В среду появилась информация о том, что сенаторы прорабатывают вопрос о блокировке распространяющих информацию на русском языке иностранных СМИ в случае нарушения ими российского законодательства.
Если они будут пытаться проводить какую-то подрывную работу на нашей территории, то, конечно, они окажутся в зоне нашего особого внимания
Об этой инициативе заявил глава временной комиссии Совета Федерации по защите государственного суверенитета и предотвращению вмешательства во внутренние дела РФ Андрей Климов.
«Необходимо обеспечить законодательную базу, которая позволит регулировать русскоязычные СМИ, имеющие аудиторию на территории России, даже если они зарегистрированы за рубежом. Обязать такие СМИ раскрывать свои источники финансирования по запросу Минюста и отчитываться по своей деятельности в соответствии с законом об иностранных агентах», – приводит ТАСС слова Климова, сделавшего заявления по итогам заседания возглавляемой им комиссии.
Он добавил, что «при несоблюдении законодательства уполномочить Роскомнадзор блокировать такие СМИ на территории России». По словам Климова, сенаторы также рассматривают вопрос о наделении Минюста России правом проводить расследование для выяснения источников финансирования СМИ, зарегистрированных на территории России.
Новость о возможных блокировках русскоязычных иностранных СМИ с опасением восприняли в соцсетях. В адрес СФ посыпались обвинения в желании присвоить «копирайт на использование русского языка во всем мире». Впрочем, как пояснил газете ВЗГЛЯД сам Климов, сенаторы преследуют цели, которые не имеют ничего общего с сетевыми паникерами.
ВЗГЛЯД: Андрей Аркадьевич, о чем именно говорилось на заседании? Почему появился вопрос о блокировке русскоязычных зарубежных СМИ?
Андрей Климов: У этого заседания была закрытая часть, на которой, в частности, встал вопрос о действиях американских конгрессменов.
Они внесли в Конгресс достаточно суровый закон. И публично заявляли, что закон направлен против российского телеканала Russia Today. Коллеги сказали, что тема серьезная и у нее есть обратная сторона. Мало того, что они огульно обвиняют нас во всех грехах и мешают работать нашим журналистам, так они одновременно с этим лезут к нам, в том числе используя такие лазейки, как средства массовой информации.
То есть под прикрытием СМИ, паразитируя на свободе информации, на самом деле могут делаться совсем другие дела. Вот таким извращенным способом может осуществляться размывание суверенитета. Интервенция в наши внутренние дела.
И еще один момент. Сейчас нет горячей войны, но идет информационная война. И если враг действует агрессивно, то не отвечать на это невозможно.
Поэтому мы сказали, что существует проблема, когда СМИ обрабатывают нашу аудиторию, выполняя волю какого-то ведомства какой-нибудь другой страны. И в этом случае мы обязаны реагировать на законодательном уровне.
ВЗГЛЯД: Каким образом вы намерены отреагировать?
А. К.: Законодательная инициатива еще не написана. Мы просто сочли необходимым заявить обществу, что такая тема существует.
Разрабатывать ее поручено рабочей группе, которая занимается в СФ подготовкой законопроектов. Эту группу возглавляет мой коллега, зампредседателя Комитета по конституционному законодательству и государственному строительству Борис Невзоров. У него в группе этой темой более предметно занимается зампредседателя того же комитета Людмила Бокова. Я полагаю, что через некоторое время у них появятся более конкретные предложения на эту тему.
Но любой закон не является законом, если там нет и санкционной составляющей. Если какие-то нарушения фиксируются, то законодатель должен предусматривать механизм законного пресечения этих нарушений. В этом смысле я не исключаю, что мы, возможно, на основании закона будем блокировать какие-то средства массовой информации, порталы и т.д.
И судя по тому, как некоторые возбудились, проблема очень острая и важная. Мы будем ее решать.
