Секретарь Совбеза России Николай Патрушев и советник президента США по вопросам национальной безопасности Джон Болтон пять часов провели в беседах в Женеве в четверг. Еще ни разу за все время президентства Трампа, то есть за полтора года, высокие представители двух стран не проводили так много времени за предметным обсуждением всего спектра двусторонних отношений и мировых проблем.
Встреча Трампа с Путиным в Хельсинки заняла чуть меньше четырех часов, в Гамбурге они проговорили почти два с половиной часа, а во Вьетнаме и вовсе коротко общались в кулуарах. У Трампа не было встреч ни с кем из русских, кроме Сергея Лаврова – но это была непродолжительная беседа. Путин за эти полтора года успел по одному разу поговорить в Москве с бывшим госсекретарем Тиллерсоном и нынешним советником по нацбезопасности Болтоном. Вот и все контакты высокого уровня – что недопустимо мало.
Есть, конечно, еще и постоянная линия связи начальников Генштабов – к тому же, они периодически встречаются на нейтральной территории – был и беспрецедентный визит руководителей трех российских спецслужб в Вашингтон, есть, вполне вероятно, и тайные (то есть неафишируемые) каналы взаимодействия между Путиным и Трампом (тут могут быть самые разные посредники-представители). Но через все эти форматы невозможно детально обсуждать весь спектр российско-американских отношений – в том числе и их главную составляющую, то есть спорные вопросы мировых отношений, включая так называемую региональную повестку. Такие переговоры возможны только на уровне первых лиц – но вследствие внутриамериканских проблем с российской темой Трамп не может себе позволить долгой встречи с Путиным. Остается формат вторых лиц – и в данном случае Патрушев и Болтон выступали именно в таком качестве.
За пять часов можно нормально изложить друг другу свои позиции по десятку проблем – а примерно столько и было, судя по заявлениям обеих сторон, говорили про договоры о ракетах, о киберпространстве, о Корее, Афганистане, Украине, Европе, Сирии, Иране, Ближнем Востоке (читай – Израиле и Палестине). За пять часов можно даже попробовать начать договариваться по отдельным из них. Так и произошло на этот раз – хотя одна из попыток стала явно неудачной.
Хотя встреча в здании американского представительства при ООН была абсолютно закрытой для прессы, после ее окончания Болтон и Патрушев по отдельности сделали заявления для прессы. Секретарь Совбеза назвал переговоры конструктивными, а помощник американского президента заявил даже о «значительном прогрессе». Он проявился, в частности, в том, что стороны договорись «восстановить линии коммуникаций и проводить больше работы в рамках соответствующих ведомств», ведь в результате сначала политики Обамы, а потом и антироссийской истерии на тему вмешательства в американские выборы в США были практически свернуты и многие рабочие контакты на уровнях МИД и других структур.
Отношения двух стран непрерывно деградируют уже пять лет
– с тех пор, как в августе 2013 года Москва отказалась выдавать бежавшего из США Сноудена.
Сейчас Патрушев и Болтон попытались начать систематическую работу по их налаживанию – не в смысле даже улучшения, а в буквальном смысле, то есть восстановления контактов. Поэтому женевская встреча так важна – как первый шаг в долгом процессе. При этом она не просто проходит по прямому поручению двух президентов, но и является началом нового, регулярного формата взаимодействия на уровне, максимально приближенном к высшему.
Недаром Патрушев сообщил о договоренности провести следующую встречу, а в официальном сообщении, опубликованном Совбезом России, сама встреча названа «первой». И хотя время нового раунда пока не определено, можно предполагать, что она пройдет до ноябрьского саммита Восточноазиатского форума в Сингапуре, на котором встретятся Трамп и Путин.
«Я их пригласил в Москву или какой-либо другой город России», – сказал Патрушев, которого в ответ Болтон не мог позвать в США, ведь буквально этой весной американцы внесли генерала армии в свои санкционные списки.
Санкции против России на встрече, кстати, официально не обсуждались – по крайней мере, ни один из двух политиков не упомянул об этом. Россия традиционно не поднимает сама тему санкций, а Болтон вряд ли стал бы рассказывать о том, что Трамп просто соревнуется с Конгрессом в деле санкционного давления на Москву с целью отбить обвинения в российском следе в его избрании. Единственное, в связи с чем могла всплыть тема санкций, – это дело Скрипаля, из-за которого американцы сейчас вводят новые санкции – но и оно не было названо среди обсуждаемых тем. Да и Патрушев сообщил, что никаких обвинений в адрес России не звучало.
