23 февраля в Анкаре прошло знаковое для президента Турции Эрдогана событие – 8-й съезд руководимой им правящей Партии справедливости и развития (АКР). Мероприятие было призвано уточнить политический курс государства до 2028 года, когда действующий лидер по конституции обязан будет покинуть пост. Оппозиция же тем временем все тверже настаивает на проведении досрочных выборов на фоне катастрофической ситуации с гиперинфляцией в стране. Эрдоган и его партия в ответ на любую критику решили открыть сезон охоты на оппозиционеров, балансируя на грани гражданской войны.
Следует оговориться, что съезд любой правящей партии в Турции далеко не рутинно-формальное мероприятие. Ведь даже после изменения государственной формы правления с парламентской на президентскую в 2017-м республика, по существу, осталась партийной страной. И это вполне объяснимо, поскольку в Турции симпатии граждан к той или иной партии напрямую связаны с образом жизни. От того, какая партия одержит верх на всеобщих и на местных выборах, часто зависят даже такие утилитарные вопросы, как трудоустройство – при традиционно высокой безработице. Так, политик-исламист или националист из союзной эрдогановской ПСР – ПНД (Партия националистического движения), скорее, отдаст предпочтение религиозным кадрам. В случае с женщинами зеленый свет гарантирован носящим платок, а с мужчинами – демонстративно не употребляющим алкоголь и также напоказ соблюдающим прочие предписания ислама.
Разумеется, крепкие позиции исламистских или светских партий на отдельно взятой территории Турции обеспечивают и необходимое им распределение бюджетных средств. Подряды получают мировоззренчески близкие победителям фонды и организации, а удел остальных – ждать у ворот в надежде на победу других кандидатов. Более того, от партийных предпочтений турок зависит и судьба того или иного бизнеса, к примеру, зарабатывающего на продаже запретного для мусульман алкоголя, который найти в крупных городах в последнее время – настоящий квест. Рок-клубы, открытая одежда также не по вкусу исламистам. Стоит ли удивляться, что оппозиционно настроенные светские турки десятилетиями предпочитают компактно проживать в определенных районах городов и пригородов. К примеру, в тех районах, где местные администрации подконтрольны кандидатам от «партии Ататюрка» – Народно-республиканской партии (СНР). Последние предпочитают хотя бы не лезть в частную жизнь избирателей.
Но судя по заявлениям Эрдогана на съезде, его гораздо больше волнует не его разделенная страна, а сохранение личной власти и реинкарнация Османской империи в том или ином виде. Для решения двух этих задач, по мнению президента, куда важнее, что Турция является «мировым лидером в производства БПЛА и занимает 11-е место в мире по экспорту продукции оборонной промышленности». По его словам, страна находится на пороге настолько «великой трансформации и впечатляющего экономического прорыва», что XXI век гарантированно станет «Веком Турции». При этом единственное, что мешает его наступлению – это проблема терроризма, от которой турки «непременно избавятся». Других рецептов по налаживанию жизни в изнывающей от гиперинфляции стране национальный лидер на съезде не озвучил. Но Эрдоган далеко не бездействует.
Накануне съезда правящей ПСР полиция задержала авторов доклада Турецкого союза промышленников и предпринимателей (TUSIAD) Орхана Турана и Омера Араса, грех которых был в том, что они, «не зная свое место», легальным путем решили привлечь внимание правительства к проблемам в экономике и в судебной системе. Заслуженные представители бизнес-сообщества Турции в своем докладе позволили себе дать властям несколько рекомендаций по улучшению делового климата в республике. Хотя официально съездом партии как раз были анонсированы реформы, которые якобы коснутся интересов и делового сообщества. Видимо, в понимании партийных функционеров «интересы» теперь будут существовать в отрыве от «делового сообщества».
С другой стороны, слова Эрдогана на мероприятии о том, что в «новой Турции» теперь «нет места теневой экономике», многое уточняют. Властям нужны и правильные бизнесмены.
Интересно, что, критикуя «недостойный поступок» бизнесменов, правительственные СМИ предъявили в качестве аргумента невнятную позицию задержанных по вопросу ношения турчанками платков в общественных местах. По логике лояльных медиа, авторы доклада имели бы большее право критиковать экономический курс страны, если бы защищали права своих единоверцев. Такая логика.
