Зону вокруг авиабазы Хмеймим зачистили и расширили после обстрела, теперь охранять ее будут российские, а не сирийские военные, сообщил источник в Минобороны. Тем временем сирийские органы безопасности продолжают операцию по «поиску и уничтожению причастных к атаке боевиков», добавили в ведомстве.
Напомним, 31 декабря «мобильная диверсионная группа» террористов обстреляла военную базу Хмеймим из минометов. По данным Минобороны, погибли двое военнослужащих. Кроме того, СМИ сообщили о «фактическом уничтожении» боевиками семи российских военных самолетов на авиабазе. Однако Минобороны эту информацию опровергло. Между тем военный корреспондент Роман Сапоньков в четверг опубликовал фотографии российских самолетов, поврежденных при минометном обстреле. «Все же пострадала техника. Предварительно шесть Су-24, один Су-35С, один Ан-72, один Ан-30 разведчик, один Ми-8. Два Су-24 и Су-35С ввели в строй», – написал он на своей странице в «ВКонтакте».
Три зоны прикрытия
Чтобы защитить наши базы с земли, территория на дальности выстрела миномета должна быть перекрыта патрулями и прочими подразделениями, отметил в комментарии газете ВЗГЛЯД экс-командующий 4-й воздушной армией ВВС и ПВО генерал-лейтенант Валерий Горбенко. Однако «не так просто со стопроцентной вероятностью закрыть это пространство. База занимает громадную площадь», указал эксперт, отметив, что одна взлетно-посадочная полоса чего стоит. По его мнению, все проезды к базе контролируются. Однако вблизи базы расположены населенные пункты, откуда по ней могут стрелять.
Чтобы прикрыть базу на земле в радиусе 10 км или хотя бы 5 км от нее, нужна большая численность воинского контингента,
добавил Горбенко.
Первый вице-президент Академии геополитических проблем, доктор военных наук, капитан I ранга запаса Константин Сивков в беседе с газетой ВЗГЛЯД пояснил: существует три зоны прикрытия таких объектов, как военная база. Первая зона самообороны обеспечивает прикрытие от атак стрелковым оружием на расстоянии в пределах 1,5–2 км. Средняя зона – это зона защищенности от тяжелого вооружения, пехоты, минометных обстрелов. Глубина ее прикрытия обычно колеблется в пределах 8–10 км. Третья, дальняя, зона прикрывает от тяжелого вооружения, артиллерийских систем большой дальности. Она обеспечивает защиту на расстоянии до 30–40 км в зависимости от сил противника.
Исходя из событий в Хмеймиме, можно сказать, что третья зона самообороны, безусловно, прикрыта. А вот уже в средней зоне существуют серьезные пробелы. Это и позволило противнику осуществить минометный обстрел по нашей базе, отметил эксперт.
Есть данные, что в Хмеймим был направлен самолет – летающий военный госпиталь Ил-76МД «Скальпель-МТ». Но он не смог приземлиться. «Это говорит о том, что стрельба велась не только минометами, но и артиллерией, в результате чего, по всей видимости, была повреждена взлетно-посадочная полоса, которая не позволила приземлиться самолету», – указал эксперт. Повреждение полосы – уже «серьезная угроза для нашей базы», потому что самолеты фронтовой авиации Су-24, Су-25, Су-34, Су-35 действовать там активно не смогут, добавил Сивков.
По его мнению, по базе был нанесен «достаточно серьезный артиллерийский удар», жертвами которого стали два человека, при этом возможно значительное число раненых. Скорее всего, удар наносился по площадям, не прицельно, и пострадали те, кто находился на постах охраны в районе расположения боевых самолетов, отметил Сивков.
С базой в Тартусе такая же ситуация, как с Хмеймимом, добавил эксперт. «Мы построили там систему обороны, ориентированную на защиту от регулярной армии, то есть мощных ударов ВВС с моря и суши», – указал Сивков. Он напомнил, что там на страже стоят комплексы ПВО/ПРО С-300, С-400 и другие. Так, например, система «Панцирь» уничтожает даже такие цели, которые не под силу американскому комплексу Patriot. Так что «наша система ПВО там достаточно эффективная», – указал собеседник.
Однако если говорить о системе защиты от действий различных формирований боевиков, их диверсионно-разведывательных групп, ситуация показала, что она «недостаточно эффективна», подчеркнул эксперт.
Афганский опыт
Военный летчик, полковник ВВС, Герой России Валентин Падалка в беседе с газетой ВЗГЛЯД также напомнил о трех уровнях защиты, которая применялась, к примеру, в Афганистане.