Кстати, даже тема нашего вмешательства в американские выборы не затрагивалась на переговорах, хотя и стала для американцев поводом не подписывать коммюнике. Дело в том, что готовилось некое совместное заявление – не о договоренностях, а судя по всему, просто о факте встречи и с коротким перечислением затронутых тем. Что-то вроде того, что потом опубликовал уже от своего имени Совет безопасности России. Но потом американцы решили перестраховаться:
«Американцы хотели, чтобы в нем было, что мы вмешивались в их выборы, по их мнению, а мы это отрицаем», – рассказал Патрушев.
Когда наши в ответ предложили внести в документ положение о недопустимости вмешательства США во внутренние дела других стран, американцы сказали, что тогда вообще ничего подписывать не будут.
Мотивация Болтона понятна – если бы тема вмешательства не значилась в совместном заявлении, в Конгрессе и американской прессе тут же подняли бы крик, что как же так, трамповские чиновники опять не поставили русским на вид «русское вмешательство», значит, они плохие патриоты. А так – нет заявления, нет проблем.
Однако слово «санкции» на переговорах точно звучало – правда, применительно к Ирану. И то, как об этом стало известно, представляет собой самую некрасивую сторону женевской встречи. Дело тут, конечно, и в стиле Болтона, и в общей манере американской дипломатии последних лет. Такой смеси самоуверенности и неуверенности, понимания слабости своей позиции и неумения хранить секреты.
Рассказывая о встрече с Патрушевым, Болтон сообщил про обсуждение иранской темы:
«Патрушев предложил определить географические пределы для присутствия иранских сил в обмен на то, что США приостановят введение санкций. Мы отвергли это предложение раньше, отвергли и сегодня. Санкции возвращаются, это ясно».
Он добавил, что они обсуждали различные пути, как можно добиться ухода Ирана из Сирии:
«Мы обсуждали Иран и экономические санкции, и я объяснил, что наша цель состоит в том, чтобы оказать максимальное давление на режим».
То есть Москва якобы предложила Вашингтону не вводить санкции против Ирана – которые по совершенно надуманному поводу якобы несоблюдения Тегераном условий «ядерной сделки» США вводят с ноября – в обмен на ограничение присутствия иранских войск в Сирии. А Вашингтон гордо отверг это, да еще и рассказал о московском предложении всему миру.
Даже если бы это было правдой, поведение Болтона нельзя было бы назвать адекватным – одностороннее разглашение содержания переговоров недопустимо и может привести только к потере доверия и прекращению дальнейших контактов. Едва ли Болтон хотел этого – у его поведения есть другое объяснение.
Болтон относится к числу самых ярых противников Ирана в американском истеблишменте – с ним можно сравнить разве что израильских политиков вроде премьера Нетаньяху. Если бы вопросы войны и мира зависели в середине нулевых от Болтона, он, скорее всего, втянул бы США в войну с Ираном – но тогда он был всего лишь представителем президента Буша-младшего в ООН. Но даже у определявших тогда американскую внешнюю политику неоконов-ястребов не хватило духу на подобную авантюру, которая в сочетании с оккупацией американцами Ирака привела бы просто к катастрофическим для всего региона результатам.
Сейчас Болтон не стремится к войне с Ираном, но хочет отыграться на нем по полной, в том числе и используя иранскую тему для укрепления изрядно ослабевших позиций США в регионе. Проблема в том, что ситуация на Ближнем Востоке за десять лет принципиально изменилась – и США потеряли там не просто позиции, а репутацию. Сложилась новая реальность, в которой американцы уже не могут ни определять ход событий, ни тем более ничего диктовать.
Треугольник Россия – Иран – Турция взял под контроль ситуацию в Сирии, Россия не просто укрепила свои позиции и репутацию во всем арабском мире, но и выстроила отношения с Саудовской Аравией и держит постоянный контакт с Израилем. И на этом фоне США пытаются добиться от России каких-то уступок по Сирии? Или просто хотят рассорить нас с Ираном?
