«Было решение руководства остановить процесс поставки, мы его выполняем», – прокомментировал в среду судьбу контракта с Ираном на поставку республике зенитно-ракетных комплексов С-300 глава Генштаба Николай Макаров.
Пусть для начала иранцы выполнят свои обязательства по Договору о нераспространении
Решение, подчеркнул он, было принято руководством страны исходя из одобренных в июне этого года санкций Совбеза ООН. «С-300, безусловно, под санкции попадают», – приводит заявление Макарова РИА «Новости».
Впрочем, еще недавно у Москвы была иная точка зрения по этому вопросу. «Мы ничего не делали и не будем делать для того, чтобы способствовать развитию каким-то образом, даже косвенным, ядерных или ракетных программ Ирана и поставок туда агрессивных и наступательных видов вооружений. Но это не значит, что любые поставки любых вооружений – от патронов до элементарных систем ПВО – следует смешивать и подвергать санкционным механизмам», – комментировал судьбу сделки российский вице-премьер Сергей Иванов.
С тем, что новые антииранские санкции не распространяются на оборонительное оружие, к которому относятся российские комплексы, соглашались и в США.
«Резолюция 1929 запрещает продажу Ирану и передачу вооружений, упомянутых в Регистре обычных вооружений ООН, а в нем не упомянуты комплексы С-300. Россия действовала со всей ответственностью, проявила сдержанность и не поставляла эти ракеты Ирану», – подтверждал право России выполнить контракт официальный представитель госдепартамента США Филип Кроули.
Тем не менее уже к середине лета уверенность Москвы в необходимости завершить сделку с Тегераном заметно поколебалась. «В сложившихся условиях я против реализации этого контракта, тем более что та же резолюция призывает проявлять «бдительность и сдержанность в отношении... всех других вооружений. Пусть для начала иранцы выполнят свои обязательства по Договору о нераспространении. Это было бы справедливо», – обосновывал необходимость отказаться от поставок глава парламентского комитета по международным делам Константин Косачев.
Тем более что ракетная сделка с Ираном являлась «малокомфортной» для России, отмечал он. «С одной стороны, мы ничего не нарушали и не нарушаем, так как в новой резолюции запрета на оборонительные системы нет. С другой, продолжить поставку, как будто ничего не происходит, значит, противопоставить себя реальным партнерам, нарушить дух», – подчеркивал парламентарий.
Смена российских настроений не осталась незамеченной Ираном, высказавшим свое недовольство затягиванием поставок комплексов. «Системы С-300 являются оборонительными, поэтому их поставки не противоречат никаким международным соглашениям, и мы надеемся, что правительство России выполнит свои обязательства. Считаем нерациональным для российской стороны невыполнение своих обязательств», – комментировал ситуацию посол Ирана в России Махмуд Реза Саджади.
Эксперты, вместе с тем, отмечали, что угрозы Тегерана прекратить экономическое сотрудничество с Москвой не станут для нее серьезной потерей. «Наш взаимный товарооборот с Ираном составляет меньше половины процента товарооборота России в целом. Это потеря, конечно, но не самая большая. В случае срыва сделки мы должны будем вернуть Ирану аванс и не получим 500 млн долларов», – комментировала газете ВЗГЛЯД возможные последствия разрыва контракта завсектором Ирана Института востоковедения РАН Нина Мамедова.
Впрочем, в Генштабе подчеркивают, что пока Москва не ведет речи об окончательном разрыве контракта. «Посмотрим, это будет зависеть от поведения Ирана», – заключил Макаров.