восемь раз. Уважаемые люди не терпят обмана, поэтому и Сэма Джанкану, и Гарольда Ханта, для которого перекрашивание Джонсона в либералы стало настоящим ударом, называют в числе возможных заказчиков рокового выстрела в Далласе.
Как бы там ни было, выборы 1960-го в Чикаго и Техасе оставили свидетельства того же рода, что и выборы 2020-го в Пенсильвании и Неваде: голосовавшие покойники, феноменальная явка, показания «соучастников». Но существуют и вполне академические исследования, где одни странности получили объяснение, а другие проанализированы с вердиктом – в тех случаях, где фальсификации могли иметь место, они не повлияли на общий расклад. Другими словами, Кеннеди все равно победил, пускай и с минимальным отрывом.
Никсон, если верить его биографам, был уверен в обратном. Несмотря на это, он признал поражение менее чем через двое суток после голосования: дальнейшая юридическая борьба и пересчет голосов (например, на Гавайях – с тем же «недостаточным результатом», что и сейчас в Джорджии) происходили уже без его участия.
С его стороны это было трезвым расчетом – он не хотел подставлять страну, находящуюся в опасной фазе холодной войны с СССР, и подставляться сам. Расчет оказался верным: через восемь лет Никсон все-таки избрался главой государства, а еще через четыре года победил демократа Макговерна вообще во всех штатах, за исключением Массачусетса.
Несмотря на свою крайне одиозную репутацию, этот человек является одним из самых успешных президентов в истории Соединенных Штатов. Признать это американцам мешает пресловутый Уотергейт, когда «вся президентская рать» по глупости решила прослушивать штаб заведомого неудачника Макговерна, что в конечном итоге привело Никсона к позорной отставке.
В 1960 году ему стоило отступить еще и ради реванша в будущем. Хотя Никсон упрекал Кеннеди в молодости и неопытности, сам был ненамного старше.
Собственно, это были последние президентские выборы в США, когда обоим кандидатам еще не стукнул полтинник.
Но Трампу уже сейчас 74 года. Возвращение в Белый дом в 2024-м (тот сценарий, к которому его сейчас подталкивает часть окружения) остается сугубо теоретическим и больше напоминает манок, призванный сломить президентское упрямство.
Кампания 2020 года породит значительно больше расследований и книг, чем в 1960-м. С разной степенью убедительности там будет доказываться, что президентом стал самозванец. Это продолжит жить как миф, теория, подозрение или убежденность, будет преследовать Байдена вплоть до его похорон и еще десятилетия после них, бросит опасный вызов самой государственности Соединенных Штатов, но в очередной раз докажет уже известное: выборы американского президента – они как фарш, назад не проворачиваются.
* Некоммерческая организация, включенная в реестр НКО, выполняющих функции иностранного агента