Бывший мировой гегемон никак не может определиться с направлением своего движения. После того, как в прошлом июне большинство граждан (52 процента) вопреки ожиданиям и желанию большей части элиты неожиданно проголосовало за выход Великобритании из ЕС, английское правительство все еще никак не может начать саму процедуру Брексита.
Лондону предлагают выбирать между сохранением единства страны и независимостью от Евросоюза
Еще на днях ожидалось, что 9 марта премьер-министр Мэй объявит, что время пошло – и процесс, который, как ожидается, займет два года, будет официально начат. Но на прошлой неделе палата лордов внесла ряд поправок в закон о выходе, так что старт Брексита пришлось отложить до конца марта. При этом нет никакой уверенности в том, что в итоге Великобритания действительно выйдет из Европы. Точнее, непонятно, вся ли она из нее выйдет. Шотландия вновь напоминает о своем желании остаться в ЕС – а значит, Лондону предлагают выбирать между сохранением единства страны и независимостью от Евросоюза. Так что выйти из ЕС, конечно, можно – вот только в результате самого выхода от Соединенного Королевства отколется его часть.
Первый министр Шотландии Никола Стерджен в интервью Би-би-си сказала, что новый референдум о независимости возможен уже осенью 2018 года. Официально курс на референдум может быть взят на следующей неделе, 17 марта, когда состоится конференция правящей в автономии Шотландской народной партии – но Стерджен ее лидер, и она формулирует позицию достаточно четко. Еще раньше она говорила о том, что «непреклонная Мэй толкает нас ко второму референдуму», а теперь прямо заявила:
«Когда план сделки королевства по выходу из ЕС приобретает все более ясные очертания, я думаю, это стало бы правильным моментом для того, чтобы Шотландия сделала свой выбор».
Шотландцы хотят проголосовать заранее, пока страна еще не вышла из ЕС – с тем, чтобы сказать, что в этом случае они выходят из состава Великобритании. Вероятность того, что население севера острова между ЕС и Великобританией выберет единую Европу, очень велика. Достаточно посмотреть на результаты последних голосований.
Да, сторонники независимости Шотландии проиграли референдум в сентябре 2014-го, но он проходил совсем в других условиях. Да и шотландцев пугали тем, что в случае выхода из Великобритании им придется покинуть и ЕС, и отчасти этот аргумент сработал. После этого звучали заявления о том, что референдум проходит только раз в поколение, так что следующего ждать не раньше чем через 20 лет. Однако дальше события развивались совсем по другому – антиевропейскому – сценарию.
Через девять месяцев, в мае 2015-го, на парламентских выборах снова победили консерваторы – во многом потому, что лидер Кэмерон, желая привлечь голоса недовольных евроинтеграцией, пообещал провести референдум о членстве Великобритании в ЕС. Элиты думали, что большинство все равно проголосует за то, чтобы остаться в союзе – однако в июне 2016-го победили сторонники полной независимости Великобритании.
Победили они, впрочем, не везде. В Шотландии против выхода проголосовало 62 процента, в то время как в Великобритании в целом – всего 48. Таким образом, шотландцы показали, что они не хотят покидать Европу. А вот союз с Англией, насчитывающий четыреста лет, вполне может быть и разрушен.
Ситуация для Лондона крайне неприятная. Для проведения референдума в Шотландии требуется разрешение центрального правительства, и Тереза Мэй может его не дать. Пока что Лондон отрицает саму возможность развала государства: «Наша позиция совершенно четкая: мы не считаем, что следует проводить второй референдум», – заявил представитель Мэй в четверг. Как минимум Мэй не хочет, чтобы референдум в Шотландии проходил до окончания Брексита. Проблема только в том, что Стерджен с этим не согласна.
И если требование о референдуме будет официально оформлено на уровне шотландского парламента, отказ Лондона разрешить референдум приведет к серьезнейшему кризису в отношения центральной власти и Эдинбурга. Долго блокировать решимость Шотландии будет невозможно. Если не в 2018-м, то годом или двумя позже им все равно придется позволить провести референдум.
К тому же на 2020 год в Великобритании запланированы парламентские выборы, и к этому времени страна должна определиться как с выходом из ЕС, так и с шотландской независимостью. Совместить одно с другим не удастся – точнее, шансы на это иллюзорны.
Теоретически у Лондона есть только одна возможность избежать референдума в Шотландии: пойти на уступки Эдинбургу в вопросе о Евросоюзе, то есть сохранить единый рынок товаров и услуг между Шотландией и ЕС. Тогда Стерджен и ее партия откажутся от требования референдума.
Но сохранение общего рынка между Шотландией и Евросоюзом полностью противоречило бы всему плану жесткого выхода Великобритании из ЕС, предлагаемому Мэй. Не говоря уже о том, что и ЕС не будет рад такому варианту, да и единство Великобритании в этом случае все равно окажется под угрозой. Что это за страна, часть территории которой живет по другим законам? Таким образом, в реальности для сохранения единства Великобритании есть только один путь: шотландцы должны разочароваться в Евросоюзе.
Самой бывшей «владычице морей» сейчас не под силу спровоцировать разброд и шатания в единой Европе – так что остается уповать на то, что к власти в странах ЕС начнут приходить евроскептики. Таким образом, едва ли не единственный путь к сохранению унии Англии и Шотландии пролегает сейчас через победу на выборах президента Франции Марин Ле Пен и поражение на германских выборах в сентябре главного евроинтегратора Ангелы Меркель. Вот так через четырех женщин – Мэй, Стерджен, Ле Пен и Меркель – сейчас и формулируется будущее Великобритании и единой Европы.