Сказать, что задержание бизнесменов и религиозные нападки на них правительственных медиа возбудили оппозицию – ничего не сказать. Ведь тем самым сезон охоты не только на оппозиционеров, но и на любых критиков режима Эрдогана был официально открыт. И это ощущение не обмануло оппозицию. Вскоре в парламенте прозвучало не менее скандальное заявление в том же радикально-религиозном ключе. Депутат-исламист Фарук Динч якобы лишь от своего имени изрек: «Наше лекарство – любимый ислам, а кемализм – яд, который мы не станем пить». Между тем подобные отсылки к исламу и противопоставление ему основателя и первого президента Мустафы Кемаля Ататюрка не просто провокация или оскорбление в адрес его партии СНР. Кемализм как идеология значительно шире системной оппозиции и затрагивает взгляды, пожалуй, большей части населения страны. Даже среди исламистов находятся признающие вклад Ататюрка – как минимум в войне за независимость. Словом, депутат поднес спичку к горючим веществам турецкой политики. Но едва ли он осмелился бы сделать это без прикрытия сверху.
Объяснение таких самоубийственных шагов в направлении гражданской войны только в одном. Эрдоган явно не может смириться с тем, что ему и его партии уж не хватает авторитета подчинить себе всю страну. Турецкая оппозиция совокупно стала голосом уже более половины разочаровавшихся граждан. Об этом говорят итоги всеобщих выборов в 2023-м и особенно местных выборов в 2024-м, когда оппозиция взяла под контроль в том числе Анкару и Стамбул. Кстати, на последних президентских выборах два года назад Эрдоган сумел заручиться поддержкой не подавляющего, но большинства голосов избирателей лишь во втором туре. И то лишь благодаря широкому жесту одного из участников гонки – бюрократа, не особенно скрывающего связи с турецкими и азербайджанскими спецслужбами – Синана Огана. Последний вовремя поделился несколькими недостающими процентами голосов избирателей с Эрдоганом.
Не говоря уже о том, что все последние парламентские победы пропрезидентского «Народного альянса» тесно связаны с поддержкой партнеров по коалиции – националистов из ПНД. Практически это означает, что эрдогановская ПСР, а значит, и он сам, не обладают самостоятельной политической силой, крепко стоящей на ногах. Эрдогановская партия стремительно теряет популярность – и цифры подтверждают это.
По данным опроса, проведенного социологической службой ASAL Arastirma в конце января 2025 года, половина респондентов в Турции – за проведение досрочных всеобщих выборов. Тем временем другая социологическая компания, SER-AR, выяснила, что за досрочные выборы 54,92% опрошенных турок. Эти плачевные для власти результаты, связанные с гиперинфляцией, которая по неофициальным данным в 2024 году перевалила за 80%, укрепили главную оппозиционную Народно-республиканскую партию (НРП) в мысли, что надо поторопиться с объявлением своего кандидата. Поэтому уже 23 марта Турция узнает имя кандидата в президенты от оппозиции.
С высокой долей вероятности им станет действующий мэр Стамбула Экрем Имамоглу. Во всяком случае, он остается фаворитом многих опросов. Вероятно, именно это и пугает власти, учитывая, что в отношении Имамоглу на днях было начато уже шестое расследование. На этот раз подконтрольная исламистам генпрокуратура Стамбула усомнилась в подлинности диплома политика.
Однако по давно сложившейся в Турции традиции политик, к которому равнодушен закон – не герой, а значит и в политике ему не место. Эрдоган когда-то и сам получил общенациональное признание после тюремного срока, которым его наградила система. Теперь он играет на ее стороне.
Конечно, удивляться мобилизации электората властями через националистические и религиозные чувства не приходится. Метод классический, в прошлом работавший. Вместе с тем подобные игры эффективны и предсказуемы лишь при относительно стабильном экономическом положении, когда «пряниками» еще можно поделиться с населением. Но сейчас ситуация принципиально иная. Вдобавок Эрдоган уже совсем не один даже на исламистском поле в Турции. Претензии к властям выдвигают далеко не только светская оппозиция, но и исламистские партии, возглавляемые бывшими соратниками президента. К тому же Эрдоган до сих пор не назвал приемлемого для всех преемника, который позволил бы провести транзит власти в 2028 году. Интересно, на что он надеется…