Борис Джонсон только что вернулся из США – он специально летал в Вашингтон и Нью-Йорк, чтобы пообщаться с представителями новой администрации, которая вскоре начнет работать.
Лондон при всем желании не сможет заменить Вашингтон в роли организатора противороссийских санкций
С Трампом не виделся (из островных визитеров избранный президент предпочитает Найджела Фараджа, бывшего лидера Партии независимости), но поговорил с его людьми (вероятнее всего, с Тилерсоном и Флином), о чем и рассказал, отвечая во вторник на вопросы депутатов в палате общин. И что же выяснилось? Джонсон учил правительство Трампа правильному подходу к России:
«Мы обратили внимание новой администрации и Конгресса на то, что... было бы безумием демонизировать Россию или загонять ее в угол», – сказал он, добавив, что в отношении Москвы Лондону и Вашингтону следует проводить стратегию «вовлечения и бдительности».
Конечно, похвально, что Джонсон призвал сенаторов и конгрессменов не демонизировать Россию – для большинства членов Конгресса это вполне уместное пожелание. Но вот его совет на эту тему администрации Трампа выглядит, мягко говоря, странно – ведь как раз Трамп выступает за налаживание отношений с Москвой и против демонизации Путина. А Джонсон, с тех пор как полгода назад стал министром иностранных дел, отметился как раз довольно резкими антироссийскими высказываниями.
Продолжая называть себя русофилом, он обвинял Россию в преступлениях в Сирии, призывал к демонстрациям у российского посольства, говорил о том, что «Великобритания должна лидировать в поддержании санкционного давления», а «отношения с Россией не могут осуществляться в нормальном русле» и их улучшение «возможно только при остановке варварских бомбардировок Алеппо и урегулирования ситуации на Украине».
Выступая в парламенте три месяца назад, Джонсон настаивал на том, что «мы должны оставаться жесткими к России. Санкции должны оставаться в силе и из-за ситуации на Украине, где продолжается конфликт... Санкции эффективны, они наносят ущерб российской экономике. Мы должны продолжать оказывать это давление».
И вдруг – Джонсон если еще и не говорит о постепенной отмене санкций, то уже учит Трампа объективности в отношении России. Смешно? Нет – все просто и примитивно.
20 января Трамп вступает в должность – и даже самые упертые сторонники политики сдерживания в отношении России (а Джонсон к тому же относился к их числу скорее по должности, чем по убеждениям) готовятся к новой реальности. Понятно, что Трамп действительно начнет менять политику США в отношении России – и младшим партнерам по атлантическому альянсу нужно определяться со своей линией. Что делать?
Продолжать и дальше настаивать на сохранении всего объема антироссийских санкций, политики сдерживания и давления на Россию – к которой ЕС во многом принуждали как раз англосаксы, то есть Вашингтон и Лондон – или колебаться вместе с новой линией партии? Если Трамп начнет выводить США из режима конфронтации с Россией, Лондон при всем желании не сможет заменить Вашингтон в роли организатора противороссийских санкций – ни текущая ситуация с Брекситом (ведь Англия уже не может ни на что влиять в единой Европе), ни геополитический вес королевства этого не позволяют. Поэтому серьезной державе глупо упорствовать в требованиях «сдерживания России без США» – пускай прибалты с поляками себя дураками выставляют, от них все равно ничего по большому счету не зависит.
Показательно, что одновременно с выступлением Джонсона на сайте The Washington Post появилось открытое письмо восточноевропейских (не считая одного западноевропейского – шведа Карла Бильда) политиков к Трампу – бывшие президенты и министры почти что умоляют нового президента отказаться от изменения политики по отношению к России – «было бы серьезной ошибкой остановить текущие санкции против России» и «сделка с Путиным не принесет мира».
Но это голос румын и эстонцев – пускай и выученных теми же глобалистами из числа англосаксов, оказавшихся сейчас в положении проигравших бой (но, конечно, не битву). А официальный Лондон уже не сотрясает воздух бесполезными призывами – он устами Джонсона начинает приспосабливаться к новой реальности. И не он один – практически одновременно проснулись и в Стокгольме.
Швеция, наряду с Великобританией, относилась к числу самых последовательных и жестких сторонников сохранения давления на Россию (жестче только прибалты и поляки – но с них и спрос другой). Контакты двух стран оказались на самом низком уровне – как и с англичанами. И вот в воскресенье, выступая на конференции «Народ и оборона», премьер-министр Стефан Лёвен вдруг заявил о необходимости улучшения связей с Россией:
«Швеции также следует предпринять более активные усилия по налаживанию необходимых контактов с Россией. Не поступаясь нашим критическим мнением по некоторым важным вопросам, мы, тем не менее, хотим снизить напряжение в отношениях с нашим восточным соседом. Мы наладим конструктивные контакты, отмеченные надежностью, ясностью и крепостью. Сотрудничество должно осуществляться так, чтобы приносить обоюдную пользу. Мы хотим поприветствовать расширение контактов между шведским и русским народами. Мы сделаем все, что в нашей власти, чтобы повысить уровень стабильности в нашем регионе».
Как отмечает шведская газета Samtiden, «подобный тон весьма отличается от того, что превалировал в общественных дискуссиях в Швеции в последние годы», и «особенно важным представляется то, что это послание к другому государству было высказано именно премьер-министром».
И в Стокгольме, и в Лондоне у руля находятся циничные реалисты – которые меняют курс, как только становится понятно, что старая линия утратила перспективы. Это не значит, что Швеция и Великобритания станут со всех ног наверстывать упущенную выгоду в отношениях с Россией – у нас четырехвековая история соперничества с этими государствами. Но это значит, что те силы в этих странах, которые были заинтересованы в совместных с Россией экономических и торговых проектах, получат возможность развивать их. Ни англичане, ни шведы вовсе не собираются отказываться от возможной выгоды в пользу немецких или французских конкурентов – тогда, когда геополитический барометр начинает показывать завершение шторма в отношениях ЕС и России. Надолго ли? Сейчас это не принципиально – всему свое время.