Встреча тройки в Москве проходила в максимально закрытом режиме – за все пять часов участники трехсторонних переговоров появились перед журналистами только в середине переговоров, буквально на несколько минут и только для того, чтобы попозировать фотографам. Переговоры, судя по всему, проходили на немецком языке – и Олланд, и Путин, не говоря, разумеется, о Меркель, владеют им свободно. Лишь после того, как уже после полуночи Олланд и Меркель покинули Кремль и выехали в сторону аэропорта, к прессе вышел Дмитрий Песков.
В воскресенье станет окончательно ясно, провалилась миссия франко-германского тандема или нет
Пресс-секретарь российского президента назвал переговоры конструктивными и содержательными, сообщив, что «в настоящее время ведется работа по подготовке текста возможного совместного документа по урегулированию на Украине, по реализации минских договоренностей». Аналогично – как конструктивные – оценили переговоры и Германия с Францией. Готовящийся документ, по словам Пескова, будет включать в себя предложения президента Украины, и предложения, сформулированные сегодня и добавленные президентом Путиным: «с тем, чтобы, естественно, этот текст, эти предложения были представлены на одобрение всем сторонам конфликта». Иначе говоря – в том числе и непризнанным республикам Новороссии. Предварительные итоги этой работы будут подведены в ходе телефонного разговора в нормандском формате (то есть все те же четыре страны), намеченном на воскресенье.
Возможно – как уточнили позднее представители Германии – лидеры России, ФРГ и Франции обсудят пути урегулирования конфликта на Украине в режиме видеоконференции.
Кроме того, не исключено, что в субботу Меркель в своем выступлении на Мюнхенской конференции (где будет и Порошенко) расскажет какие-то детали переговоров. Но, скорее всего, стороны будут соблюдать тишину до воскресенья, если, конечно, в этот день удастся согласовать итоговый документ. Тогда и станет окончательно ясно, провалилась московская миссия франко-германского тандема или нет. При этом провалом может стать не только совершенно ясно обозначающее его отсутствие какого-либо документа, но и согласование некоего общего, однако пустого, ни к чему не обязывающего текста. Впрочем, пока что есть ощущение, что стороны пытаются достигнуть хоть каких-то конкретных договоренностей – которые как минимум обеспечили бы возобновление перемирия.
Задача-максимум, которую ставили перед собой Меркель и Олланд – предложить некий план урегулирования, который позволил бы то ли заморозить конфликт (судя по неофициальным утечкам), то ли вообще согласовать какой-то временный статус Новороссии, – сейчас не представляется достижимой. По целому ряду причин. Главная из которых – очевидная неготовность Киева идти на прямые переговоры с Донецком и Луганском (то есть признавать их стороной конфликта) и однозначно отказываться от военного решения.
Можно уверенно предсказывать, что Порошенко не подпишет никакой документ, гарантирующий особый статус мятежных регионов – потому что это будет означать признание их потери, что равнозначно самоубийству киевского режима. Впрочем, особый статус без надлежащих гарантий и границ не примут и Донецк с Луганском. Иначе говоря, сама идея определить и зафиксировать сейчас в совместном документе даже временный статус Новороссии – нереализуема.
Единственный решаемый и самый актуальный на сегодня вопрос – прекращение кровопролития и установка временного перемирия. Это тем более важно, что последние события явно указывают на то, что Вашингтон взял курс на эскалацию конфликта – уже открыто угрожая начать поставки оружия на Украину. По большому счету именно эта опасность и привела Меркель и Олланда в Москву – решение о срочной поездке было принято после того, как США стали практически ежедневно муссировать тему поставок вооружений.
Европейцы понимают, что подобное решение США будет иметь катастрофические последствия не только для Украины, но и для самой Европы, которая рискует получить у себя под боком уже не локальный конфликт, а полномасштабную войну в рамках всей Украины. Кроме того, понятно, что после этого отношения Европы и России окончательно пройдут точку невозврата – что, в принципе, и нужно американцам.
Поэтому сейчас Берлин и Париж готовы на многое ради того, чтобы остановить войну. Давить на Киев, предлагать международный контроль нал линией соприкосновения украинских и новороссийских войск. Беда лишь в том, что Киев и так в основном ориентировался на Вашингтон. А в нынешней критической ситуации (хотя бы накануне дебальцевской катастрофы) еще в большей степени демонстрирует намерение следовать американской стратегии. Вот и получается, что Европа сейчас очень хочет нажать на паузу в украинском конфликте, а США, наоборот, хотят его продолжения.
А что Россия? Россия по большому счету заинтересована, если продолжить аналогию, в ускоренной перемотке. В том, чтобы конфликт закончился так, как он и должен завершиться: крахом американской попытки атлантизации Украины. Но, увы, возможности Новороссии влиять на общеукраинскую драму пока что ограничены. Поэтому, если сейчас нужно будет подписать какую-нибудь декларацию, фиксирующую завершение очередного этапа украинской гражданской войны, Россия это сделает. С трезвым пониманием того, что это лишь остановка в пути.