Заработки власть имущих – один из самых горячо обсуждаемых вопросов в России. Причем как началось это обсуждение в позднесоветские годы, так и продолжается уже три десятилетия. Страна развалилась, социально-экономический строй поменялся, управленческие «элиты» обновились уже два–три раза – а вопрос «Cколько должны получать начальники?» постоянно вызывает споры в обществе. При этом он является удобнейшей темой для спекуляций демагогов всех мастей и уровней. Сразу же вспоминается один из главных лозунгов обличителей советской власти в конце 80-х: «Пора положить конец незаконным привилегиям партноменклатуры». За 30 лет пора бы уже научиться отделять мух от котлет, то есть вопрос заработков чиновников и депутатов от борьбы за справедливость.
Дело не в конкретных красноярских депутатах – а в отношениях власти и общества
Последними попали под раздачу депутаты законодательного собрания Красноярского края – они приняли законопроект, увеличивающий вдвое их зарплату. Так, по крайней мере, об этом написала пресса – хотя в реальности, как выяснила газета ВЗГЛЯД, речь шла об изменениях методики вычисления зарплат депутатов, которая, конечно, привела бы к ее росту, но для этого требовались еще новые решения депутатов, которых пока что не было. Но сама по себе необходимость увеличения зарплат была поддержана и красноярским губернатором, напомнившим, что «зарплата госслужащих в Красноярском крае одна из самых низких в России, вообще в России таких зарплат уже почти нет».
Так или иначе, но даже ожидаемый рост зарплаты со 100 до 200 тысяч рублей в месяц сделал красноярских депутатов объектом для критики. Безобразие, в стране сложные времена, а они только о себе думают. Даже прокуратура края сообщила, что «проводится проверка законности принятия депутатами законодательного собрания края закона (...), предусматривающего увеличение размера оплаты труда лицам, замещающим государственные должности». И вообще – «увеличение бюджетных ассигнований может проводиться только после внесения соответствующих изменений в закон о бюджете при наличии соответствующих источников дополнительных поступлений в краевую казну, а также при сокращении ассигнований по отдельным статьям расходов».
Понятно, что дело тут не в конкретных красноярских депутатах, а в самих отношениях власти и общества. В том, как власть показывает людям свое к ним отношение. И в этом смысле глубоко заблуждаются те, кто уверен, что верховная власть должна демонстрировать народу, как она держит чиновников и депутатов на сухом пайке. Как раз такой подход означал бы полное презрение к простым людям. Делать вид, что чиновники должны мало зарабатывать, может только коррумпированная насквозь власть, считающая народ тупым быдлом.
И это очень просто аргументировать.
Еще несколько лет назад чиновники и депутаты получали у нас совсем смешные деньги. При этом все понимали, что они живут совсем не на зарплату. Но с переходом к жесткому этапу борьбы с коррупцией произошло и повышение зарплат депутатов и чиновников, особенно в федеральных органах власти. Сейчас депутат Госдумы получает 350–400 тысяч рублей в месяц – это деньги, на которые в столице можно вести достойный образ жизни. И это притом что у очень многих депутатов есть дополнительный запас прочности – заработанные в прошлой, допарламентской, жизни десятки, а то и сотни миллионов, много зарабатывающие (иногда случайно – а иногда и нет) жены или мужья. Это не Госдума нашей мечты, но она уже гораздо ближе к честному парламенту, чем раньше.
То же самое касается и министров – времена упорно подозреваемой в коррупции министра сельского хозяйства Скрынник прошли, сейчас министр здравоохранения декларирует доход в 500 тысяч рублей в месяц, и этому хочется верить. Да, множество высших чиновников пришли из бизнеса или имеют в бизнес-среде «очень успешных» родственников – но сейчас речь идет о формировании облика чиновника будущего, о создании условий для его появления и распространения.
