В среду премьер-министр Дмитрий Медведев подписал постановление, согласно которому в структуре российской исполнительной власти появится Министерство по делам Северного Кавказа (Минкавказ). Примечательно, что министерство это будет базироваться не только в Москве, но и в Ессентуках. При этом Минкавказ обещает стать компактным: еще в середине мая Медведев сообщил, что в министерствах по Крыму и Северному Кавказу будет работать в совокупности 420 человек.
Силовые операции тоже важны, было бы не нужно и глупо от них отказываться, но нельзя только ими ограничивать всю политику
Напомним, что в марте президент Владимир Путин подписал указы о создании Минкавказа и о назначении на пост главы ведомства бывшего губернатора Красноярского края Льва Кузнецова. Как объяснил тогда пресс-секретарь президента Дмитрий Песков, «фактически приведена в соответствие система по трем направлениям: Крым, Северный Кавказ и Дальний Восток». «Там везде создана одинаковая структура: это министр, полпред и курирующий вице-премьер», – сказал он журналистам.
А в середине мая Медведев сообщил о намерении поручить вице-премьеру Александру Хлопонину курировать работу Минкавказа. Ранее Хлопонин совмещал пост полпреда президента в СКФО с постом вице-премьера и пост заместителя председателя правительства за собой сохранил. Что до Кузнецова, на встрече с ним премьер подчеркнул: «Регион сложный, требует постоянного внимания».
По информации Минрегиона, в 2013 году СКФО отставал от остальных федеральных округов по нескольким показателям: социально-экономическому положению, состоянию реального сектора экономики и бюджетной системы, инвестиционной привлекательности, доходам и занятости населения. В Чечне и Ингушетии отмечается наибольший в России уровень зарегистрированной безработицы: 22,7% и 12,9% соответственно, притом что у остальных регионов страны этот показатель не превышает 5%. Кроме того, Северный Кавказ занимает первое место в России по дотационности регионов.
«Это правильная идея»
«Создание министерства является косвенной формой признания неуспешности хлопонинского полпредства», – заявил президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов корреспонденту газеты ВЗГЛЯД, подчеркнув, что Хлопонин пришел в СКФО с карт-бланшем, он соединял функции координатора силовой, кадровой и экономической политики в регионе, причем имел мандат и от администрации президента, и от правительства России.
Но в итоге экономическая составляющая от его деятельности оказалась не очень успешной, заметил эксперт. «Главный проект, на который была сделана ставка – курорты Северного Кавказа, оказался не слишком эффективным не только в экономическом, но и социальном плане – как средство разрешения социальных противоречий и создания новых рабочих мест. Его воздействие на курортную сферу, на локальные малый и средний бизнес является очень спорным, не понятно, чего больше – вреда или пользы», – подчеркнул Ремизов.
Также были проблемы с силовой составляющей, «Хлопонин не сумел стать реальным координатором и центром принятия решений в том, что касается политики безопасности в регионе», и уже по этой причине «не был системным арбитром для региональных элит». Сейчас эти две функции – экономическую и политически-силовую – пытаются разделить. «Мне кажется правильной идея поставить силовика, имеющего опыт действий на Кавказе, на полпредство, а экономическую составляющую сделать ближе к правительству, поскольку решения должны приниматься на правительственном уровне», – сказал политолог.
Ремизов также напомнил, что это уже третье министерство по развитию отдельно взятых территорий, но пока нельзя сказать, что для примера есть успешный пилотный проект. «Успешного опыта существования таких структур – по экономическому развитию отдельных территорий – на уровне федерального правительства нет. Министерство по Дальнему Востоку пока себя не зарекомендовало в полной мере. То есть это национальный эксперимент. Будет он успешным или нет, покажет время», – подытожил президент Института национальной стратегии.
«Претензий к Хлопонину нет»
С Ремизовым не согласен директор Центра политических технологий Игорь Бунин. Он считает, что неправильно говорить, будто работа Хлопонина в качестве полпреда чем-то не устроила Кремль. «Просто решили создать одинаковые структуры, чтобы был вице-премьер, министр и полпред по делам этой территории. Более того, Хлопонин получил теперь дополнительные полномочия: ему придется заниматься и лесным хозяйством, и экологией, и природными ресурсами, и национальными отношениями – достаточно много полномочий. Он будет отвечать за Кавказ и еще параллельно за пять-шесть направлений», – отметил он в рамках интервью газете ВЗГЛЯД.
