В «Единой России» обсуждение прошло на заседании всех политических клубов партии, в котором участвовали также адвокаты, правозащитники и бывшие высокопоставленные сотрудники МВД.
Прилипло «менты», и не отскоблишься. Люди не видят качественных изменений, они дали свое название милиции
«Мы надеемся, что сегодня дискуссия выйдет на новый качественный уровень», – сказал заместитель секретаря президиума генсовета «Единой России» Юрий Шувалов, открывший заседание. Он сразу напомнил, что реформа станет одним критериев оценки власти обществом, потому что, принимая новый закон, «власть берет ответственность за жизнь каждого нашего гражданина».
Ребрендинг нравится не всем
Одним из первых вопросов, вызвавших споры, стал «ребрендинг». По поводу замены названия с «милиции» на «полицию» экс-глава российского бюро Интерпола, генерал-майор милиции в отставке, ныне – советник председателя Конституционного суда РФ Владимир Овчинский заявил, что переименование – пустая трата денег и оскорбление памяти ветеранов.
Овчинский счел бессмысленными затраты на смену названия, минимум которых, по оценкам в прессе, составит 13 млрд рублей. «13 млрд возьмите и выкиньте на ветер! Я не понимаю, для чего это делать?!» – возмущался он.
«Я категорически против смены названия», – заявил генерал-майор, вспомнив о том, что у большинства людей старшего поколения слово «полицейский» ассоциируется со словом «полицай». «Историческая память со времен Великой Отечественной войны достаточно короткая», – сказал он.
Глава комитета по безопасности Госдумы, бывший первый заместитель главы МВД Владимир Васильев тоже выразил сомнения в целесообразности переименования, признавшись, что слово «полицейский» также может наводить на ассоциации с «полицаем» и «полицейским государством», а «цветораскраска, надписи на шевронах, печатная продукция, штампы, названия учреждений – это недешевое удовольствие».
#{smallinfographicleft=368883}Однако слово «милиционер», по мнению Васильева, тоже уже не звучит, потому что в последнее время все чаще граждане называют милиционеров «ментами». «Прилипло «менты», и не отскоблишься, потому что люди не видят качественных изменений, поэтому дали свое название милиции», – признал он.
Однако остальные участники поддержали идею. Председатель комитета Госдумы по культуре Григорий Ивлиев сомневается, что слово «полицейский» у большинства россиян вызовет негативные ассоциации. «Для большинства населения до 40 лет это наименование будет связываться с Брюсом Уиллисом, а не с «полицаем», – сказал он.
Слово «полицейский» для многих участников скорее было связано с понятием «супермен», который сильный физически и технически и может постоять за граждан, в то время как сотрудник российской милиции «может ходить, только тяжело переваливаясь», заметила Ирина Яровая, зампред комитета ГД по конституционному законодательству и госстроительству.
Мыслить надо глубже – есть опыт работы полиции в царской России, напомнил гендиректор Агентства политических и экономических коммуникаций Дмитрий Орлов, и это была почти идеальная конструкция.
Рожденная модернизацией
На заседании отмечалось, что новый закон показывает глубину модернизации, о которой говорит президент Медведев, в частности, это изменение системы отбора кадров для будущей полиции.
«Главное – понимание, что именно закон изменит в сознании тех, кто носит форму. Форму можно надеть на чучело, но оно не станет достойным милиционером, – отметил член Совета Федерации Константин Сурков. – Сегодня государство поворачивается лицом к качественному подбору сотрудников органов внутренних дел».
Споры вызвал также вопрос о численности стражей порядка. Прозвучало мнение о необходимости резко сократить и численность, и сам набор функций МВД. Депутат Госдумы Владимир Мединский призвал «милицию вообще убрать с улицы».
Ему вторит и другой участник заседания, директор Агентства политических и экономических коммуникаций Дмитрий Орлов, который в интервью газете ВЗГЛЯД заметил, что предстоящее сокращение – это всего лишь первый этап реформы. Потом, по мнению политолога, придется набирать более профессиональные, чем сейчас, кадры и использовать их строго по назначению.
Важную роль в очищении кадров МВД участники надеются закрепить за гражданским обществом. Так, Яровая заявила, что «полиция будет заинтересована в сотрудничестве с обществом, в том, чтобы общество не молчаливо наблюдало за противоправной деятельностью, о которой ему известно, а соучаствовало и отслеживало такую деятельность».