ВЗГЛЯД: Но каковы могут быть критерии, по которым будут определяться неугодные СМИ?#{interviewpolit}
А. К.: Готового решения пока нет. Но это не инициатива блокировать всех подряд. Это предложение обсудить проблему и возможные решения законодательным путем. Чтобы приступить к блокированию чего-либо, недостаточно иметь сведения, что СМИ существует на иностранные деньги либо зарегистрировано где-то далеко. Даже недостаточно того, что это СМИ действует в интересах той или иной политической группы.
Важно другое: если мы применяем те или иные меры государственного регулирования в отношении всех СМИ, то те, кто не подчиняется закону, должны соответствующим образом быть приведены к общей законодательной норме. Никому не позволено нарушать закон.
Закона такого пока нет, но подходы к нему более или менее понятны. Мы будем консультироваться с обществом, экспертами и разного рода инстанциями. В любом случае тему решать придется.
ВЗГЛЯД: Любая информация в интересах другой страны должна быть заблокирована?
А. К.: Если какая-то газета публикует рекламу на деньги от иностранной компании, то это не имеет ничего общего с тем, о чем мы говорим. Это обычный бизнес. И речь не об информационных блоках, когда вы сообщаете о чем-то происходящем в мире.
Если СМИ получили деньги, а потом на эти деньги ведется участие в чьей-то избирательной кампании – здесь уже уголовщиной пахнет
Речь совсем о другом. Это другое не имеет никакого отношения ни к СМИ, ни к свободе слова, ни к журналистике. Это подрывная деятельность, которая может быть замаскирована под медийную и журналистскую. Если она идет еще за счет чужих денег, то суверенное государство не может не обращать на это внимания.
ВЗГЛЯД: Отчетность СМИ об источниках финансирования станет главным критерием для разрешения предоставлять информацию в России?
А. К.: Нет. На комиссии мы давно уже сказали – нам хотя бы для себя нужно определить критерии вмешательства. Мы это скоро сделаем.
Но важно вот еще что: если СМИ получает финансирование, например, за размещение статей – это одна история. А если получили деньги, а потом на эти деньги ведется участие в чьей-то избирательной кампании – совсем другая. Здесь уже уголовщиной пахнет, а не только административным законодательством.
Я сейчас не могу сказать, что во всех случаях мы будем поступать так и только так. Это индивидуальная работа. Причем решение будут принимать не сенаторы или депутаты Госдумы. Их должны будут принимать уполномоченные ведомства в рамках их компетенции.
ВЗГЛЯД: В случае появления и принятия закона он может затронуть работу русскоязычных СМИ в Прибалтике или Новороссии?
А. К.: Если они будут пытаться проводить какую-то подрывную работу на нашей территории, то, конечно, они окажутся в зоне нашего особого внимания.
Если люди пользуются русским языком для рассказа о своей деятельности, выражения своих мнений, не имеющих отношения к нашей сугубо внутренней политической повестке, если это не агитация за одного против другого, а рассказ о чем-то своем, – это совершенно разные темы.
Но сегодня на территории той же Прибалтики создаются центры, и как мы предполагаем, создаются как раз для того, чтобы расшатывать наш общественно-политический строй. Вот на это смотреть сложа руки мы не можем. Мы не хотим повторить опыт Украины, которая лишилась своего суверенитета и сейчас находится чуть ли не в руинах. Там гражданская война и полная безнадега.
ВЗГЛЯД: То есть негативные публикации о России русскоязычных зарубежных СМИ как выходили, так и смогут выходить?
А. К.: Что значит негативные? Одному что-то нравится, другому – нет. Люди же спорят между собой. Это не является предметом нашей деятельности.
А вот если люди, условно говоря, из Вашингтона говорят, кого нам выбрать губернатором или президентом, это, простите, уже не их собачье дело. И если они это пытаются делать с использованием разного рода трюкачества, под прикрытием красивых слов и табличек – тем не менее мы все равно обязаны это пресекать.
ВЗГЛЯД: А если такая информация будет распространяться на английском языке? Как быть в таком случае?
А. К.: Нельзя объять необъятное. Почему говорится о русском языке? Потому что русский язык является государственным языком Российской Федерации. На этом языке работают большинство наших СМИ. И, конечно, этот язык не должен быть инструментом антироссийских действий.