Со своей стороны Бунин может оценить деятельность Хлопонина как полпреда «только положительно», никаких претензий к чиновнику у него нет. «Он выполнил свою задачу, и во время сочинской Олимпиады Кавказ не составлял никаких проблем для федеральной власти, а это было основное поручение президента», – подчеркнул эксперт.
Бунин оценивает создание нового министерства в рамках упорядочивания системы. «Такие же министерства существуют и по Крыму, и по Дальнему Востоку. Здесь все приводится в соответствие с Дальним Востоком и Крымом, чтобы все было одинаково. Новое ведомство – это институт, где с одной стороны – полпред, с другой стороны – министерство и есть курирующий вице-премьер, такая структура создана по всем трем «болевым точкам», – резюмировал он.
#{interviewpolit}«Нельзя воспринимать Кавказ только как район бедствия»
По факту Министерство по делам Северного Кавказа создается для координации экономического развития региона, заявил газете ВЗГЛЯД политолог, доцент кафедры зарубежного регионоведения и внешней политики Российского государственного гуманитарного университета Сергей Маркедонов. «Когда Хлопонин был полпредом, в его деятельности экономические и социальные вопросы вышли на первый план, а вопросы безопасности были немного оттеснены. Сейчас, после реформы будет некоторое разделение специализаций – полпредство будет больше сфокусировано на вопросах безопасности, выстраивания взаимоотношений между элитами и «проталкивания позиций» федерального центра, а Минкавказ будет заниматься региональным и экономическим развитием. И в этом смысле факт, что именно Хлопонин – его куратор, неслучаен», – пояснил эксперт.
Будет ли такое разделение полномочий эффективным, сказать трудно. Кавказ – самая проблемная точка России, и управление им должно быть комплексным. «Определенная бюрократическая конкуренция присуща всем структурам. А здесь помимо министра еще и куратор в ранге вице-премьера и еще отдельно полпред. Такая конкуренция может сыграть не самую добрую услугу в ситуации на Кавказе. Здесь должна быть максимальная координация», – отметил Маркедонов. Он пояснил, что многие вопросы, которые на первый взгляд кажутся социальными, имеют выходы на вопросы безопасности. «Допустим, уничтожили одну или другую террористическую структуру. Но до тех пор, пока сохраняются проблемы – высокий уровень молодежной безработицы (а это ведь молодые республики: средний возраст республик Кавказа – 26-27 лет), так или иначе террористическая деятельность будет воспроизводиться, и радикальные лозунги будут востребованы. Очевидно, что нужна кооперация. Не бывает чисто экономических вопросов или чистых вопросов безопасности», – подчеркнул он.
Сейчас центр колеблется, есть две крайности. «Либо мы делаем акцент на безопасности, либо на экономическом развитии, а нельзя этих акцентов делать. Все это надо делать вместе. Долгое время под политикой на Кавказе понимали антитеррористическую борьбу, а этого недостаточно. Помимо чисто силового варианта, должны быть идеологические альтернативы. Если там живут мусульмане, вы не предложите им христианство в качестве альтернативы, значит, нужна работа с исламом. Тогда возникают вопросы: каким исламом? На каких проповедников ориентироваться? Какие тексты показывать, а какие нет? Это серьезная политическая работа. Профилактика важна», – уверен Маркедонов, подчеркнувший, что государству так или иначе не обойтись без целенаправленной политики в области миграции и «качественно иной» национальной политики.
Деятельность Хлопонина на посту полпреда Маркедонов оценивает двойственно. «С одной стороны, хорошо, что он привлек внимание к экономическим вопросам – Кавказ не может рассматриваться только как район бедствия, где гремят теракты. Люди там все равно живут, и большая часть населения лояльно настроена, – отметил политолог. – Однако проблема в том, что ставка была сделана не столько на внутреннее развитие, сколько на приход федеральных структур: федерального бизнеса, бюджета, крупных олигархов. А надо бы делать ставку на местный бизнес, чтобы формировать у него «якоря лояльности».
При этом нельзя не отметить, что очень многие вопросы кавказские «тяжеловесы» решали напрямую с правительством и президентом. «Например, конфликт между Ингушетией и Чечней по административным границам. Ну, какова там была роль Хлопонина? Незначительная. Тяжелого веса Хлопонин «не нагулял» за свою полпредскую деятельность», – добавил Маркедонов. Был ли предыдущий формат работы с Северным Кавказом хуже или лучше, чем нынешний, покажет время, резюмировал он.