Дмитрий Губин Дмитрий Губин Почему Ирану без шаха лучше, чем с шахом Пехлеви

Мухаммед Реза Пехлеви очень хотел встать в один ряд с великими правителями прошлого – Киром, Дарием и Шапуром. Его сын, Реза Пехлеви, претендует на иранский трон сейчас. Увы, люди в самом Иране воспринимают его внуком самозванца и узурпатора и сыном авантюриста.

8 комментариев
Глеб Простаков Глеб Простаков Нефтяные активы как барометр мира

Никто сейчас не может сказать, когда произойдет серьезная подвижка по украинскому кризису. Нет ни сроков, ни дат. Но зато они есть в кейсе «ЛУКОЙЛа» – 28 февраля.

2 комментария
Геворг Мирзаян Геворг Мирзаян Почему Европа никогда не пойдет против США

Никакого общеевропейского сопротивления Трампу по вопросу Гренландии нет. Никакой общеевропейской гибкой позиции по Украине (которая смогла бы вернуть Европе субъектность хотя бы в этом пункте) тоже нет.

5 комментариев
11 июня 2010, 20:40 • Политика

«Не получим 500 млн долларов»

Нина Мамедова: Иран не знает, зачем ему ядерная бомба

«Не получим 500 млн долларов»
@ Reuters

Tекст: Андрей Резчиков

Под действием новых санкций ООН шансы Ирана получить от России зенитно-ракетные комплексы С-300 стремительно тают. Эти ракеты предназначались для охраны АЭС «Бушер», где работают российские специалисты, поэтому гарантии их безопасности уменьшаются. О том, насколько строга очередная антииранская резолюция и согласится ли Иран сделать свою ядерную программу прозрачнее, газете ВЗГЛЯД рассказала завсектором Ирана Института востоковедения РАН Нина Мамедова.

- Нина Михайловна, Совбез ООН ввел четвертые по счету санкции против Ирана. Насколько они существенны?

Весь оборот в сфере продажи вооружений Ирану не превышает 3 млрд долларов. Нельзя сказать, что для России это очень большой рынок

- Это решительный шаг. Санкции более жесткие, чем были до этого. Если последние резолюции Совбеза подтверждали наличие предыдущих санкций, то нынешняя резолюция говорит о тенденции международного сообщества усилить давление на Иран. Такие санкции для любой страны не лучшее средство для развития экономики. Они окажут негативное влияние на развитие Ирана. Но о том, что они парализуют экономику, говорить не приходится. Они сохраняют весь прежний набор ограничительных мер, но усиливают контроль над иранскими судами, которые будут направляться в европейские порты. Также усилен контроль над банковскими счетами тех лиц, которые связаны с ядерной программой.

- Почему Россия и Китай поддержали резолюцию?
- За присоединение к санкциям Китай многое выторговал у Соединенных Штатов. А Россия с самого начала говорила, что, так как Иран не идет на более действенные меры по свертыванию своей ядерной программы, она будет за санкции. Наша позиция была такая: санкциям «да», но как можно мягче. Россия добивалась, чтобы санкции не были парализующими.

Завсектором Ирана института Востоковеденья РАН Нина Мамедова (фото: kreml.org)

Завсектором Ирана Института востоковедения РАН Нина Мамедова (фото: kreml.org)

- Сейчас много говорят о поставках Ирану российских зенитно-ракетных комплексов С-300. Возможно, контракт не будет выполнен. Эти вооружения попадают под новые санкции?
- Об этом знают только специалисты из Росвооружения. Но С-300 предназначены для обороны. Они не носят наступательного характера. Их должны были поставить для защиты АЭС «Бушер», и это правильно. Там работают наши специалисты.ю и нам нужны гарантии безопасности. А как Иран будет использовать С-300 - сложно предугадать.

- Сколько вооружений закупает Иран у России? Это большой рынок?
- Весь оборот в сфере продажи вооружений Ирану не превышает 3 млрд долларов. Нельзя сказать, что для России это очень большой рынок по сравнению с другими странами.

- В случае расторжения сделки Тегеран грозил сильными негативными последствиями для российско-иранских отношений. Насколько серьезны такие угрозы?
- Наш взаимный товарооборот с Ираном составляет меньше половины процента товарооборота России в целом. Это потеря, конечно, но не самая большая. В случае срыва сделки мы должны будем вернуть Ирану аванс и не получим 500 млн долларов.

- Какую цель преследует ядерная программа Ирана: мирную или военную?
- Этого не знает никто, по-моему, даже сам Иран. Когда он начинал эту программу, в ней была топливная составляющая. Атомная энергетика - обязательный шаг для овладения ядерными технологиями. То, что Иран может преследовать иные цели, весьма вероятно. Если бы у его главного врага на Ближнем Востоке - Израиля - не было бы ядерного оружия, то мысли о том, что у Ирана должно появиться ядерное оружие, не возникло бы.

В конце концов, Иран давно находится в международной изоляции. Это было еще при шахском режиме. Объективно, наверное, Иран задумывается над тем, что ему нужно ядерное оружие. Но вряд ли Иран когда-нибудь, если даже заполучит такое оружие, сможет им воспользоваться. Потому что это противоречит исламским принципам и, кроме вреда, ничего ему не даст. Он сразу получит массу не потенциальных, а реальных врагов во всем регионе.

- Не исключено, что Корпус стражей исламской революции возьмет под охрану следующий гуманитарный караван для сектора Газа. Это может спровоцировать острую стадию конфликта в регионе?
- Конфликт налицо. Пока он не получил военного оформления. Но Ирану не нужны обострения с Израилем, его устраивает вялотекущий конфликт. Израильский фактор не дает возможности сплотиться всему арабскому миру, который исторически не принимает Иран и выступает против его регионального лидерства. Если Иран и решит участвовать в помощи сектору Газа, то возьмет на себя гуманитарные функции. Таким образом он может продемонстрировать, что мирными способами пытается помочь палестинскому народу.