Ведь в реальности Патрушев мог обсуждать с Болтоном только такой поворот событий – если Вашингтон так сильно уверяет, что причина его санкций против Ирана состоит в агрессивности Тегерана и его присутствии в Сирии, которое якобы угрожает Израилю, то, может быть, американцам достаточно знать, что иранские войска находятся на большом расстоянии от границ еврейского государства? И тогда Штаты могут не вводить свои санкции против Ирана и не накалять тем самым и свои отношения с Европой и всю ситуацию на Ближнем Востоке? На котором у Москвы все больше долгосрочных интересов и планов – и вовсе не военных.
На самом деле, подобное предложение в интересах США – если бы они искали пути к снижению напряженности на Ближнем Востоке в целом и к решению ими же выдуманной «иранской проблемы» в частности. Но Трамп играет на повышение ставок вокруг Ирана – как до этого он делал с КНДР. А у Болтона, к тому же, очень своеобразное представление о сложившейся сейчас в регионе реальности.
Еще накануне встречи с Патрушевым Болтон заявлял, что у Вашингтона есть «рычаги давления» на Москву, так как она «завязла» в Сирии и ждет, что кто-то другой профинансирует послевоенное восстановление страны:
«Я думаю, что их бурная дипломатическая активность в Европе говорит о том, что они хотели бы найти кого-либо еще, кто, к примеру, будет нести расходы на восстановление Сирии, в чем они могут добиться успеха, а могут и не добиться».
Намек Болтона на сделку «восстановление Сирии в обмен на уход из этой страны Ирана» просто смешон – то есть США дадут команду Европе и саудитам дать денег на восстановление Сирии, если Москва обеспечит уход Ирана из Сирии? Но зачем России подобная сделка? Деньги на восстановление Сирии в скором времени найдутся и так, потому что эта страна слишком важна и для Ближнего Востока, и для Европы – еще и драка будет между инвесторами. А вот зачем нам ссориться с иранцами?
Иран и Россия в Сирии выступают как союзники – но и без Дамаска у нас масса общих интересов и проектов. Ирану не нужны его войска в Сирии – ему нужно восстановление спокойствия и мира в этой близкой ему стране. Ведь, напомним, двое его ближайших соседей, Ирак и Афганистан, были оккупированы США – не говоря уже о том, что это Америка в последние 15 лет открыто обсуждает планы нападения на Иран, а не Иран угрожает США.
Так что Россия не может и не хочет указывать Ирану на то, как ему вести себя в Сирии – мало того, что это вопрос отношений Дамаска и Тегерана, так «вывод иранских войск» еще и не отвечает нашим интересам. Без иранцев Асаду было бы сложнее победить – а когда война закончится, иранцы с радостью уйдут домой.
Что касается угрозы, которую Иран якобы представляет для Израиля и Саудовской Аравии, об интересах которых якобы так печется Болтон, то это абсолютно надуманные угрозы. «Шиитская дуга», как называют полосу от Ливана до Ирана, возникла не благодаря иранской экспансии, а вследствие агрессивной и безумной политики США и отчасти Израиля в этом регионе. Американцы уничтожили Ирак, вместе с саудитами подогревали войну в Сирии, Израиль делал всё для ослабления Ливана, стремясь не допустить там роста влияния местных шиитов.
В результате шииты от «Хезболлы» до Сирии, от иракских отрядов до самих иранцев окрепли и закалились – и теперь действительно представляют из себя грозную силу. Но они хозяева на своей земле – и почему это американцы должны решать за них судьбу их стран и их региона? В Ливане шиитов уже почти половина страны – но их партию и армию почему-то называют «террористической», а вот дважды нападавший на них Израиль – «оплотом демократии». В Йемене шииты воюют против иностранного, саудовского вторжения – и их тоже пытаются записать в незаконные формирования.
«Вина» Ирана лишь в том, что он помогает своим единоверцам – но, во-первых, масштабы его помощи безбожно преувеличивают, а, во-вторых, и без нее ливанцы и йеменцы сражались бы за свою страну.
Болтон, конечно, может и дальше жить в мире иллюзий и надеяться на хотя бы экономическое сокрушение Ирана – но, как и в случае с «усмирением» России у предыдущей администрации, ему лучше бы поскорее вернуться к реальности.