Недавний указ российского президента «Об оказании гуманитарной поддержки лицам, разделяющим традиционные российские духовно-нравственные ценности» – не из тех документов, которые немедленно меняют нашу жизнь или заставляют волноваться мировые биржи. Но в концептуальном смысле, в мире идей это настоящая сенсация, и влияние этого указа рассчитано на длительный срок.
Отныне Россия говорит миру: у нас есть не только интересы, но и ценности, и если наши интересы касаются только нас самих, то разделить наши ценности мы предлагаем всему человечеству и, более того, готовы защищать эти ценности не только у себя дома, но и за пределами страны. В том числе путем предоставления убежища тем людям, которым в своих странах становится неуютно. Теперь такие люди смогут поселиться в России даже без знания русского языка, нашей истории и наших законов. Просто приезжай и живи в безопасности.
Тем самым Россия не только проявляет гуманизм, но и утверждает свою глобальную роль, становясь центром притяжения для всех, кому наши ценности близки.
Тип страны-убежища не раз встречался в истории, и надо сказать, что политика глобального утверждения ценностей неизменно давала таким странам преимущества, а иной раз и служила главным основанием для их существования.
Например, США возникли как убежище для людей, которых у себя на родине, в Англии, преследовали по религиозным соображениям. И в дальнейшем Америка охотно давала приют французским гугенотам, угнетенным ирландцам, российским и европейским евреям. Не забудем и ученых, бежавших от Гитлера, которые помогли США разработать атомную бомбу. Все эти люди сделали свою новую родину сверхдержавой.
Точно так же и Россия в XVIII веке давала убежище как немецким меннонитам, так и французским аристократам, бежавшим от революции. И это тоже пошло на пользу стране. Новороссию осваивали немецкие, греческие, сербские переселенцы, а герцог Ришелье верно служил империи, основав Одессу.
Есть у нас и опыт советской эпохи. СССР был духовной родиной для сторонников левых сил во всем мире и брал под защиту тех, кому грозила опасность. Вспомним хотя бы тысячи детей, вывезенных из Испании во время гражданской войны в этой стране.
Впрочем, внешняя ценностная экспансия может быть и предметом злоупотреблений. Здесь также впереди всех Соединенные Штаты. Эта страна уже давно сделала заботу о демократии и правах человека предлогом для вмешательства в дела других стран. Это вмешательство всегда лицемерное и выборочное, в зависимости от шкурных интересов великой державы. Одним странам можно убивать детей тысячами, другим нельзя запретить гей-парад. За непослушание следуют не только выговоры, но порой и санкции, и военная агрессия.
В сущности, США стали ценностным монополистом в мире, единолично определяя, что такое хорошо и что такое плохо. А монополисту ни за что не докажешь, что ты не верблюд. Поэтому нужно было что-то противопоставить на этом поле. И указ № 702 стал сильным шагом в этом направлении.
В этом указе вводится новое важное понятие: «деструктивные неолиберальные идеологические установки». Обратим внимание на слово «неолиберальные». Это намек на то, что классический либерализм нам не враг, что мы предлагаем людям защиту от извращений либерализма, от того, во что либерализм выродился с течением времени. Эти извращения в конечном счете приводят к разрушению основ общества, к отказу от человечности. Поэтому эти установки названы «деструктивными». Кроме того, из текста следует, что идеологических полюса теперь в мире два: те, кто не принимает деструктивные неолиберальные установки, автоматически считаются разделяющими традиционные российские духовно-нравственные ценности.
В указе содержится еще одно важное нововведение: теперь у нас появится официально утвержденный перечень иностранных государств, которые в своей политике навязывают упомянутые деструктивные установки. Это не то же самое, что список недружественных стран, хотя между этими двумя списками явно будут пересечения. Принцип составления перечня на этот раз будет иным. Недружественная страна – это просто страна, которая сделала нам какие-то гадости, ввела санкции или иные ограничения.
В новый же перечень должны попасть страны, ущемляющие право собственных граждан жить согласно традиционным ценностям. Здесь потребуются объективные доказательства, факты ущемления таких прав. Например, если в стране лютует ювенальная юстиция, детям навязывают пропаганду нетрадиционных отношений или смены пола, а тем, кто с этим не согласен, затыкают рот, то такая страна – логичный кандидат на внесение в новый черный (или, может быть, радужный) список. Я бы, например, предположил, что у Италии или Японии на данный момент не очень много шансов попасть в этот список, а вот Францию можно в него включать уже по факту проведения недавней Олимпиады.
Однако, как бы ни было велико концептуальное значение указа как инструмента российской политики, все же главное – это люди. Те люди, которые к нам приедут. Конечно, на первых порах их не будет много, но тем более необходимо правильно к ним отнестись. С одной стороны, не устраивать вокруг них пропагандистские пляски с бубном, как было в свое время с «переездом» Жерара Депардье в Саранск. С другой стороны, не бросить этих людей на произвол судьбы, показать им, что они могут найти здесь для себя дело и стать своими в нашем обществе.
Наконец, если уж Россия становится ковчегом для изгоев западной цивилизации, в том числе имеющих слабое представление о нашей стране, не настало ли время закрепить безусловное право на гражданство за теми, кто по рождению принадлежит к русскому народу и другим коренным народам России?
Люди в нашей стране нужны позарез, и в принципе русского мы можем сделать из кого угодно, порукой тому не только характер нашего народа, но даже наш климат. Но тем более нельзя поворачиваться спиной к тем, кто и так уже русский по своей культуре и по складу своей души.