В России Мегин Келли знают только благодаря двум интервью, которые она брала у Владимира Путина, а вот в США она настоящая телезвезда. Больше 10 лет она проработала на главном (и единственном общенациональном) правом телеканале FOX, а в прошлом году перешла на NBC. Даже очень умеренно консервативные взгляды Мегин выделяли ее на фоне большинства общенационально известных американских журналистов – в основном либеральных (в американском понимании этого термина).
При этом никакой особо правой Мегин не была, как все, блюла политкорректность и толерантность, в ходе предвыборной кампании нападала на Трампа с точно такими же упреками, как и все остальные обслуживающие «вашингтонское болото» СМИ: например, в первом же интервью с ним летом 2015 года обвинила его в сексизме и пренебрежении к женщинам. Трамп тогда в ответ называл Келли предвзятой, а через несколько дней на дебатах вспомнил о том, что, когда она спрашивала его о сексизме, у нее кровь сочилась «из глаз, а может быть, еще откуда-то».
За это Трампа еще раз припечатали всем журналистским корпусом. В дальнейшем Трамп даже отказался приходить на теледебаты, которые должна была вести Келли – но всем тогда казалось, что все это работает на рост популярности среди работодателей и антитрамповской публики.
В январе 2017 года Трамп въехал в Белый дом – а Келли ушла с FOX на NBC, успев за полгода до этого объявить себя одной из жертв сексуальных домогательств гендиректора Fox Роджера Эйлса, который как раз уходил с телеканала. На новом месте работы она стала вести главную утреннюю программу Today. Ее контракт был рассчитан на три года, составляя почти 70 миллионов долларов. Однако, судя по всему, выпуск от 23 октября станет последним для нее: после того, как она «допустила в эфире расистские высказывания». Официально о разрыве контракта пока не объявлено, но анонимно эту информацию подтверждают. Глава NBC Эндрю Лак заявил, что руководство телеканала резко негативно относится к подобным высказываниям, «которым нет места ни в эфире, ни на рабочем месте».
Что же такого страшного сказала Келли? Пришла в костюме ку-клус-клановца и обзывала гостей ниггерами?
Нет, она просто позволила себе в прямом эфире порассуждать о странностях торжествующей политкорректности и толерантности.
В гостях у Келли были трое актеров (все – белые, как заметили потом), в том числе звезда сериалов Луэнн де Лессепс. Сейчас приближается Хеллоуин, а в прошлом году на этот «праздник» де Лессепс нарядилась чернокожей певицей Дайаной Росс.
«Люди думают, что это расизм. Я не знаю, я подумала: «Да кто не любит Дайану Росс? Ну хочет она нарядиться Дайаной Росс на Хеллоуин, и я не знаю, при чем здесь расизм», – сказала Келли.
Она добавила, что считает нормальным, когда белые люди делают так называемый блэкфейс на Хеллоуин:
«У вас будут неприятности, если загримируетесь под темнокожего на Хэллоуин, будучи белым, или под белого – будучи черным. Когда я была ребенком, это считалось нормальным на то время, пока вы носите костюм персонажа».
Что тут началось! Как же так, Келли заговорила про «блэкфейс», а ведь само это явление оскорбительно для наших афроамериканских братьев, которые столетия страдали от рабства и унижений! Что, она не знает, что сам этот термин пришел из цирка, а потом перебрался в кино, в котором до середины прошлого века негры вообще не снимались, а их играли белые и изображали их со всеми расистскими стереотипами! (При этом понятно, что слово «негр» в США уже давно под запретом, и в упреках Келли звучало «афроамериканец».) Сам Мартин Лютер Кинг боролся с этим явлением, а тут расистка Келли его оправдывает.
Испуганная Келли на следующий день стала извиняться:
«Я хочу начать двумя словами: прошу прощения. Я осознала, что это ненормально – использовать образ чернокожих как костюм на Хэллоуин или другим подобным образом, учитывая ужасную историю отношения расистов к темнокожим в этой стране. Я защищала идею того, что это нормально до тех пор, пока находится в рамках праздника и уважения других людей. Я была неправа и приношу свои извинения».