«Кабул и все наши авиационные подразделения, воинские части были организованы охраной вплоть до тройного кольца с разными удалениями от центра этого объекта», – указал эксперт. Он также рассказал, что первое кольцо могло иметь радиус приблизительно 1 км, второе среднее – 5 км, третье – в районе 10 км в радиусе. Кроме того, должны быть мобильные группы, которые быстро реагируют на подобные провокации.
В Хмеймиме боевики, судя по всему, «достигли» территории, где уже находятся стоянки, служебные помещения и, возможно, взлетно-посадочная полоса, отметил собеседник. Радиус минометного обстрела обычно составляет 3–4 км, максимум до 5 км. Получается, что охрана в кольце на удалении 3–5 км от центра базы «была организована ненадежно», подчеркнул Падалка.
А ведь здесь должна быть «абсолютно чистая зона. Потому что это досягаемость такого вооружения, как стрелковое, минометное, которому противодействовать очень тяжело. Это не ракета, для поражения которой можно применять средства ПВО», – указал эксперт.
Падалка подчеркнул, что в радиусе до 5 км не должно быть «никакого движения, непонятных неопознанных людей». «Все должно быть чисто на сто процентов. Это ну кровь из носа», – констатировал Падалка. Иначе боевики при наличии переносных ЗРК могут войти в эту зону с автомобиля и выпустить, к примеру, ракету по взлетающему или заходящему на посадку самолету, не исключил собеседник.
Так что базы Баграм и Кабул в Афганистане были охраняемы с постов по всему периметру вокруг аэродрома на разном удалении, рассказал Падалка. Учитывались разные высоты, даже холмик, который являлся уже более предпочтительным местом для охранного укрытия, откуда можно вести наблюдение.
Там, где невозможно было поставить человека, территорию при необходимости минировали.
Кроме того, по ночам вертолеты контролировали обстановку, отслеживали передвижение подозрительных автомобилей и уничтожали их. «На это нужно тратить, не жалея сил, а иной раз – материальных средств. Ни в коем случае нельзя экономить», – подчеркнул Падалка. Ведь речь идет о расположении личного состава, дорогостоящей техники и взлетно-посадочной полосы, указал он.
В итоге база Хмеймим защищена с точки зрения ракетного обстрела, который может производиться с расстояния 5 км и более, однако короткая дистанция, менее 5 км, уязвима. «Очень много видов вооружений могут нанести вот такой вред», – подчеркнул эксперт.
Поддержка иностранной разведки?
По мнению Сивкова, ограничиваться пятью километрами не стоит. Чтобы обеспечить надежность базы, «нужно иметь систему обороны, которая имела бы глубину как минимум километров на 10 в радиусе от нашей базы», отметил эксперт. Он также подчеркнул необходимость постоянно осуществлять там патрулирование боевыми вертолетами, иметь развитую систему разведки, что позволило бы своевременно выявлять приближение боевиков-террористов и наносить по ним упреждающий удар.
Обстрел базы говорит о том, что против нас по-прежнему действует противник методами партизанской войны. ИГИЛ* разрушено как организация, но бандформирования остались, и с ними борьба не закончена, подчеркнул Сивков. Более того, «нанесение таких ударов, тем более с применением артиллерии, без поддержки иностранных спецслужб, в первую очередь американских, невозможно, – утверждает эксперт. – Просматривается факт, что США взяли курс на изгнание России из Сирии путем поддержки боевиков».
Эту поддержку США осуществляют с помощью системы разведки, в первую очередь космической, «которая там достаточно мощная». Кроме того, Штаты обеспечивают своих «подопечных» боеприпасами, указал Сивков.
Защита будет усовершенствована
Что касается потерь в технике в ходе обстрела базы, Горбенко отметил: если пострадало, как пишут СМИ, семь самолетов, то «это существенно». Однако все зависит от того, какие это самолеты, и от степени их повреждения. Не исключено, что поврежденную технику можно в течение суток или нескольких дней отремонтировать собственными силами инженерно-технического персонала, отметил собеседник.
Сивков, между тем, указал, что спустя несколько дней после обстрела повреждения самолетов не устранены, это означает, что они достаточно существенны. Между тем, по мнению Валентина Падалки, мы можем восполнить любой урон. Россия – «крупная страна, которая имеет серьезные вооруженные силы, очень хороший производственный задел», подчеркнул эксперт. Однако он призвал не спешить с выводами по поводу якобы поврежденных семи единиц авиационной техники, а доверять более достоверным источникам, то есть дождаться официальной информации.
Эксперты уверены, что после происшествия с авиабазой Хмеймим система защиты наших баз в Сирии будет усовершенствована. Так, Горбенко напомнил, что ранее, с тех пор как российские ВКС начали операцию в Сирии, подобных обстрелов базы не случалось. Теперь же в российском командовании «пересмотрят, чего не хватает в системе охраны, сделают выводы и усилят ее», резюмировал Горбенко.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