Это была не первая «Прямая линия» с президентом, где он возвращался к теме семьи, детства и молодежи. Если честно – это одна из его любимых тем, если что-то можно разгадать в лице профессионального разведчика и политика. Но он реально на этой теме становится эмоциональным. Это заметно. Но в этот раз, кроме всего прочего, вдруг возник термин «потерянное поколение». Применительно к поколениям российской молодежи. «В России нет "потерянных" поколений», – уверенно сказал президент, и с ним невозможно не согласиться.
Да, тут кто-то из задающих вопрос из зала либо перечитал Хемингуэя, либо не очень понимает, каким образом применяется этот термин и вообще откуда он. Похоже, что «потерянное поколение» у нас используется буквально в контексте сидения бабушек на скамейке, ворчания по поводу бесконечного включенного экрана смартфона и непропорциональной траты времени на компьютерные игры.
«Вот, потерянное поколение пошло», – ворчат гипотетические бабушки (которых вообще-то в больших городах давно уже нет – никто не сидит у подъезда), глядя, как старшеклассники идут компанией и каждый смотрит только в свой телефон. То есть налицо самое вульгарное использование термина. Я бы сказал – «бытовое». А это не тот уровень разговора.
Я понимаю, что выросло уже не одно поколение, которое никогда не читало Гертруду Стайн или, там, Скотта Фицджеральда – и то я прямо сейчас мужественно сдерживаюсь и наступаю на горло своему собственному ворчанию: «Вот оно, потерянное поколение – Хемингуэя не читали с Ремарком, на что они годятся?» Но термин «потерянное поколение» – это чисто американское изобретение, и это была именно Гертруда Стайн, которая им пригвоздила своих ровесников – писателей поствоенной эпохи, после той самой Первой мировой, которая внезапно унесла столько жизней в Европе. Не очень понятно, почему на это так отреагировали именно американские писатели, которые так расстроились, что уехали в Париж и давай страдать и склоняться к цинизму и банальному материализму. Они так страдали в своем Париже, регулярно прикладываясь к бутылке, что дождались финансового краха и Великой депрессии и остались в парижах вообще без доллара.
Собственно, на этом страдания по Первой мировой и закончились. Господи, какая банальность – Гертруда первоначально придумала этот термин, когда француз-механик, вернувшийся с войны, как-то не так отремонтировал ей машину. Какая трагедия. Так она его, беднягу, и обозвала – «потерянным поколением», а Хэм только популяризировал этот хештег. А потом так начали называть всех, кто не нашел себе места в жизни, даже выжив.
Потом термин всплывает после Второй мировой, и опять в Америке. А сколько там американских парней погибло? И тут мы разворачиваемся к СССР и понимаем, что даже после наших потерь никому не пришло в голову назвать вернувшихся «потерянным поколением». Но это если рассматривать базовые коннотации термина, сильно увязанные с военными катаклизмами.
У нас достаточно безответственные авторы пытались приклеить этот ярлык ко вполне мирным поколениям. Только потому, что они не хотели жить точно так, как предыдущие – что вполне обусловлено эволюцией человеческого вида в принципе. Что, поколение 1960-х – «потерянное»? А может, 1980-х? Ой-ой-ой – поколение «страшных 1990-х» ведь точно потерянное?
Далее от вольного – лепи ярлык ad libitum – не ошибешься. Вернее, ошибешься, и еще как. У нас даже после Афгана не было «потерянного поколения». А ответ – в устройстве русского общества, независимо от формы собственности. Тут не только после войн и революций, тут каждый день надо страну строить или ремонтировать построенное. Во всех областях. И каждый человек может найти свое место. Никто не забыт и ничто не забыто.
Путин считает, что разговоры о «потерянных поколениях» – не более чем вечная проблема отцов и детей, которая не отражает реальности. Естественно – у нас перед глазами пример бойцов СВО, подавляющее большинство которых составляют молодые люди, и они не родились и не росли солдатами. Но стали. И прекрасными солдатами.
Это только подтверждает, что в критических условиях в молодежи проявляются лучшие черты русского характера. Какое «потерянное поколение»? Какое по счету? Пустые это разговоры. Это такая же молодежь России, как и те, кто учится в вузах, делает первые шаги в карьере. Дети девяностых и нулевых в условиях спецоперации показали себя настоящими героями. Путин верит в молодых людей и уверен, что подрастающие поколения успешно проявят себя.
У нас растет талантливое патриотичное поколение, которое не мыслит себя без России и хочет играть активную, творческую и позитивную роль в жизни страны. Точно так же, как и мы. Или даже лучше.