Ситуация, сложившаяся на этой неделе вокруг отношений Тбилиси с двумя непризнанными республиками, которые в Грузии считают своими неотъемлемыми частями, не поддается однозначному толкованию. Ее можно описать знаменитой формулой Льва Троцкого, предшествовавшей Брестскому договору: «Ни мира, ни войны».
Это напоминает схлестку подростков с окраины, в которой никто не хочет большой драки и никто не может отступить, не потеряв лица
В зонах конфликтов уже стреляют, берут пленных и производят угрожающие действия. Но пока еще нельзя сказать, что войну может начать любой солдат любой из сторон, произведший неосторожный выстрел. До такого накала еще не дошло.
Сейчас главные действующие лица – политические лидеры. Президенты Михаил Саакашвили, Сергей Багапш и Эдуард Кокойты. А также главы внешнеполитических ведомств сопричастных к конфликтам великих держав – Сергей Лавров и Кондолиза Райс (Дмитрию Медведеву и Джорджу Бушу лично вмешиваться в локальный конфликт пока не по чину).
У конфликта четыре неравные стороны. Во-первых, сами непризнанные государства – Абхазия и Южная Осетия. Во-вторых, естественно, Грузия. В-третьих, США, громогласно поддерживающие Грузию. Ну и разумеется, Россия, защищающая абхазов и осетин.
Все четыре стороны без устали обмениваются обвинениями. Из Сухуми и Цхинвали слышны голоса, называющие Грузию агрессором. В Тбилиси гремят инвективами по адресу России, якобы разжигающей конфронтацию. Вашингтон тбилисские претензии поддерживает и корит Москву за неправильное поведение. А Москва отвечает словами сочувствия к Абхазии и Осетии, порицания Грузии и укора Америке – за содействие агрессивным действиям Саакашвили.
И все четыре стороны говорят о том, что хотят мирного решения. Только вот остальные им не дают…
Причем нет никаких оснований считать, что кто-то из включенных в расклад сторон действительно хочет воевать. Ничего хорошего военное столкновение никому не обещает.
Что касается Тбилиси, Сухуми и Цхинвали, им всем масштабное вооруженное столкновение угрожает большими потерями. Все три республики невелики размерами и не шибко богаты, так что урон они потерпят немалый при любом исходе войны.
Россия тоже неминуемо понесет урон – не столько материальный, сколько моральный и политический. Ее положение в «политбюро золотого миллиарда» окажется под вопросом. Она может оказаться в международной изоляции, что совершенно не с руки стране, нацеленной на модернизацию в духе «четырех И».
Непосредственные потери США будут гораздо меньше, однако – на фоне афганских и иракских неприятностей, а также нерешаемой иранской проблемы – политические издержки Вашингтона будут достаточно велики. А нынешнюю администрацию они могут просто добить: внешнеполитический курс Буша и Райс уже не пользуется популярностью, а возникновение риска открытого конфликта с ядерной державой может надолго сделать Республиканскую партию аутсайдером.
Притом никто не знает наверняка, каковы шансы сторон в случае войны. Все потенциальные участники надувают щеки и поигрывают мускулами, но какова реальная цена каждого из них? Военные эксперты пожимают плечами.
Грузины в конфликтах последних двух десятилетий успехов не добивались – но их уже пять лет вооружают и натаскивают военспецы из НАТО. Абхазы и осетины показали, что умеют отстаивать свою самопровозглашенную независимость, – но кто знает, сохранилась ли их сноровка по сей день?
Российская армия после Чечни многому научилась, но хватит ли этого многого? США располагают колоссальным военным потенциалом, но смогут ли они его использовать?..
Точных ответов на эти вопросы не будет, пока не представится случай проверить их в деле. А проверять не хочется.
Еще больше, чем сами возможные участники, этого не хотят международные структуры – ООН, ОБСЕ, НАТО. Провал попыток урегулирования конфликта станет зримым свидетельством их политической импотенции, которую международные чиновники всячески пытаются скрыть.
Однако то, что война никому не нужна, не значит, что ее не будет. У каждой из четырех сторон нет возможности свернуть с курса, чреватого столкновением.
Для Абхазии и Южной Осетии невозможно отказаться от независимости. Это сведет на нет все, что делалось в обеих республиках в последние 15 лет.
Для Грузии (и прежде всего лично президента Саакашвили) немыслимо отказаться от борьбы за «восстановление территориальной целостности» и противостояния «русскому империализму». Это полностью лишит содержания его политику.
США нельзя отказаться от поддержки Саакашвили. Они слишком много инвестировали в него политически и не могут отступить.
Россия не может бросить абхазов и осетин. Это подорвет ее позиции на Кавказе, включая и ту его часть, которая находится в составе РФ…
Больше всего это напоминает схлестку подростков с окраины, в которой никто в действительности не хочет большой драки и никто не может отступить, не потеряв лица. «Реальный пацан» должен вести себя «по понятиям». Иначе он «неправильный пацан»…
А когда дело доходит до таких иррациональных материй, все решается не высокомудрыми соображениями. И не большими политиками и дипломатами.
Начнется ли война в Грузии – это зависит от командиров вооруженных частей и подразделений, дислоцированных в зоне конфликта. Срыв может случиться тогда, когда сорвется какой-нибудь грузинский, абхазский, осетинский или русский капитан (майор, полковник) и бросит свою роту (батальон, полк) на штурм неприятельского блокпоста или селения…
Пока капитаны и майоры слушаются генералов и министров. И это дает политикам и дипломатам шанс – нет, не разрешить конфликт, но «заболтать» его, отвести от опасной грани. Хотя могут и не успеть.