Не знаю, во сколько в среднем обходилась избирательная кампания по выборам в Красноярское заксобрание – но понятно, что гораздо больше, чем зарплата депутата за все годы работы в его составе. Но если мы хотим, чтобы в региональные заксобрания приходили честные политики, то одного контроля со стороны Москвы и правоохранительных органов мало. Нужно создать условия для работы этих самых честных депутатов. И зарплата в 200 тысяч в месяц депутата регионального собрания одного из самых крупных и недешевых по уровню жизни регионов не является завышенной.
Аргумент «Вы сначала учителям и врачам поднимите, а потом о себе думайте», несмотря на всю его привлекательность, явно от лукавого. Дешевых депутатов не то что скупать удобней – им просто не будет доверия. Ну что, красноярцы идиоты, что ли – и не видят, сколько стоят часы у скромного «слуги народа»? Не нужно врать – все должно быть честно.
Депутаты и чиновники не являются отдельной кастой. Более того, спрос с них должен быть выше, чем с обычных граждан. Но при этом у чиновника и депутата должен быть нормальный, достойный образ жизни – не только чтобы привлекать грамотных спецов, но и чтобы не вводить в соблазн честных работников. Понятно, что коррупционно настроенного работника не удержит от казнокрадства даже самая большая зарплата – но таких все-таки во власти становится все меньше и меньше. Впрочем, если в федеральных структурах Кремль уже многое успел изменить, то в региональных и муниципальных работы еще, что называется, «выше крыши» – а ведь именно чиновники и депутаты этих уровней и составляют основную массу российской власти. На них постепенно начинают распространяться и те меры, что были приняты в отношении их федеральных коллег – те же декларации о доходах и расходах. Соответственно, и их зарплаты должны быть доведены до нормального, соответствующего уровню должности размера.
При этом важным является и обратный процесс – наведение порядка и ограничение доходов топ-менеджеров в госкорпорациях и компаниях с контрольным госпакетом. Хотя распускаемые слухи о доходах, например, бывшего главы РЖД или нынешнего главы Роснефти и оперировали сильно завышенными цифрами, все равно понятно, что часто уровень заработков в этой сфере завышен.
Чем раньше мы придем к законодательно зафиксированной разнице в доходах в госсаппарате, тем лучше – но пока что ясно, что это не перспектива ближайших нескольких лет. При этом «дешевой власти» не бывает в любом случае – это или насквозь коррумпированная, или же некомпетентная (а значит, все равно манипулируемая со стороны) власть.
Это, казалось бы, всем понятные вещи. Однако сколько еще демагогии приходится выслушивать в связи с историями, подобными красноярской. Хотя как раз справедливость требует говорить честно. Так, как, например, сказал в пятницу зампредседателя комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству Алексей Александров, раскритиковавший подобные «пустые, уличные разговоры»:
«Депутат, безусловно, должен получать гораздо больше, чем учитель, врач или представители иных профессий, потому что его работа более ответственная и требующая более высокой квалификации. Именно от результатов его работы зависит положение врача, учителя, а также больного и школьника. Кому сколько платить – это целая политика. Вообще тяжело считать чужие деньги и рассуждать по этой проблеме. Любимая тема – почему учителям, врачам платят так мало, в три–четыре раза меньше депутатов? Ну давайте депутатам вовсе не платить! Зачем депутату машина? Пусть ходит пешком. Зачем депутату рабочее место? Пусть пишет на пеньке, как Ленин».
Сенатор говорит не о том, что чиновники и депутаты – это особая каста, нет, он напоминает об их особой ответственности. Если мы хотим сформировать эффективную управленческую номенклатуру, нужно думать не о том, сколько платить «руководящим кадрам», а как формировать эту самую «элиту». Выстраивать грамотную кадровую политику, контролировать деятельность властей на местах, создавать атмосферу «нулевой терпимости» к коррупции.
Общество у нас гораздо умнее, чем думают те демагоги, которые кричат о депутатах, «неоправданно повышающих себе зарплаты». Чтобы очистить власть от казнокрадов, нужно формировать ее из честных людей – которые будут получать за это нормальные, заработанные ими деньги. Другого способа борьбы с коррупцией нет.