Но и это не спасло Келли – все равно она расистка, говорят возмущенные леволиберальные активисты. И телеканал будет вынужден расторгнуть с ней контракт, несмотря на то, что придется выплатить ей огромную, чуть ли не в размере всей суммы договора, неустойку. Ведь ни один даже американский суд не найдет в словах Келли расизма: в понятие «черного лица» можно вкладывать какой угодно смысл, но в современной американской культуре оно присутствует сейчас именно как элемент карнавала. Никакого унижения в том, что негры мажут лицо белой краской, а белые – черной, нет, и только воспаленный мозг может требовать запрета не только самого обычая, но и даже обозначающего его термина.
Так почему же так боятся травли со стороны активистов борьбы с расизмом, сексизмом и прочими «врагами толерантности», что достаточно одного лишь обвинения в этом, чтобы самая популярная телеведущая страны потеряла работу?
Дело в том, что Америка действительно абсолютно расистская страна. Она создавалась белыми и для белых, а черные еще полвека назад оставались людьми второго сорта (а до ликвидации рабства за сто лет до этого вообще не считались людьми). Впрочем, и внутри первого сорта были свои степени – настоящим первым были потомки англичан и немцев, а все остальные (ирландцы, итальянцы и прочие поляки) считались ниже них по статусу. Неофициально – но более чем ощутимо.
Негры действительно всячески эксплуатировались и высмеивались, но в последние десятилетия идет активное стирание всех и всяческих ограничений. Началась позитивная дискриминация – теперь уже чернокожим стали давать всякие льготы и преимущества, выделять для них квоты. Потом стали карать за использование слов и понятий, связанных с «проклятым прошлым», потом стали требовать запрещать рекомендовать ученикам книги с неправильной лексикой или нехорошим духом. Помогло ли это улучшению положения чернокожих? Отчасти да, но одновременно вызвало рост недовольства со стороны обычных белых. Которые не чувствуют себя ответственными перед меньшинствами за «грехи предков» и не хотят «платить и каяться».
Тем временем афроамериканцев давно уже обогнали по численности латиноамериканцы – то есть всевозможные переселенцы из Латинской Америки, которые тоже требуют к себе внимания и учета своих прав. В итоге белые не только скоро утратят свое большинство среди населения, но и станут просто одной из частей «плавильного котла», который, кстати, вовсе не такой уж и плавильный. Межрасовых браков не так уж и много, и даже латиноамериканцы предпочитают своих.
Что в этой ситуации делают белые? Часть из них выступает активными апологетами дальнейшего развития и расширения толерантности и политкорректности. Их не слишком много, не более 10 процентов, но зато в их числе большая часть элиты: политической, финансовой, интеллектуальной и звездной. Они, по сути, внедряют, навязывают свою повестку всему американскому обществу, обвиняя всех недовольных или просто сомневающихся в расизме и антидемократизме. Активных противников загоняют в «гетто» – травят и шельмуют. На примере того же Трампа видно, как обкатывается технология: его обвиняли и в расизме, и в сексизме (это вообще два сапога пара либерального террора). Трамп отбился – и получил, кстати, новых сторонников.
Но наступление диктатуры толерантности продолжается. В прошлом году пошла волна сноса памятников участникам гражданской войны 19-го века со стороны южан, притом что полтора века вокруг них действовал национальный консенсус и они давно стали частью американского национального кода. Но код этот хотят поменять, поэтому и выкидывают памятники генералам-южанам, поэтому и запрещают все новые и новые слова, поэтому третируют и шельмуют тех, кто выступает против деконструкции мифологии американского народа.
Да, ведь происходит именно она, а вместо старого, «плохого» народа не сложится вообще никакого нового, останутся лишь непересекающиеся, ощетинившиеся друг против друга национальные и расовые крепости.
Самое печальное для американцев – причем всех, и белых, и черных – что даже говорить об этом нельзя. То есть нельзя обсуждать не только неправильность и ошибочность курса на вышибание национального кода – нельзя даже мягко журить политкорректность и толерантность «за отдельные недостатки». Ведь что сделала Келли?
Она просто захотела поговорить о том, что вот, дескать, одни считают «блэкфейс» проявлением расизма, а я с этим не согласна, это элемент карнавала и любви к представителям другой расы. Несогласная ты? Ах ты расистка-фашистка!
То есть борцы за терпимость и политкорректность оказываются на самом деле самыми ярыми противниками права на выражение своего мнения другими, на свободу слова как таковую. Очень это печально для Америки, которая все больше попадает в зависимость от «диктатуры толерантности».