Правда, как признали участники дискуссии, из закона не совсем понятно, как будет осуществляться подобный контроль за силовиками. Председатель Ассоциации адвокатов России «За права человека» Евгений Архипов считает, что в тексте закона пока еще слишком много неясностей, что он даже сам пока «создает коррупционную почву».
Однако, на взгляд Орлова, коррупционность существенно снизится, если силовикам предоставить достойный соцпакет, «как при Советском Союзе».
«Сегодня сотрудники должны получать порядка 40 тыс. рублей в месяц, ну и, конечно, льготы: по жилью, по проезду, по устройству детей в детские сады, – считает политолог. – А весь пакет должен составлять порядка 60 тыс. рублей».
По мнению Орлова, снижение коррупции, а также адекватные и правомерные действия сотрудников МВД должны укрепить доверие к ним в обществе. «Нужно стремиться не к тому, чтобы присутствие сотрудников МВД было вообще заметно гражданам, а к тому, чтобы их действия были эффективны, чтобы был правопорядок», – пояснил он.
В ОП съехались автомобилисты
Одновременно с заседаниями клубов «Единой России» в Общественной палате состоялись слушания по проекту, организованные Ассоциацией общественных и некоммерческих объединений автомобилистов Москвы.
Илья Ахундов, помощник депутата Госдумы, предложил собравшимся подумать над тем, как создать четкий механизм общественного контроля над действиями полиции. «Если это будет принято, мы сможем влиять на решения, которые касаются нас, но принимались зачастую без учета интересов автомобилистов».
Участники слушаний согласились в том, что законопроект пока выглядит достаточно сырым. По мнению ответственного секретаря Московского городского союза автомобилистов (МГСА) Александра Джавада, в законе еще достаточно «воды», к примеру, разработчики мало внимания уделили отраслевой специфике работы.
#{interviewpolit}В частности, сомнение у Джавада вызвал пункт о том, что полиция вправе при необходимости принимать от граждан автотранспорт и другое имущество». «Как это понимать? Как взятку, что ли?» – удивился автомобилист, призвав конкретизировать это положение.
«В Интернете закон обсуждает одна молодежь, которая вообще далека от этих проблем и некомпетентна», – посетовал Джавад, который, по его словам, 25 лет прослужил в органах милиции, и призвал ускорить подготовку документов о социальных гарантиях для отставных офицеров МВД.
«Необходимо изменить возрастной ценз для тех, кого можно брать на работу в новую полицию, – заявила подполковник юстиции в отставке, юрист МГСА Ольга Исакова. – Не от 18 до 35 лет, как в проекте закона, а хотя бы с 21 года и только после службы в армии. Полицейский должен быть юридически грамотным, хорошо образованным, при необходимости должен дать бесплатную юридическую консультацию гражданину, четко составить протокол».
Исакова также против того, чтобы всех сотрудников нынешней милиции автоматически, только лишь на основании личного заявления, переводили бы в полицию. «Необходима обязательная аттестация», – считает она.
По мнению Юрия Антонова, председателя одного из отделений МГСА, необходимо законодательно закрепить обязанность сотрудника полиции быть физически достаточно подготовленным, чтобы при необходимости задержать преступника.
«Это касается как мужчин, так и женщин. Сегодняшние милиционеры, к сожалению, далеко не всегда соответствуют этим критериям, – заявил Антонов. – Кроме того, в проекте не прописана система подготовки кадров. Именно потому что кадровая проблема так остро стоит в милиции, более 50% россиян не верят в ее помощь и, более того, сами опасаются милиционеров».
Большинство участников дискуссии в ОП сошлись на том, что законопроект еще требует тщательной доработки, поэтому вступление его в силу с января преждевременно. Единороссы против политического «долгостроя»
В отличие от Общественной палаты, на заседании у единороссов сроки реформы разногласий вообще не вызывали. Как уже сообщала газета ВЗГЛЯД, Дмитрий Медведев потребовал начать реформу уже с нового года.
«Мне кажется, что Медведев абсолютно адекватен в требовании обеспечить, чтобы законопроект уже действовал 1 января 2011 года, – заверил Орлов в интервью газете ВЗГЛЯД. – Реформа должна иметь ясные временные границы. И законодательное обеспечение будет проработано достаточно быстро. Но дальше идет вопрос практического применения, а это займет какое-то время».
По мнению Орлова, сейчас в элите преобладают «противники долгостроя, поэтому реформа должна быть проведена достаточно быстро». Может быть, стоит какие-то мероприятия отложить, но провести ее комплексно, за короткий промежуток времени, чтобы это не привело к бесконечной реформе», – считает Орлов.